Лев-триумфатор - Виктория Холт

— Да, сразу же после свадьбы я уеду. Как ты считаешь, Ричард будет хорошим мужем для Дженнет?

— Он спокойный, хорошо воспитанный юноша.

— Странный какой-то. Трудно представить, что он совратил Дженнет.

— Бьюсь об заклад, что соблазн исходил скорее от нее!

— Ну что ж, он пойман и никуда не денется. Впрочем, я думаю, что Дженнет станет хорошей женой. Правда, Джейк Пенлайон сумел подговорить ее обмануть меня, но я простила ее потому, что она искренне раскаивается в этом.

— Такая девушка, как Дженнет, никак не могла бы устоять против Джейка Пенлайона!

Я сменила тему. Мне не хотелось думать о том, как Джейк Пенлайон охаживал Дженнет. Мои мысли и так слишком долго были заняты этим предметом.

* * *

А затем наступила та ночь, когда я в третий раз увидела испанский галион.

День был такой обычный — солнечный, теплый для этого времени года, как говорят, «внесезонный» — тихий, мирный день. Как могло статься, что мы прожили такой день, ничуть не подозревая, какие ужасные события ожидают нас!

Я легла спать с чувством приятной усталости и почти немедленно заснула.

Как и в те прежние ночи, меня разбудили какие-то необычные звуки. Я лежала тихо, прислушиваясь. Шаркающие шаги, возня. Служанка крадется на свидание с любовником? Я встала с постели и подошла к окну.

Он был там, во всей своей красе. Ближе, чем я когда-либо могла видеть его раньше, — могучий, великолепный испанский галион!

Я должна была спуститься вниз. Я не могла допустить на этот раз, чтобы кто-нибудь мог объявить галион плодом моего воображения. Я разбужу Хани и Эдуарда и потребую, чтобы они посмотрели сами. Схватив халат, я торопливо закуталась в него и направилась к двери. Она внезапно открылась. На пороге стоял Джон Грегори.

Я спросила:

— Что это? Что случилось?

Джон не ответил. Он был одет в длинный плащ с капюшоном. Лицо его было бледно, глаза сверкали. Он заговорил на языке, непонятном мне, с ним также был незнакомец.

— Кто это? — спросила я. — Что вам надо?

Ответа не было.

Незнакомец схватил меня. Я попыталась отбросить его, но он держал крепко. Я сопротивлялась, как могла, потом закричала, и тотчас Джон Грегори прикрыл ладонью мои губы. В считанные секунды он схватил платок и завязал мне рот. Я не могла произнести ни звука. Меня положили на кровать. В моем мозгу мелькнула мысль: неужели я спаслась от Джейка Пенлайона для того, чтобы сейчас…

Но этими людьми руководила не похоть, а решимость выполнить порученное им дело. Меня связали по рукам и ногам припасенными заранее веревками. Я превратилась в беспомощный сверток.

Затем меня вынесли из комнаты, снесли вниз по винтовой лестнице и во двор.

Там я увидела лежащую на земле фигуру. Кругом была кровь. Я хотела закричать, но не могла издать ни звука, оцепенев от ужаса.

Когда меня проносили мимо лежащего в крови тела, я увидела, что это был Эдуард.

«Хани! — хотела я позвать, — Хани, где ты?»

Во дворе стояла карета Эдуарда. Ричард Рэккел держал лошадей — тройку лучших, самых быстрых лошадей Эдуарда.

«Ричард Рэккел! Предатель?» — хотела я крикнуть, но ничего не могла поделать.

Меня поместили в карету. Там лежали еще две фигуры. Мое сердце дрогнуло от чувства облегчения, но и ужаса, ибо это были Хани и Дженнет. Они глядели на меня, а я на них. Мы могли общаться только взглядами. Они были в такой же растерянности, как и я. Меня мучил вопрос, знает ли Хани, что Эдуард лежит на дворе в луже собственной крови.

Послышались голоса — иностранная речь. Инстинктивно я поняла, что они говорили по-испански.

Карета тронулась. Мы ехали по направлению к морю.

Итак, нас похитили, как иногда похищали женщин мародерствующие по берегам пираты. Среди нас оказались предатели, и это привело к тому, что Эдуард валялся бездыханный на земле в луже крови, а Хани, Дженнет и меня увезли на испанский галион.