Моя прекрасная цветочница - Катрина Кадмор

Извинение Андреаса было порывистым и искренним. Грейс не могла отказать ему сразу. Даже сейчас, когда ее сердце разбивалось на мелкие кусочки от боли, ведь она знала – они с Андреасом никогда не будут вместе, – она страстно хотела его.

– Ты не единственный, кто все испортил в день свадьбы, – вздохнула Грейс. – Последние дни я пыталась понять, почему меня так обидел твой отказ. И я поняла это.

Андреас наклонился к ней, его широкие плечи напряглись под хлопчатобумажной тканью рубашки:

– Что ты имеешь в виду?

Она закрыла глаза, вспоминая, как упиралась лбом в его мускулистую грудь. Ее захлестнуло сожаление и чувство вины.

– Я ждала от тебя слишком многого, – продолжала она. – Мне следовало понять, что ты борешься с собой, и поддерживать тебя, а не искать признаки того, что ты меня отвергаешь. Ты рассказал мне о том, как пострадал в браке, о своих отношениях с отцом. Мне следовало на время отстраниться от тебя и дать тебе необходимую свободу, но вместо этого я была почти готова к тому, что ты обязательно меня оттолкнешь. В глубине души я хотела, чтобы это произошло раньше. Я уже влюбилась в тебя и не могла думать о том, чтобы полюбить тебя сильнее, а потом расстаться с тобой. А расставание было неизбежно.

– Почему неизбежно? – спросил Андреас.

– Ты твердил снова и снова, что не веришь в любовь и отношения. И, честно говоря, ты не тот романтик, за которого я хочу выйти замуж.

– Может, мне удастся стать романтиком?

– Я полагаю, всякое бывает.

Они обменялись улыбками, и Грейс задалась вопросом, как найдет силы, чтобы уйти от него.

– Была еще одна причина, почему я решила, что это неизбежно. – Она почувствовала, будто весь мир вокруг нее завертелся, поэтому какое-то время молчала. – Это из-за моей мамы.

Она говорила с огромным трудом. Ей казалось, что она публично обнажает душу.

Андреас подвинулся вперед в кресле так, что их колени соприкоснулись, и осторожно коснулся ее ноги. Он смотрел в ее глаза с таким состраданием, что Грейс пришлось отвести глаза, чтобы говорить дальше.

– Все мое детство мы с мамой противостояли моему отцу. Я считала, что мы с ней одна команда, которая защищает от него Мэтта и Лиззи. Мы никогда не говорили об этом, но мы инстинктивно уводили их в сторону, когда он собирался на них обрушиться. Однажды, в день рождения Лиззи, он пришел домой под конец праздничной вечеринки и устроил скандал из-за беспорядка в доме. Веселый и счастливый летний день мгновенно стал мрачным и пугающим. Он начал орать. Он решил проучить Лиззи за то, что она устроила с друзьями переполох в доме, поэтому он развел костер, чтобы сжечь все ее подарки. Моя мама отвела Лиззи и Мэтта наверх до того, как они поняли, что происходит, а я спрятала подарки Лиззи в своей комнате и заперлась там.

– Сколько тебе было лет?

– Одиннадцать.

– Такое потрясение в столь юном возрасте.

– Может быть. Но в то время я чувствовала, что мама на моей стороне. А однажды я пришла домой из школы и узнала, что она уехала. Я не поверила своим глазам. Я была убеждена, что отец врет, думала, он ее обидел. Сначала он не сказал мне, куда она уехала. Потом проговорился об этом во время ссоры. Мама вернулась к себе домой в Шотландию. Я ехала целый день, чтобы увидеться с ней. Я хотела убедиться, что она в порядке, узнать, когда она вернется домой. Но она не собиралась возвращаться. И когда я стала упрашивать ее взять к себе Мэтта и Лиззи, она отказалась.

– Грейс, мне очень жаль. – Андреас подвинулся к ней еще ближе. – Что ты сделала?

– Я похоронила свои чувства и попыталась забыть обо всем, что меня с ней связывало. О том, что она вообще существует. Я стала заниматься Мэттом и Лиззи. В день свадьбы, когда ты отдалился от меня, вернулись страх и обида, и я не знала, как с этим справиться. Помимо этого я скучала по Лиззи и Мэтту. И еще София вышла замуж… Я просто стала слишком чувствительной. Самые дорогие люди уходят от меня. – Она вздохнула, слезы сожаления стояли в ее глазах. – Мне следовало поддержать тебя. Теперь я понимаю, почему ты решил, что я загоняю тебя в угол.

Андреас сел рядом с ней, погладил ее по щеке и заправил прядь волос ей за ухо.

– Обещаю, что никогда тебя не брошу, – сказал он. – Никогда.

Зачем он это говорит? У них нет будущего.

– Я хочу, чтобы ты была рядом со мной, Грейс, – продолжал Андреас. – Знаю, я далек от твоего идеала, но хочу им стать. Я хочу ходить к тебе на свидания, посетить с тобой Париж и Вену, посмотреть балет в Большом театре, подняться с тобой на гору Пинд.

Грейс не сдержала улыбку:

– Звучит мило, но теперь я знаю – ничего этого мне не нужно. После отъезда матери я решила, что романтика заполнит пустоту в моей душе. Я думала, любовь подразумевает пылкие признания в чувствах, пьянящий водоворот эмоций, поверхностную романтику, за которой ничего не стоит. Теперь я знаю, любовь – это нечто гораздо более глубокое. Это доверие и взаимное уважение. Чувство безопасности и нужности. Перед свадьбой мы с тобой были по-настоящему вместе, да? В те часы я не испытывала одиночества благодаря тебе. И это все, что я хочу от любви. Остальное не важно.

Секунду Андреас молчал, потом его взгляд стал решительным.

– Выходи за меня замуж.

Что? Он играет не по правилам. Он решил ее помучить!

– Выйти замуж за тебя? – пролепетала Грейс.

– Почему нет? Я не хочу потерять тебя. А это лучший способ доказать, что я тебе доверяю.

Как он может просить ее выйти за него замуж, если даже не любит ее?

– Андреас, я не могу стать твоей женой только потому, что ты хочешь семью и детей. Я люблю тебя, но не согласна на компромисс. Мне нужен человек, который страстно влюблен в меня.

Он удивленно ее оглядел:

– Разве ты не видишь, как сильно я в тебя влюблен?

Ее нижняя губа задрожала.

– Ты любишь меня? – спросила Грейс.

– Конечно люблю! Я влюбился в тебя в тот момент, когда Кристос прислал мне твою фотографию, на которой ты строишь рожицы. Увидев твои глаза, я влюбился в тебя до того, как мы встретились. Я люблю в тебе все. Твою целеустремленность, твою верность. То, что тебе понравился Касас, который мне так дорог. Твою доброту. Я никогда так не увлекался ни одной женщиной. И я не выдержу, если мне придется жить без тебя. Если я не буду видеть твою улыбку, слышать твой голос, не смогу прикасаться к тебе и заниматься с тобой любовью. Ты мне нужна.

Грейс пыталась выиграть время, чтобы собраться с мыслями.

– Андреас Петракис, неужели под жесткой броней, которую ты носишь, скрывается романтическая душа? – спросила она.

– Да, и если ты останешься со мной, я буду ежедневно показывать тебе, как я тебя люблю.

Андреас влюбился в нее. Грейс сжала его пальцы, ее сердце колотилось как сумасшедшее.