Горький привкус счастья - Алла Демченко

– Ты меня разбудил, чтобы спросить, как мои дела?

– Собственно, и для этого тоже. Я хочу пригласить тебя со Стрельниковым в гости. Скажем, в эту субботу. Ты как?

– Что значит как? Позвони ему сам и пригласи.

– Неудобно. Я его подчиненный. Еще поймет неправильно.

– Слушай, ты смотрел на часы?

Красников невольно посмотрел на часы. Полдвенадцатого.

– Извини. Я не подумал, что для некоторых это еще и не утро, – Красников с сарказмом поддел сестрицу.

– В эту субботу ничего не получится. Павел в отпуске. И голову включай, прежде чем мне звонить, – посоветовала Лера.

Сказать напоследок колкость Красников не успел. В ухе раздались короткие гудки.

Что же мы имеем? Красников тяжело вздохнул. Во-первых, Стрельникова действительно нет дома. Во-вторых, Стрельников может вернуться в ближайшие дни, с него станет. И сразу примчится в банк. Значит, времени у него почти нет.

Развернувшись в тихом дворике, Красников поехал обратно в банк.

Никто не знает, что заставило Адама и Еву нарушить запрет – съесть то злосчастное яблоко, из-за которого они были изгнаны из рая, – и обречь себя и своих потомков на вечные страдания. Возможно, виной всему был первородный азарт, который повлек за собой горькую расплату. Возможно, по представлениям наших прародителей, шансы их были пятьдесят на пятьдесят: либо все раскроется, либо все будет шито-крыто, и Создатель ничего не узнает.

Им не повезло, как не повезет и многим их последователям, бросившимся в омут безудержного первородного азарта. В принципе, неудивительно, что для азарта проигрыш – такое же нормальное явление, как и выигрыш.

Два года назад в подмосковный ночной клуб, где Лера праздновала день рождения, Красников приехал вместе с Акулиным, опоздав всего на пару часов, что было вполне нормально при плотном рабочем графике последнего. Поздравив виновницу торжества и пожелав всего самого наилучшего, Акулин вскоре засобирался, сославшись еще на одну деловую встречу. Красников, допив залпом коньяк, направился вслед за ним. Оставаться не хотелось. Он бы и не приехал, если бы Акулин не забрал его с собой. Ни одного знакомого лица среди гостей, не считая все время говорящего по телефону Стрельникова, не было. Не с кем даже выпить, а танцевать с девушками под оглушительные вопли модного диджея, которые томно закатывают глаза и несут всякую ахинею, и вовсе не хотелось.

– Макс, ты куда? – Лера появилась в фойе, когда портье подал Красникову пальто.

– Поздно уже. Завтра на работу. Ты же знаешь, я не любитель всей этой ночной мишуры, – Максим красноречиво посмотрел на дверь, ведущую в зал. Из зала, в подтверждение слов, донесся оглушительный взрыв музыкального творения.

– Тоже мне, нашелся знаток ночной жизни. Оставайся – будет весело. Оставайся, мальчик, с нами – будешь нашим королем, – дурачась, пропела Лера. – Па-а-па, скажи Максу, чтобы остался. Хоть на девушек посмотрит. Кроме работы, он ничего не видит. Мы его так никогда не женим. – Лера прижалась к отцу, ожидая поддержки.

– Лера права. Оставайся. Рано еще записываться в старики. – Акулин на прощание нежно поцеловал дочь.

Предложение Акулина остаться на вечеринке Красников воспринял как приказ.

Зал преобразился неузнаваемо, со сцены танц-пола во все стороны разлетались феерические огни, освещая на мгновение танцующих. Засмотревшись на происходящее, Красников не заметил, как к нему подошла девушка, скорее всего, по просьбе Леры. Нацепив дежурную улыбку, она пригласила его на «белый танец», который действительно спустя минуту объявил диджей.

Через час, устав от громыхания музыки и мелькания фотоинсталляций на фоне сюрреалистического дизайна, Красников вышел на балкон подышать свежим воздухом, когда там вовсю шел спор. Закурив сигарету, он невольно прислушался к разговору. Самый старший в компании доказывал молодому, юркому человеку о каких-то подсчетах и очках, которые тот проиграл по своей же глупости.

– …И не игра это была, а сплошное дилетантство. Что самое главное в игре? Вовремя остановиться. Этим отличается истинный игрок от любителя и… – Мужчина обернулся и замолк на полуслове. Красников, чтобы не мешать, отошел в сторону. Но разговор перешел на тему, явно не интересную молодым людям, и те вскоре направились в бар.

– Вы играете? Что-то я вас не припоминаю.

– Извините, что вы спросили?

– Эдуард, – представился мужчина. – Как насчет выпить за знакомство? – Подошедший мужчина, которого Красников за витиеватую речь чуть было не принял за старого профессора, вблизи оказался почти его ровесником.

Ни разговаривать, а тем более пить с незнакомым типом Красников не собирался. И не появись на балконе Стрельников, он бы незаметно покинул вечеринку. А так, затянувшись напоследок сигаретой, он кивнул Эдуарду и, пристроив окурок в ракушку, служившую пепельницей, направился вслед за ним.

Музыка в зале грохотала еще неистовее. Тела двигались в непонятном ритме. Красников пробирался вслед за Эдуардом к столику в конце зала. Звук музыки, если грохот можно назвать музыкой, отбивался от стен и громыхал в голове. Перекричать грохот было невозможно, и они пили молча, только кивая друг другу. За знакомство.

Потом, уже хорошо подвыпивший, в сопровождении Эдуарда он спустился в подвал. Там, в фешенебельном зале все это время текла спокойная жизнь. После грохота и ярко освещенной лестницы Красников чувствовал себя так, словно его выбросили в открытый космос. И только немного привыкнув к полутьме, он разглядел игральные столы и довольно респектабельных мужчин.

– Ну, что ты растерялся. Давай, проходи, – жестом гостеприимного хозяина Эдуард слегка подталкивал Красникова к барной стойке.

– Выпьем за знакомство. Другого повода у нас пока нет. – Эдуард замолчал, наблюдая за ловкостью рук бармена. Тот едва уловимым движением поровну до миллилитра разлил коньяк в пузатые коньячные рюмки, подвинул ближе тарелочку с лимонами и отошел от стойки.

– А я вот грешен. В конце рабочей недели позволяю себе слегка расслабиться. Рулетка помогает снять стресс. Играю только ради удовольствия.

А ты не игрок. Угадал?

– Угадал. Хотя стрессов хватает.

– Чем занимаешься, если это не государственная тайна? Чужих тайн мне не надо, – Эдуард предупредительно поднял руки.

Потом Красников пошел играть на фишки, которые любезно предложил Эдуард. Взяв шефство, тот начал подсказывать, какую ставку надо делать. Максим сделал минимальную ставку на «красное» и выиграл. Потом на «четное», потом на «нечетное».

Выпив напоследок за первый успешный выигрыш в сто долларов, Красников покинул подпольное казино вместе с Эдуардом. На улице светало. Не зря ж говорят – новичкам везет!

Через пару недель Эдуард позвонил Красникову, когда тот собирался в бассейн. Оказалось, они в тот вечер обменялись телефонами. Хоть убей, Максим не помнил этого момента. Он и Эдуарда почти не помнил. Высокий, спортивного телосложения, с волосами, перехваченными бечевкой или резинкой на затылке, – вот, пожалуй, и все. Встречаться с малознакомым человеком не хотелось, но отказать тоже вроде неудобно. Мало ли, что он тогда наобещал. Красников нехотя согласился.