Волшебство его ласк - Морин Чайлд

– Почему он это сделал? Почему отказался от слияния?

Ченс, стоя посреди комнаты, пожал плечами:

– Может быть, он наконец понял, что есть вещи поважнее.

Она удивленно посмотрела на старшего брата. Примерно в это время вчера она вошла в приемную Уэсли, где ее ждал неприятный сюрприз, выбивший почву у нее из-под ног. Теперь ей казалось, что это происходит снова. Что она должна думать? Почему Уэсли остановил слияние? Возможно, он ждет, что она обо всем узнает и вернется к нему.

В дверь позвонили, и Ченс произнес:

– Я открою. Оставайся здесь.

Братья опекали ее с тех пор, как она вернулась домой. Пока Ченс составлял ей компанию, Эли и Тайлер были с Кэролайн на кухне, где она обедала. Хорошо иметь семью. Особенно когда на тебя обрушиваются проблемы.

– Спасибо, – сказала она, свернувшись на диване, и продолжала смотреть финансовые сводки в надежде понять поведение Уэсли.

Услышав спор в прихожей, Изабелла вскочила и прижала руку к груди, чтобы успокоить учащенно бьющееся сердце.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Ченс.

– Я приехал увидеться с Беллой. И со своей дочерью.

Голос Уэсли. Жесткий и неумолимый. Ее сердце екнуло, у нее засосало под ложечкой. Ей не верилось, что он приехал. Зачем? Изабелла повернулась к двери и замерла в ожидании.

– Уйди с дороги, Ченс, – проворчал Уэсли.

– Однажды я предупреждал тебя, что с тобой произойдет, если ты обидишь мою сестру или племянницу.

– Не пытайся остановить меня.

– Ты их не заслуживаешь, – произнес Ченс.

– Наверное, ты прав, – сказал Уэсли. – Но они моя семья, и никто не запретит мне видеться с ними.

На мгновение Изабелла затаила дыхание, потрясенная тем, что сказал Уэсли.

– Не заставляй их страдать снова, – предупредил Ченс.

Через пару минут Уэсли был в комнате и смотрел на Изабеллу. Ее ошеломило то, что она увидела в его глазах. Он всегда был таким сдержанным и эмоционально холодным, практически недостижимым. Но сегодня в его прекрасных глазах цвета морской волны было множество эмоций.

Услышав громкий спор, Эли и Тайлер вошли в комнату. Три брата Изабеллы встали полукругом за спиной Уэсли. Они то ли поддерживали его, то ли угрожали ему. Она не знала наверняка, и в данный момент ей было все равно. Она видела перед собой только Уэсли, и в ее душе теплилась надежда.

Уэсли тоже было наплевать на ее братьев. До приезда к Изабелле он знал, что ему придется пробиваться через оборону мужчин Грейстоунов. Братья оказали ему холодный прием, но он сделал все, чтобы получить шанс поговорить с Изабеллой.

Сердце барабанило в его груди, он смотрел на Изабеллу и впервые после ее отъезда вздыхал с облегчением. Быстро прошагав в ее сторону, он остановился на расстоянии вытянутой руки от нее. Но он не прикоснется к ней, пока не скажет главного. Не обращая внимания на ее братьев, он сосредоточил внимание на единственной женщине, которую когда-либо любил.

– Я был не прав, – сказал Уэсли.

Изабелла моргнула, и он прочел удивление на ее лице.

Печально улыбаясь, он торопливо прибавил:

– Я знаю. Я нечасто такое говорю. Но я был глупым, недальновидным и упертым. Я не должен был отпускать тебя пять лет назад. И я не могу отпустить тебя сейчас.

– Уэсли…

– Нет, – быстро сказал он, прерывая ее:

– Позволь мне сказать, Белла. Мне следовало сказать об этом давным-давно.

Она кивнула, и он воодушевился. Уэсли не мог не смотреть на нее. Светлые волосы свободно падали ей на плечи, на ней были синий свитер и джинсы. Ее прекрасные глаза были широко раскрыты, в них отражалось неверие и ожидание. Казалось, в ее глазах можно прочесть все секреты Вселенной.

Качая головой, Уэсли продолжал:

– После смерти моей матери мой отец горевал до конца своей жизни. Он так и не оправился, потеряв ее, потому что очень сильно ее любил. – Уэсли положил руки ей на плечи и снова улыбнулся, радуясь тому, что находится рядом с Изабеллой. Сейчас он произносил важнейшую речь в жизни и надеялся, что найдет нужные слова. – Я поклялся, что я никогда не позволю себе так сильно влюбиться в женщину. Это был детский обет, и он вел меня по жизни, но вчера я понял, что замечал только страдания своего отца. Но теперь я вижу, что счастье моего отца до того, как он потерял мою мать, стоило риска.

Уэсли казался жалким даже самому себе. Он прожил свою жизнь в страхе. Он годами убегал от любви. И он не понимал, что зря потратил лучшую часть жизни.

– Я люблю тебя, Изабелла, – сказал он. – Я любил тебя пять лет назад. Я люблю тебя сейчас. Я всегда буду любить тебя.

Она вздохнула и слегка покачнулась на месте, прижимая ладонь ко рту. Уэсли слышал краем уха, как ее братья покидают комнату, и он был им за это благодарен. Он хотел приватности. Сейчас наиболее важный момент в его жизни.

– Я хочу верить тебе, – искренне произнесла она. – Но я не могу рисковать благополучием Кэролайн. Она страдала, когда мы уезжали вчера. Она плакала весь вечер.

Он закрыл глаза и тихо выругался. Не будь он настолько глупым, никогда не навредил бы своему ребенку. Не причинил бы вред любимой женщине.

– Мне больно это слышать, – сказал он. – Но ты можешь мне доверять, Белла. – Он посмотрел ей в глаза, желая, чтобы она ему поверила. – Тебе больше не избавиться от меня. Даже если ты скажешь мне уйти сегодня, я вернусь. Я буду приходить до тех пор, пока не удастся убедить тебя, что мне нужна ты и Кэролайн.

Изабелла прикусила нижнюю губу, на ее глаза навернулись слезы. Ее окрылила надежда. Уэсли продолжал говорить:

– Я отказался от слияния компаний.

– Я знаю, – сказала она. – Я смотрела новости. Я не могу в это поверить.

– Придется поверить. Я отказал Тедди. Сейчас для меня есть дела поважнее. Меня интересует только наше с тобой будущее. Выходи за меня замуж, красавица. Я хочу, чтобы ты, я и Кэролайн стали настоящей семьей.

– О, Уэсли…

На этот раз он улыбнулся, потому что видел, что она собирается ответить ему согласием.

– Ты можешь делать игрушки для своего проекта, – продолжал он. – Мы постараемся его расширить, чтобы у всех детей в мире были мягкие игрушки.

Изабелла отрывисто рассмеялась.

Уэсли продолжал строить планы на будущее:

– Я хочу больше детей, Белла. У Кэролайн должны быть братья и сестры. Я желаю такую крепкую семью, какую не разрушат даже твои твердолобые братья.

Она снова рассмеялась, на этот раз громче, и обняла ладонями его лицо. Он закрыл глаза и облегченно выдохнул. Тепло ее прикосновений проникло в самые темные и одинокие уголки его души.

– Тебе надо бояться не моих братьев, Уэсли, а меня, – медленно покачав головой, произнесла она. – Потому что я никогда не отпущу тебя.