Пальцем в небо - Маргарита Ардо

* * *

Одетый в сугробы Нью-Йорк сразу растерял весь апломб и превратился в обычный город, если на высотки вверх не смотреть. А так — народ в пуховиках протаптывает дорожки по тротуару, осторожно ползут такси, светофор в снежной шапке моргает. Распушившийся воробышек спрыгнул на ветку, сбросив снежные хлопья на землю и на мой нос.

От холодного щелчка настроение включилось, и в душе привычно запрыгали снежные зайчики — я всегда так радуюсь первому снегу! Какая разница — в Ростове или в Нью-Йорке? Жалко, самой вприпрыжку тут не побегаешь, а так хочется… Но каблуки, и неприлично.

Я мысленно подмигнула малышику: «Вот родишься, мы с тобой ка-ак запрыгаем, и никто не подумает, что я чокнутая, просто скажут: хорошая мать!» Я пофотографировала и даже сняла видео на мобильник, а потом не стала ловить такси, а села в автобус, который как раз подошёл к остановке напротив нашего дома.

* * *

Перед ABA Gallery толпились люди. Надо же, сколько любителей искусства! И снегопада не испугались. Я думала, мы с Тэйлор будем на выставке чуть ли не вдвоём, ан нет. А Задорнов говорил, что «американцы тупые», получается — вовсе нет. И это было приятно. Как-то в душе я успокоилась и решила перестать делить свой мир на «мы» и «они», все мы люди! Разные? Да… Но, к примеру, и в родном Ростове, даже в родной девятиэтажке мы со Светкой Боренко с пятого этажа тоже разные, ей нужны только тачки и кольца в подарок, мне — просто любовь.

Рыжая девушка в ярком пончо помахала мне с высокого крыльца галереи. Кажется, Тэйлор! Я поспешила ей навстречу, поскрипывая снежком под ногами. Каблук скользил слегка, но я умудрялась сохранять равновесие. До пятой ступеньки почти не вычищенного крыльца. А потом я упс… и полетела назад.

И моргнуть не успела, как оказалась в чьих-то сильных руках. Перед носом — ворс тёмно-коричневого дорогого пальто. Изморозь от дыхания на клетчатом шарфе. Я подняла глаза и пробормотала, оторопев:

— Извините… Спасибо…

В ответ улыбался тот самый брюнет, что сбил меня у входа в здание Нью-Йорк Таймс. Снежинки таяли на прядях его стильной причёски.

— Мечты должны сбываться, — подмигнул он и аккуратно поставил меня на ноги.

Я хлопнула ресницами. А стильный брюнет добавил, глядя почти счастливо:

— А я мечтал увидеть вас снова.

— Спасибо… — ещё раз растерянно пробормотала я и отстранилась, показала кольцо на пальце: — Простите, но я… занята…

— Вы замужем? — Кажется, расстроился незнакомец.

— Да. Почти. Я помолвлена. Мне пора идти.

— О, это уже лучше! — незнакомец резво стянул перчатку и поддержал меня под локоть. — Осторожно, лестница скользкая.

— Я справлюсь, спасибо, не нужно, — я попыталась убрать руку, чуть не поскользнулась снова, и он не отстал.

— Только помогу дойти до площадки, вы ведь на каблуках. По такой погоде…

Вот пристал, как репей! Мне очень захотелось от него избавиться.

— Я сама. Я же русская, — повернулась я к нему с вызовом. — Вы не боитесь русских? Мафия? Братва и прочее?

Брюнет расхохотался и подвёл меня к площадке, чуть ли не поднёс, ограждая собой от нового падения.

— Какое у вас очаровательное чувство юмора!

Я всё-таки высвободилась и шагнула к Тэйлор, наблюдающей за всей этой сценкой. Дорогу мне преградила высокая женщина. Чёрные соболя, красные сапоги. Леопардовый шарф. Что-то было в ней знакомое… Я с недоумением моргнула. Женщина встряхнула тёмно-каштановой гривой с грацией пантеры и насмешливо поиграла в пальцах айфоном в футляре, украшенном стразами.

— Ха! А этот гад говорил, что нашёл себе верную! Очень забавно, очень! Чёрт меня побери!

И я узнала Монику, бывшую жену Джека.

Вот уж действительно… чёрт тебя побери… Куда-нибудь подальше.

Я хотела её проигнорировать, но Моника вцепилась хищной хваткой в моё пальто.

— Имей в виду, крошка! Вряд ли вы поженитесь. А если и так, вряд ли это будет долго и счастливо. Мне тебя даже жаль. — Она кивнула в сторону брюнета. — Переключайся, пока не поздно. Мой тебе совет!

Я вырвала рукав из её когтей и процедила сквозь зубы:

— В советах не нуждаюсь.

Мне вдогонку донеслось:

— А зря. Запомни, Рэндалл любит только себя и деньги. — А потом со зловещим хохотом. — И стерву Меделин.

* * *

— Не Нью-Йорк, а серпентарий какой-то, — пробормотала я Тэйлор, увлекая её за собой в холл.

— О, эта Моника, да… Только выглядит, как дива. А так всегда плещет ядом и говорит, как проститутка из Гарлема, — полушёпотом ответила Тэйлор. — Поговаривают, что и ведёт себя так же… А откуда ты знаешь Тома Лебовски? Это же вообще невероятно! О мой Бог, он, кстати, идёт за нами…

— Сворачиваем быстро в женский туалет, — шикнула я. — Я его не знаю. Приставучий.

— Но он явно тебя узнал. И рад встрече.

— Да, один раз сбил меня с ног у входа в Нью-Йорк Таймс. Сумочку поднял и помогал собирать косметичку. Не знала, что я такая запоминающаяся.

За нами закрылась дверь в розовую женскую комнату с зеркалом во всю стену, и я выдохнула с облегчением.

— Удивительная ты, Саша, — задумчиво сказала Тэйлор, — сталкиваешься с Дайонсе в Саксе, потом с самым известным критиком по искусству соскрёбываешь с асфальта тушь. Потом падаешь ему на руки… Разве бывает столько случайностей?

— Бывает. И ещё покруче случается, — заверила её я. — Представь, в Ростове у нас спонсорскую помощь попросил начальник ростовского спецназа. Джек запросто выписал несколько ящиков Оле-Олы — спонсорская помощь даёт по российским законам налоговые льготы, и у нас перетаривание было товара с подходящим сроком. А этот начальник, молодой совсем, ровесник Джека, пришёл в офис с благодарностью и даже предложил охранные услуги для компании. А потом мы сходили в гости в военную часть на присягу. Для имиджа и ростовской газеты. Представь, оказалось, что этот начальник — сын военного министра страны.

— Ого!

— Да, — кивнула я. — И такой клёвый! Они очень сдружились. Правда, когда перепили, я замучилась переводить с русского на английский одну фразу в течении двух часов: «Ты профессионал, я тебя уважаю!». «И ты профессионал!», — я сымитировала их пьяные голоса.

Видимо, получилось удачно, потому что Тэйлор громко рассмеялась.

— А потом мы в Москве были у министра в гостях. Как раз перед отъездом. Алексей пригласил, и мы не отказались.

— Наверное, русский министр живёт во дворце?

— Нет, что ты! Просто загородный дом. Не маленький, конечно, но ничего особенного. Только одна комната с его охотничьими трофеями и бильярдом очень необычная. Столько чучел, просто жуть берёт.

— О! А что Джек? — любопытствовала Тэйлор.