От судьбы не уйдешь - Энн Мэтер

Дверь открыл муж Клэр; при виде Франчески на лице его появилась язвительная улыбка.

— Клэр заболела, — сказал он, пропуская Франческу в холл. — Ты что, проверить пришла?

— Я ничего не собираюсь проверять, — возразила Франческа, не понимая, шутит он или говорит серьезно.

— А мне так показалось, — пожал плечами Мик, закрывая за ней дверь. — Что же стряслось? Серый волк опять напал на Красную Шапочку?

— На Красную Шапочку никто не нападал, — сухо ответила Франческа. — Волк сидит за решеткой.

— Да, Клэр мне рассказывала, — задумчиво произнес Мик. — Тебе повезло!

— Ничего себе «повезло»! — Продолжения разговора не последовало — сверху донесся простуженный голос Клэр.

— Кто там, Мик? — спросила она, и ее муж направился к лестнице.

— Это твоя начальница, — с плохо скрываемой злобой сказал он. — Ты в приличном виде? Ей можно подняться?

— Ну конечно! — хрипло воскликнула Клэр. Храбро выдержав испытующий взгляд Мика, Франческа поднялась наверх. Клэр крикнула из-за двери: — Я здесь, Фран. Мик боится подхватить заразу.

— Помолчи! — Франческа поняла, что муж Клэр тоже поднимается по лестнице. И в маленькую спальню он вошел следом за ней. — С какой стати я должен всю ночь слушать, как ты кашляешь?!

Клэр пропустила его слова мимо ушей.

— Спасибо, что зашла, Фран, — сказала она, указывая на стул в изножье кровати. — Присядь на минутку. Если не боишься заразиться.

Франческа села и приветливо улыбнулась подруге.

— Как себя чувствуешь? — спросила она. — Может, тебе что-нибудь нужно? Грипп опасная штука.

— А я на что? — исподлобья покосился на Франческу Мик. — Если моей жене что-то понадобится, я все сделаю. Или ты думаешь, я плохо за ней ухаживаю?

Франческе стало не по себе.

— Вовсе я так не думаю. Но всегда рада помочь. — Она подмигнула Клэр. — Я бы сама с удовольствием повалялась в постели денек-другой. В особенности сегодня.

— Хамишито? — понимающе сказала Клэр, и Франческа кивнула.

— Он и… Том! Я постоянно словно между двух огней. Иногда даже думаю: лучше бы уж меня уволили.

— Том? — удивленно переспросила Клэр. — Ведь вы с Томом… у вас прекрасные отношения. Во всяком случае, на днях вы это продемонстрировали.

— То было на днях! — горячо воскликнула Франческа и осеклась, поняв, что не сможет рассказывать подруге о случившемся в пятницу. — Он какой-то такой… беспардонный. Лезет в мои дела — все ему надо знать.

— Том? Это еще кто?

Вопрос задал Мик, и Франческа растерянно взглянула на него. Она совсем забыла о его присутствии, и хотя ей нечего было скрывать, но и посвящать в свои дела не хотелось.

— Коллега, — сказала она. Клэр, словно почувствовав беспокойство подруги, напустилась на мужа:

— Тебе что, нечем больше заняться? Пока не пришла Франческа, ты целый день сюда носу не казал.

— Велика радость сидеть и слушать, как ты сморкаешься! А послушать вас интересно. В особенности если Франческа расскажет про свои любовные похождения.

— Том не любовник! — возмущенно воскликнула Франческа. — Я ведь сказала: он мой друг.

— К тому же она до сих пор влюблена в своего бывшего мужа, — добавила Клэр и, заметив изумленный взгляд Франчески, сказала: — Прости, Фран. Но… я была уверена…

— Бывший муж! — пренебрежительно фыркнул Мик. — Ничего глупее не придумаешь. Судя по тому, что рассказывала Клэр, он уже нашел тебе замену. Я и фамилию этой особы знаю: Меррит. Не ее ли папаша занимается компьютерами?

— Заткнись, Мик, — покраснев, крикнула. Клэр.

Франческа поняла, что ее подруга все, о чем они с ней говорят, передает мужу. Жаль, она раньше не спохватилась, — попридержала бы язык. Особенно неприятно думать, как Мик смеется за ее спиной.

— Кстати, в пятницу я виделась с Уиллом, — сказала она скорее для того, чтобы осадить этого наглеца Мика, чем из желания пооткровенничать с подругой. — Он был в Лондоне и вечером зашел ко мне. — Она почувствовала залившую щеки горячую волну стыда, но продолжала: — Он… я… приятно было с ним повидаться.

Клэр широко раскрыла слезящиеся глаза.

— Ну и ну! — воскликнула она. — Значит, ты ему вовсе не так безразлична, как тебе казалось.

— О, я… Нет, нет… это был… просто дружеский визит. Я и не думала, что еще когда-нибудь его увижу.

Уилл удалялся от Аббатства с ощущением, что сжег за собой все мосты. Что бы теперь ни случилось, он готов был зачеркнуть все происшедшее за последние пять лет, и если ему придется об этом пожалеть, пусть так и будет.

А пожалеть придется — так по крайней мере заявит бабушка, когда обо всем узнает. Ему не составляло труда представить себе ее реакцию. И возможно, она будет права; возможно, он совершает величайшую в своей жизни ошибку. Но почему-то Уилл оставался глух к доводам рассудка.

Наверно, он все-таки полный дурак, безжалостно оценил себя Уилл. Отказывается одним махом решить все финансовые проблемы — и ради чего? Ради женщины, которая никогда не хотела иметь с ним детей и которой ее карьера дороже, чем он.

Однако, если верить Франческе, она хотела, чтобы у них был ребенок. И не ее вина, что он не родился. В чем же тогда дело? Что это было? Несчастный случай? Выкидыш? Такое случается сплошь и рядом. И если б не бабушка, он бы никогда не заподозрил, что она сделала аборт.

Но старина Арчи это подтвердил. Он сказал, что Франческа просила его помочь ей избавиться от плода, однако он отказался. И предположил, что она нашла другого врача.

У Уилла заныло под ложечкой. Даже сейчас, столько времени спустя, он не мог с этим смириться. Тогда, пять лет назад, Франческа поставила его перед выбором: поверить ей или поверить бабушке и Арчи Росситеру, и он сделал выбор. На его решение повлияла подспудная уверенность, что Франческа не хочет иметь детей. Но правильным ли было его решение? Вряд ли он когда-нибудь узнает.

Теперь же, если Франческа по-прежнему ему нужна — а видит Бог, это так, — он должен поставить на прошлом крест, должен поверить ей или… провести остаток жизни в атмосфере лжи. Он любит только одну женщину и, похоже, другую уже не полюбит. А что может быть важнее?

В начале седьмого Уилл добрался до Кенсингтона. Чтобы его приезд остался незамеченным, он припарковал машину на соседней улице, где, не выходя из нее, и просидел в задумчивости несколько минут, прежде чем отправиться в Хармсворт-Гарденс.

Господи, а ведь он думал, что Франческа ему обрадуется. Он столько надежд возлагает на этот визит — не имея, впрочем, никаких оснований считать, что она захочет снова его увидеть. То, что Франческа отдалась ему, вовсе не означает, будто она готова восстановить прежние отношения. Напротив: четыре дня назад она фактически его выгнала, и вряд даст ему еще один шанс.