Ценный подарок - Тесса Рэдли

Ник напомнил себе, что Дезмонд недавно потерял дочь. Хотя он намерен в будущем не иметь с Перри никаких дел, он не хочет считать его своем врагом и вечно ждать козней с его стороны.

Итак, пришло время навсегда положить конец их вражде.

— В память о Джилли я собираюсь оборудовать в своем главном центре игровую площадку для детей, — сказал Ник.

Видя, что Дезмонд смотрит на него с подозрением, он добавил:

— Я бы хотел, чтобы вы ее открыли. Уверен, на это придет посмотреть много людей.

— Джилли была бы рада. Спасибо тебе. — От его гнева не осталось и следа. — Ты мог бы поставить где-нибудь в саду скамейку с табличкой с ее именем. Она любила цветы.

— Отличная идея. Джилли часто делала снимки в розарии. Скамейка туда прекрасно впишется. Люди будут на нее садиться и любоваться цветами.

Дезмонд медленно кивнул:

— Возможно, я сам буду приходить туда, чтобы на ней посидеть.

— Конечно. — Ник решил, что как-нибудь это переживет. Поднявшись, он протянул Дезмонду руку, и тот ее пожал. — Я рад, что мы уладили наши разногласия.

Теперь он знает, что Дезмонд Перри больше не представляет опасности для его семьи.

Остается надеяться, что предстоящее объяснение с Кендейс пройдет так же гладко.

После дневного купания Кендейс лежала на шезлонге у бассейна вместе с Дженни, когда боковая дверь дома открылась и из нее вышел Ник. Утром он, как всегда, рано отправился на работу, и она обнаружила, что соскучилась по нему. Она привыкла завтракать вместе с ним и Дженни у бассейна, но после того, как она ему отказала, стал держаться с ней отстраненно. Это не давало ей покоя.

Приподнявшись, она поправила футболку Дженни и убедилась, что ее собственный саронг, надетый поверх мокрого купальника, не распахнулся.

— Была бы ее воля, Дженни не вылезала бы из воды, — сказала Кендейс подошедшему к ним Нику.

Едва взглянув на нее, он выдвинул стул из-за столика, за которым они утром завтракали, и сел напротив них с Дженни:

— Мне нужно с тобой поговорить.

— Я тебя слушаю.

— Дезмонд согласился отозвать свой иск.

Кендейс широко улыбнулась:

— Какое облегчение, Ник. Это замечательная новость. — Его лицо осталось мрачным, и она насторожилась: — Есть что-то еще?

— Я читал дневник Джилли, — холодно произнес он, озадачив Кендейс. — Ты знаешь, что в свидетельстве о рождения Дженни указано имя Джилли, а не твое?

— Ты мне уже это говорил, когда не поверил, что я мать Дженни. Должно быть, ты просто не видел документа. Это не может быть правдой.

В ответ Ник уставился на нее взглядом пантеры, готовящейся броситься на свою жертву. Почувствовав себя неуютно под его взглядом, она села на край шезлонга и поставила ноги на деревянный настил. Взяв самое большое полотенце, она расстелила его перед шезлонгом, положила на него Дженни и дала ей резиновый прорезыватель. Та сразу принялась его кусать.

— При твоих родах присутствовала акушерка?

— Да. Джилли настояла на домашних родах. Сказала, что так у вас обоих будет возможность с самого начала установить связь с ребенком. При больничных родах отец такой возможности не получает. — Кендейс помедлила. — Потом она сообщила мне, что ты не будешь присутствовать, поскольку тебе нужно будет уехать по делам.

Ник покачал головой:

— Она сама убедила меня поехать на встречи с тремя новыми поставщиками. Сказала, что до родов еще три недели и я успею к ним вернуться.

— Как удачно все сложилось для Джилли.

— Да. — Его черты немного смягчились.

— Когда ты не приехал к рождению Дженни, я начала сомневаться, что ты будешь хорошим отцом. Я сказала Джилли, что жалею о том, что письменно отказалась от права видеться с ребенком после его рождения. Она в ответ заявила, что ты с самого начала ничего не хотел знать о суррогатной матери. Что хотел думать, будто ребенок ее.

— Твое присутствие в жизни Дженни явно не входило в планы Джилли. Из ее дневника я узнал, что она подкупила акушерку, чтобы в свидетельстве о рождении было указано ее, а не твое имя.

— Этого я не знала, но теперь мне ясно, почему она настояла на домашних родах. — Ей стало грустно. — Учитывая то, что это был мой первый ребенок, мне было бы безопаснее рожать в больнице. Но Джилли так хотела быть с ребенком с самого начала, что я ей уступила.

— Ты больше ничего не хочешь мне сказать?

Даже на расстоянии двух метров от него она почувствовала, как он напрягся.

Сейчас не самый подходящий момент для признания в поступке, которого она стыдится. Впрочем, она знала, что просто тянет время. Уже давно пора все ему сказать.

Глубоко вдохнув, она встретилась с ним взглядом:

— Хочу. Джилли дала мне деньги.

Глаза Ника стали почти черными.

— Ты мне лгала. Ты говорила, что не получала денег за Дженни.

— Я их действительно не получала, — ответила она. — Джилли оплатила все мои медицинские и прочие расходы. Еще она оплатила мое проживание в отеле на острове, где находилась клиника. Во время моей беременности она привозила мне гостинцы. Мне не хватало духу отказываться, потому что ей нравилось делать мне приятное. Деньги, о которых идет речь, не имеют отношения к моему суррогатному материнству.

— Вот как? — Он недоверчиво фыркнул.

— Это была большая сумма.

— Когда она дала тебе деньги? Ты ей звонила?

— Нет! Мне нельзя было этого делать. Я письменно отказалась от права видеться с Дженни. Джилли сама ко мне приехала, чтобы узнать, как у меня дела. Я была в ужасном состоянии. Когда я увидела в окно ее машину, у меня появилась маленькая надежда на то, что она привезла Дженни. Но она была одна. Я сказала ей, что моя мать упала со стремянки и получила тяжелую черепно-мозговую травму. Что она уже несколько дней не приходит в сознание и врачи опасаются за ее жизнь. Я была в отчаянии, не знала, что делать. Я расплакалась. Возможно, ты мне не поверишь, но Джилли меня утешила.

— Я тебе верю. Джилли нравилось быть нужной. Слишком многие люди в ее жизни отталкивали ее, — печально произнес Ник. — Это одна из причин, по которой она так хотела иметь ребенка.

— Когда стало ясно, что моей матери понадобятся восстановительные процедуры и особый уход, Джилли нашла для нее хорошую реабилитационную клинику и предложила оплатить ее пребывание там.

— Значит, в конце концов, ты все же получила деньги за Дженни.

Кендейс неистово замотала головой:

— Нет! Этого никогда не было. Как ты мог такое подумать? Я долго отказывалась, но Джилли настаивала. В конце концов, я переступила через свою гордость и сдалась. Ведь речь шла о здоровье моей матери.