Твоей любви отрава - Кейт Ринка

Дальше пошли свидетели со стороны Олега, которых Евгений приглашал непосредственно из коридора. Поэтому для Марины было тем самым неприятным сюрпризом, когда в зале появилась Лариса, няня Димки, та самая, которая отказала ей в помощи и заявила, что не хочет вмешиваться. А теперь сидит напротив и говорит о ней всякие лживые гадости:

— Сама лично я не видела, как Марина пьет, но очень часто ощущала от нее алкогольный запах…

— А кто больше времени уделял ребенку — вы или мать? — произнес Евгений наводящий вопрос.

— Я, — ответила Лариса, пряча глаза от самой Марины.

Потому что стыдно. Потому что врала, на свой страх и риск. Видимо Олег как-то заставил. Или подкупил чем-то. Чем-то весомым, если женщина пошла на подобное, когда лжесвидетельство — это отдельная статья закона со своей мерой наказания.

— А как госпожа Юдина обращалась с ребенком, пребывая в состоянии алкогольного опьянения?

— Плохо…

— Подробнее, — потребовала судья от несчастной. — В чем это выражалось?

— Да, расскажите все, как есть, — попросил и Евгений, испепеляя Ларису пронзительный взглядом, словно чего-то требуя от нее.

— Она могла оставить его без присмотра… одного…

— Поднимала ли руку на ребенка? — снова влез адвокат.

— Да… я видела это.

— Что видели? — не поняла судья.

Лариса совсем побелела. Но все-таки нашла в себе силы снова соврать:

— Как Марина поднимает руку на своего ребенка…

— А другие мужчины бывали в доме Юдиных? — вдруг перескочил Евгений на другую тему.

— Бывали.

— Они приходили к Марине пока муж был на работе?

Лариса опустила глаза. Сглотнула. Но все равно произнесла:

— Да… а Дима оставался один, иногда совсем голодный…

Но тут Юра поднял руку, привлекая внимание судьи:

— У меня есть пара вопросов к свидетелю. Можно?

Судья безрадостно кивнула. И тогда Юра обратился уже к Ларисе:

— И что обычно происходило, когда эти мужчины приходили?

— Я… я точно не могу сказать.

— Ну что-то же вы должны были видеть. Они пили чай, разговаривали…

— Простите, но я действительно не знаю, потому что я в это время занималась ребенком, — произнесла женщина с возмущением в голосе.

— Значит, Марина все же оставляла ребенка не одного, а с вами. То есть, мать прекрасно понимала, что ее ребенок под присмотром. И даже если его не покормила она, это сделаете вы, в чем и состоит ваша работу. Правильно я понимаю?

— Да, — поспешила она согласиться, теряя с лица всю кровь.

— Ясно, спасибо, — произнес Юра.

А когда повисла небольшая пауза, судья обратилась к Евгению:

— Еще свидетели будут?

— Да.

— Зовите.

После Ларисы появилась их новая домработница, Гузель. Это была молодая девушка, значительно моложе Лиды и тем более Ларисы. Она говорила более уверенно и бодро, подтверждая все предыдущие слова о Марине, в которых было мало хорошего и совершенно отсутствовала правда.

Учитывая такие разные показания, не удивило, когда судья снова решила отложить свое решение. Еще и Юра под конец захотел что-то добавить:

— Прощу прощения, госпожа судья, чуть не забыл передать вам еще один материал, касательно Олега Юдина.

Вот этого не ожидал никто. Тем более — содержимого самого материала, где ответно выставлялись напоказ некоторые пороки Олега, якобы примерного семьянина. Там было расписано не только о его изменах, но и шумных вечеринках в стенах дома с присутствием мало одетых женщин и посторонних мужчин. И все это даже подтверждалось фотографиями.

— Прошу учесть, что такой образ жизни отца — уж точно не подходит для воспитания несовершеннолетнего ребенка, а также несет угрозу его жизни и здоровью, — заявил Юра, пока на его фоне звучала тихая ругать самого Олега.

Правда на этом ее муж не остановился. Он подскочил к судье и попытался вырвать свои фотографии.

— Откуда у вас эта хрень?! — взбесился он. — Это ущемление моих прав! Это моя частная жизнь!

Но к нему уже подлетела охрана и Евгений.

— К порядку! — кричала и судья, активно постукивая своим молоточком.

На этом все и закончилось. На этом снова домой, к Марку, без сына и заветного штампа в паспорте о разводе. Суд снова отложен. А судья решила привлечь к делу представителей из органов опеки.

* * *

Сегодня снова целый день рядом с Мариной. Сначала в суд, затем домой, снимать стресс — утешать. Она так сильно переживала. Хотя Юра посоветовал не расстраиваться. По его мнению, все идет не так уж и плохо. Главное теперь красиво и правильно встретить людей из органов опеки, чтобы они смогли дать свое положительное заключение.

— Мне начинает казаться, что это уже никогда не закончится, — произнесла Марина. — Олег не даст спокойно уйти… а я так сильно соскучилась по Димке…

Марк понимал, что на этом их «медовый месяц» закончился. А Марина вот-вот готова сдаться. В любой момент собрать вещи и уйти к мужу. А он даже не понимал, что чувствует от этих мыслей. Наверное, раздражение.

— Нужно еще немного потерпеть, — посоветовал ей.

— Да, — согласилась, возвращаясь в его объятья, в которых уже несколько дней искала утешение.

— Отвлекись. Тем более у тебя новые ребята в школе.

Она посмотрела ему в глаза и улыбнулась. Лбом ко лбу прильнула. Потянулась к губам и нежно поцеловала, делая его счастливым хоть на несколько мгновений.

И ведь послушала. Стала пропадать в его собственной школе танцев. Теперь ему приходилось ждать Марину. Чаще проводить время в зале рядом с ней. Подсказывать. Советовать. С удовольствием выходить на паркет в ее компании. И даже танцевать, пусть без усилий. Вальс, танго, немного джайв или пасодобль. И всегда в присутствии лишних зрителей, которых привлекала их яркая пара.