Хороший мальчик - Эль Кеннеди

– Хоспади! – восклицает Блейк, когда мы оказываемся на улице. – Малышка Джей, прости. Я не думал, что они придут в состояние повышенной боевой готовности, если я приведу с собой кого-то.

– Когда у тебя в последний раз была девушка? – спрашиваю я.

– Эм. Пять лет назад.

– Ясно… – Кусочки пазла складываются у меня в голове. – То есть ты расстался с как-ее-там и полностью покончил с отношениями?

– В общем-то, да, – хрипло соглашается он. – Смотри. – Он обводит рукой прекрасный двор со сверкающим бассейном у дальнего края. – Выкопали его сами, когда мне было четырнадцать. Это была бомба.

– Выглядит здорово. – У одного конца висит баскетбольная сетка, и я легко могу представить, как все крупные Райли борются под ней. На первый взгляд мой дом и жилище Блейка совсем не похожи. Но я ощущаю тут знакомую атмосферу большой семьи, и она действует успокаивающе. Инцидент на кухне не кажется таким ужасным. – Мило у тебя тут. – Я беру его под руку. – Покажи еще что-нибудь.

Он отводит меня в домик у бассейна, где стоит холодильник, полный канадского пива. Вернувшись, мы обнаруживаем, что на террасе перед кухней как раз начинается бебишауэр. По одному-два человека прибывают гости, складывают подарки на стол и пробуют закуски с другого.

– Давай найдем что-нибудь поесть, – предлагает мужчина, поглаживая мою поясницу. – Знаю, что моя мать может показаться странной, но она чертовски хорошо готовит.

– Звучит круто.

Он протягивает тарелку, и я беру мини-киш и фаршированное яйцо. Улыбаясь, к нам подходит Бритт.

– Там намного больше еды, – говорит она, показывая на стол за стеклянными дверьми. – И мы играем в игру.

– Четвертаки^[23]? – пытается угадать Блейк – Пиво-понг^[24]?

Сестра закатывает глаза.

– Нет, Блейки. – Ей даже не приходится тянуться, чтобы прицепить что-то к карману его рубашки. Это английская булавка с крошечной синей ленточкой. Мне она протягивает такую же с розовой. – На протяжении всей вечеринки нельзя говорить «малыш». Если произнесете, то отдаете значок тому, кто первый услышал от вас это слово. В конце тот, у которого будет больше всего значков, получит приз.

– Мои варианты веселее, – спорит Блейк.

Она хлопает его по груди.

– Поешь грудинки. Порадуй маму.

Мы встаем в очередь за едой. Стол Райли ломится от всего, что на нем разложено. Пока я накладываю еду в тарелку, фиктивный парень начинает обсуждать с зятем шансы команды в этом сезоне. На другом конце комнаты стоит с тарелкой в руках кудрявая девушка с кухни. Она слушает Бренну и одновременно бросает на меня злобные взгляды. Видимо, это и есть бывшая Блейка. Я невольно начинаю ее рассматривать. Она милая, с большими карими глазами и лицом в форме сердечка. Единственное, что в ней некрасиво, это кислая физиономия.

Блейк сжимает мою задницу, подталкивая вперед. Я беру кусок знаменитой грудинки и мягкую булку с маслом. При виде еды я осознаю, насколько голодна. Я целый месяц так хорошо не ела. Ужины с Уэсом и Джейми потрясающи. Однако в остальное время я просто проглатываю что-то взятое на вынос. Приходится есть у открытого окна, чтобы Вайолет не знала, как часто нарушаю ее запрет.

Хотя она стала дружелюбнее. Я думала, что смогу ее впечатлить только медицинскими познаниями. Но с тех пор как я познакомила ее с командой, она смотрит на меня с толикой уважения. Это полный бред.

– Надо было взять две тарелки, – сообщает Блейк. Вижу, что у него просто куча еды.

– Можешь переложить что-нибудь в мою, – предлагаю я.

– О, спасибо, малышка Джей.

– Эй! Я получаю твой значок. Гони сюда, здоровяк.

– Чего? – Он перекладывает на мою тарелку еще одну булку и кусок масла размером с шайбу. – Я не сказал слово на букву «М».

– Сказал!

– «Малышка» – это другое.

– Штук десять рождественских песенок готовы с тобой поспорить.

– Ладно, малыш. Бери. – Улыбаясь, он целует меня в лоб. – Но если бы не эта маленькая формальность, я бы выиграл. Слова «малыш» нет в моем лексиконе.

Кто-то на другом конце комнаты в ужасе ахает. Не глядя, понимаю, кто именно.

Мы несем тарелки к столу с парой свободных стульев.

– Пойду возьму приборы, – говорит Блейк, когда я усаживаюсь.

Но не успевает он сделать и нескольких шагов, как его придерживает за локоть беременная сестра.

– О чем ты только думал? – шипит Бренна.

– О том, чтобы принести девушке приборы и стакан воды. – Блейк с разгневанным выражением лица высвобождает руку из ее хватки.

У женщины опасно сверкают глаза.

– Хреновый момент ты выбрал, братан. Бебишауэр – вот когда ты решил ошарашить нас новостью о девушке? Когда Молли смотрит? Она же сейчас очень ранимая.

У Блейка напрягается челюсть.

– Прошло пять лет, Брен. Я выгляжу ранимым? Хоспади.

Он исчезает в дверном проеме в мгновение ока, а я провожаю его взглядом, когда кто-то за столом обращается ко мне:

– Джессика.

Я оборачиваюсь и замечаю пронзительный взгляд миссис Райли.

– Простите, что? – Она поймала меня на том, что я стала свидетелем семейной драмы?

– Не переживай из-за этого, – говорит она, размахивая рукой, будто отгоняет муху. – Моя дочь взвинчена из-за гормонов.

– А, эм, – я запинаюсь. – У меня тоже большая семья. Пятеро братьев и сестер. Всегда происходит какая-то драма.

– Правда? – Она ставит бокал на стол. Я замечаю, что атмосфера между нами теплеет на несколько градусов. – Расскажи о себе. Какие планы на будущее?

– Ну, я учусь на медсестру. Постоянно занимаюсь. В общем-то, это все.

Ее глаза сужаются.

– И ты встречаешься с моим сыном, который дружит с твоим родственником.

– Да, – быстро говорю я, – брат женат на Райане. Они живут в том же доме, что и Блейк.

– А. – Мама Райли выглядит радостнее. – У Уэсли твердая рука. Отличные рефлексы.

– Да… – Теперь мы говорим о хоккее? Голова идет кругом.

Блейк возвращается в приподнятом настроении и садится за стол. Еда, как он и обещал, потрясающая. Я говорю об этом маме Райли, и она широко улыбается.

Изображая хорошую девушку, я собираю тарелки, когда мы доедаем.

– Отнесу их на кухню, милый, – предлагаю я, слегка переигрывая. – Хочешь еще пива? Или кофе? – А Блейк вообще пьет кофе? Надо было сделать домашнюю работу.