Миллионеры к ногам не падают? - Агата Санлайт

– Лина, скажите «спасибо» и что я прощен за свое хамское предложение. Вот лучшее, чем вы можете отплатить за сегодняшнее.

Он так посмотрел, что я почему-то смутилась. Что такого было во взгляде Радифа? Не знаю. Только меня словно жаром окутало. Я уронила взгляд в пол и ответила:

– Хорошо. Прощаю.

– Вот и отлично! – обрадовался Радиф. – А теперь идем вытаскивать Руса из детского уголка. Обычно это не так просто…

***

– А ваш отец тоже такой прикольный?

– У вас, действительно, есть миллионы?

– А сколько у вас машин?

– У вас есть дети?

Рус заваливал Радифа вопросами, а наш спутник и шофер спокойно и подробно на все отвечал. Я не заметила, чтобы это его напрягало. И оттого Радиф все больше мне нравился.

Не как мужчина, а как человек, что крайне все усложняло.

С мужем я разводиться не собиралась. А интрижки – совсем не входили в мои планы.

Внезапно Рус подпрыгнул в кресле и ткнул пальцем в окно автомобиля.

– Ма-ам! Ты же обещала сводить меня в тот парк аттракционов! Ну, пожалуйста!

Ну да. Я обещала. А потом мы закрутились – вернее, я закрутилась, и совсем забыла об этом.

Радиф посмотрел на меня через зеркало заднего вида:

– Поехали?

– Мам! Ну ты же обещала!

Я-то уже представляла себя дома, с чашкой чая в руках. А тут… Но отказать ребенку, который сегодня и так пострадал, не хватило душевных сил.

– Поехали!

Радиф подмигнул в зеркало заднего вида – кажется, нам обоим. Я усмехнулась. Вот сейчас он не выглядел серьезным бизнесменом или избалованным альфа-самцом. Скорее парнем, с которым можно весело и приятно провести время.

Младший Заглятдинов зарулил на стоянку возле парка. Мы вошли в арку, увитую искусственными ветками плюща. Вдохнули запах поп-корна, сладкой ваты, орешков в сахарной глазури, вареной кукурузы… На входе в киосках-будках и на развалах всего этого было достаточно.

Чуть поодаль высились аттракционы. Все эти жуткие центрифуги – где внутренние органы прилипают к позвоночнику, лифты, которые взмывают ввысь и ухают вниз. Чертово колесо, что уносит под облака, пруд с огромными резиновыми лодками-уточками.

Пока зазевалась, Рус уже потянул Радифа к киоску со сладостями. А через минуту рядом со мной вышагивали два довольных ребенка, с розовым и голубым пучком сахарной ваты на палочке.

– Ну что? Что-нибудь экстремальное? – предложил Русу младший Заглятдинов.

– А пошли в тир!

Я даже удивилась. Думала, ребенок понесется на все эти жуткие аттракционы.

– Ну пошли, если не шутишь! – оживился Радиф. – Мама не против?

Хорошо, что уточнил, а то я уже думала – мое разрешение никому не требуется, а кое-кому срочно нужно ремня.

Спустя пару минут ребята целились в мишени.

Радиф практически очередью сбил сразу пять. Рус дважды попал и один раз промахнулся.

– Давай покажу, – предложил младший Заглятдинов.

И еще полчаса они с сыном выясняли – как правильно целиться, как стрелять и прочее.

Мужчины! Все они одинаковые!

Наконец нам выдали кучу призов – меховых игрушек всех цветов и размеров. Радиф выстроил их на ближайшей скамейке и предложил мне:

– Выберешь? Остальные пусть детишкам достанутся…

Целая толпа ребятни разного возраста уже ожидала на изготовке.

Я прошлась вдоль батареи гигантских плюшевых медведей, зайцев, львов и схватила лисичку. Круглую такую с хитрой мордой и умильными зелеными глазищами.

– Ну вот! Маме угодили! – радостно сообщил Радиф. – Себе возьмем приз?

– Да! – воскликнул Рус и схватил гигантского дельфина.

Стоило нам отойти от скамейки, как она опустела. А счастливые детские крики наполнили воздух.

Радиф подошел к тиру и после недолгих переговоров получил большую сетку для игрушек. Сложил туда наших плюшевых питомцев, закинул себе на плечо и ткнул пальцем в площадку для пейнтбола.

– Пошли? – предложил Русу.

Тот аж подпрыгнул от радости.

– И маму возьмем! Она давно хотела мне что-нибудь отстрелить! – неожиданно предложил Радиф и ослепительно улыбнулся.

– А что? – заинтересовался Рус.

– Длинный язык! – вклинилась я.

– Идешь? – с вызовом произнес Радиф.

Я усмехнулась. Не знаю, что на меня нашло, но впервые за долгое время я чувствовала себя почти как в детстве. Весело, беззаботно и радостно. Это ощущение переполняло, проникало в каждую клетку и мне не хотелось его отпускать… Возможно, сам парк его навевал, но какая разница.

Пока мы с Русом обходили территорию для игры, с мягкими матами и резиновыми надутыми стенами, Радиф договорился с кассиром – и довольно сообщил:

– Играем только втроем!

Вручил мне красный пистолет, Русу – зеленый, а себе взял желтый. Мы надели комбинезоны, похожие на костюмы пожарных, только, подозреваю, более легкие и… понеслось.

Мы бегали, хохотали, восторженно кричали, подстреливая друг друга, падали и опять хохотали.

Прятались за стены, выглядывали, перекатывались.

Стреляли…

– Юху-у-у! Вот тебе! – кричала я, попав Радифу прямо в центр шлема.

– Убила! – он падал на маты и картинно закатывал глаза. – Только ты можешь за меня отомстить!

Выскакивал мой Рус и палил.

– Я ее ранил! – заявлял гордо, заметив краску у меня на плече.

– Я воскрес от этой сладкой мысли! – вскакивал Радиф и принимался палить в меня.

– Так не честно! – возмущалась я.

– Честно! Мы тут все уже зомби! Кто-то вампир, умерший несколько раз! – радовался младший Заглятдинов.

Казалось – все проблемы закончились, резко и внезапно, и я снова в детстве.

Небо голубое, солнце ласковое, а в холодильнике полно шоколада. Мама жива, обнимает и целует без повода и просьбы. Я снова счастлива…

Беззаботная, радостная игра расслабила меня окончательно. Я забыла о неприятном начале нашей поездки с Радифом и Рус, кажется, тоже.

Когда мы еле дыша распластались на матах, окрашенные в разные цвета, я сняла шлем и захохотала.

– Ну? Ты выпустила свою злость на меня? Или все еще хочешь выклевать глаз? – уточнил Радиф. Навис сверху, уже тоже без шлема, пыхтя и улыбаясь.

– Подумаю! – гордо сообщила я.

– Ма-ам! Ну он хороший. Прости его! – заныл Рус, снимая костюм.

Радиф облизал губы, чуть приблизил свое лицо к моему и выдохнул: