Миллионеры к ногам не падают? - Агата Санлайт

Радиф

Вернувшись домой после прогулки с Линой, Радиф налил себе кофе, развалился в кресле и погрузился в воспоминания. Что за женщина? Чертовка! Маленькая, забавная девчонка и одновременно соблазнительница каких мало.

Впервые в жизни он так хотел женщину, даже просто помогая ей прийти в себя после аттракциона «лифт» или завалив на пейнтболе.

Радиф старался, чтобы Рус не заметил изменения в теле «маминого знакомого», как называл мальчик младшего Заглятдинова в тире. Лина, похоже, тоже ничего не увидела. Она резвилась и радовалась как ребенок. И одновременно ни на минуту не забывала о безопасности, о сыне и его потребностях.

Радиф отметил все эти моменты. Хотя сама Лина действовала машинально и, кажется, даже не отдавала себе в этом отчета.

Когда они проходили мимо хорошо оборудованных биотуалетов, гадалка всякий раз спрашивала сына – не хочет ли тот зайти. Мальчишка увлекался и обо всем забывал.

После пейнтбола, Лина внимательно осмотрела Руса, на предмет царапин и ушибов. Заставила его поменять футболку, вытащив запасную из своего рюкзачка.

Отправила ребенка мыть руки и лицо, чтобы «не затащить в рот какую-нибудь заразу». Сама тоже ушла умываться. Последовал примеру дружного семейства и Радиф, встретив Руса в мужском туалете.

– Мама у тебя строгая, но хорошая и справедливая, – не выдержал, поделился младший Заглятдинов.

Рус заулыбался.

– Она – самая лучшая. Знаешь, отец всегда и все мне разрешал. Я как-то рассек губу на батуте, пока отец «смотрел» за мной, а, на самом деле, дремал. А мама… Она всегда за мной следит. Это иногда раздражает. Но это здорово!

– Ты ее очень любишь? – спросил Радиф.

– Очень, – кивнул Рус. – И если ты ее обидишь…

– Лина выколет мне клювом чучела ворона один глаз, а ты выбьешь с ноги другой!

Мужчины расхохотались, а Радиф вдруг понял, что Рус все заметил.

Если и не все, то определенно почувствовал, что младший Заглятдинов относится к Лине вовсе не как к подруге или к потенциальной компаньонке. И следующим пришло новое открытие. Ребенок не злился на это! Видимо, отношения родителей его не устраивали. Рус казался таким взрослым не по годам и таким по-детски обаятельным.

Радиф потрепал парнишку по голове, и они направились к гадалке, которая уже мерила шагами брусчатку возле уборных.

…После «лифта», Лина опять осмотрела Руса, спросила:

– Не тошнит? Голова не кружится?

А еще всякий раз, когда Рус садился в машину, Лина проверяла, как он пристегнут.

Она делала это все инстинктивно и Радиф понимал, что Лина – прирожденная мать. Ей не требовалось делать над собой усилия, как некоторым. Все выходило естественно. И рассказывай гадалка о том, как провела время, вряд ли она даже вспомнит все эти моменты.

Радиф же чувствовал, что очарован этой женщиной гораздо сильнее прежнего. Так хотелось попросить ее просто переехать к нему, забыв о прошлых уговорах. Ведь теперь его намерения самые серьезные, самые правильные и самые честные. Должна же она понять, как сложно отвозить домой к другому мужчине женщину, которую хочешь телом, сердцем и умом. Всем своим существом.

Хочешь так, что от одной мысли о разлуке в душе все переворачивается и кажется, что жизнь прожита зря.

Радиф не сдержался возле машины, попытался поцеловать Лину, почти поцеловал. Но она убежала. И младший Заглятдинов всю дорогу переживал этот момент.

Ее близость, такую сладкую, приятную, волнующую. Ее короткие ответы, без подтекста и прежней агрессии и… то как она «вовремя» улизнула в машину, к Русу.

Когда первые ощущения отпустили, Радиф понял, что просидел в кресле, мечтая о Лине больше часа… Вот ведь чертовка! Маленькая бестия! Самая лучшая бестия на свете!

Однако пора и к делам.

Радиф позвонил Денису и без прелюдий приказал:

– Там в двадцатой школе есть парнишка, Глеб Дельский. Сегодня он в драке ткнул в глаз карандашом одноклассника. Надо бы выяснить – кто такой и организовать ему экспертизу у психолога. Мало ли, может у парня не все в порядке с головой и учиться ему стоит в другой школе… Специальной… Для таких…