(Не) твоя - Виолетта Роман

– Или думаешь, я променяю это. – его ладонь накрывает мое лоно. Я уже мокрая, черт.

Цокает, строго посмотрев на меня.

– Нужно быть совсем глупой считая, что какая-то шлюха может заинтересовать меня, когда я у меня есть женщина, подарившая мне двух замечательных карапузов.

– Грех, я серьёзно! – держу себя из последних сил. Но они с каждой секундой покидают меня все быстрей.

– И я серьезно, – шепотом у самых моих губ. А потом он входит в меня пальцем. Вздрогнув, выдыхаю со стоном. Его глаза смотрят на меня внимательно, пока пальцы продолжают сладкую пытку. Его омуты такие черные, а на губах больше нет улыбки.

У меня кружится голова. Не замечаю, как начинаю подаваться ему навстречу. Снова проиграла. Он взял надо мной вверх. Хотя, разве у меня был хоть один шанс против него?

Глава 16

Тайсон

Самый лучший завтрак, не выходя из постели – ее губы сладкие. Сжимаю бедра, вбиваюсь в нее. Горячая, вкусная. Стонет так сладко! Так и остался бы в ней. Моя воля, из постели бы ее не выпускал.

– Гера-а-а, – стонет, царапая мою спину.

Вроде и остановить меня пытается, а бедрами подается.

– М? – покрываю поцелуями ее шею, грудь. Кажется, не надышусь ей никогда.

– Нужно подниматься, завтрак готовить. Куча дел…

– Чтоб их…

Прикрываю глаза, утыкаясь носом в ее волосы. Вдыхаю ее аромат. Сегодня придется уехать надолго. Не знаю, вернусь ли до наступления ночи. И от мыслей, что снова без них придется, хреново. Труба разрывается от звонков. Овсянка уже на подходе.

Она спускается вниз, а я иду в душ. Стоит мне оказаться одному, голова разрывается от мыслей. В последнее время навалилось куча проблем. То и дело появляется какая-нибудь тварь на горизонте, возомнившая из себя того, кому получится уничтожить меня.

На прошлой неделе кто-то умыкнул пару крупных заказчиков. Плюс ко всему, менты начинают все больше борзеть. Жадные суки, все мало им. Задолбался отстегивать. Да еще и новая «радость» прибыла. Неделю назад на должность начальника милиции поставили Лешего. У нас с ним и так были отношения не из лучших, а теперь так и вовсе, война начнется.

Выхожу из ванной, одеваюсь. К черту все. Разрулим. И в большие замесы попадал.

Спускаюсь вниз. По гостиной носится Жучок, а за ней Еся с резинкой и расческой в руке. Ника жутко не любит расчесываться. И постоянно доводит Синицу.

– Жучок, – поймал налету дочку. Прижал к себе, поцеловал в пухлые щечки. Завизжала радостно.

– Это ураган, а не девочка. Десять минут гоняюсь за ней! – вздыхает Еся, смахивая выбившиеся волосы с лица. Синица забирает дочку и принимается за дело.

Паша пьет чай.

– Па, ты сегодня в зале будешь? Мы с дядь Ромой потренироваться договорились.

Устраиваюсь рядом с ним за уже накрытым столом. И когда Синица все успела? Беру пару сырников и наливаю чай.

– Сегодня не смогу. Дел много, а вот на выходных обязательно съездим. Я и сам хотел с парнями поспаринговаться.

Сын кивает, возвращая внимание к телевизору.

– Что там с учебой? Мать говорила, двойку выхватил на прошлой неделе.

Паша не успевает ответить, в комнату входят девочки. Еся усаживает Нику за стол.

– Помочь? – вижу, что жена заведенная. Отмахивается.

– Анна Михайловна уже пришла. Переоденется и подойдет.

Завтрак проходит в молчании. Паша первый поднимается из-за стола. Попрощавшись, берет рюкзак и выходит на улицу. Рома отвезет его в лицей, а потом вернется за Есей.

Анна Михайловна кормит Жучка и уходит с ней в детскую. Мой чай выпит, газета прочитана. Давно уже пора выходить – парни ждут в машине у дома. А я все никак. Смотрю на жену свою, которая в этот момент красоту наводит, обложившись косметикой, и поверить сам себе боюсь. Вот она – идиллия. То, о чем я никогда и мечтать не смел. Мог ли поверить я, человек, жизнь которого, казалось бы, состоит из одного рэкета и насилия, что у меня будет семья. Красавица жена, сын, дочка. Скольких трудов мне стоит этот покой, не знает никто. Сколько страхов в душе каждый день. Прав был Овсянка, сказав, что с семьей я стану уязвимым. Но несмотря ни на что, они – то, ради чего я живу. Ради чего меняюсь.

– Гера, что там с Ликой?

Ее вопрос заставляет меня улыбнуться. Порой Синица ведет себя как капризная, ревнивая девочка. Неужели считает, что я смогу сделать ей больно?

– Ее Овсянка притащил. Клятвенно обещал, что проблем она не доставит, – поднимаюсь со стула, обнимаю ее. Еся поворачивается в моих руках, ее губы касаются моих.

– Зачем она ему? Он же с Ингой.

– Ты же знаешь Мишу. Он не может долго с одной.

– Даже если эта одна красотка? Инга шикарная женщина, чего ему не хватает? – она начинает злиться. В этом вся Синица. Чужую беду за свою принимает. Никогда мимо не пройдет. За это ее и братва моя уважает. Порой кажется, что они расположены к ней больше, чем ко мне. Улыбнулся.

– Я не могу отвечать за всех, Синица. Главное, что мне только ты нужна, – снова притягиваю для поцелуя. Ее губы пахнут ванилью. Они такие мягкие, хочется утонуть в ней. Углубляю поцелуй, но она отстраняется.

– Хитрый лис.

Вырывается из моих рук, хватает сумочку и направляется к коридору.

– Македона подожди. Он скоро будет.

– А ты когда вернешься?

Знаю, что после моего ответа ее глаза станут грустными. Меньше всего я хочу этого. Но и врать в нашей семье не принято.

– Сегодня сложный день. Не уверен, что до темноты вернусь.

Она волнуется, но старается не показывать.

– Просто береги себя.

* * *

Уселся в салон. Обернулся назад, все парни были на месте. Каждый кивнул, пробурчав приветствие. Овсянка покосился на меня, чему-то ухмыляясь.

– Поехали, – бросил ему короткое и отвернулся. Путь был не близкий. Встречу нам назначил один человек. Коля Загорский. Занимается грязными делишками, та еще мразота. Просьба у него ко мне. Никогда бы не пошел с ним на контакт, если бы не информация, которой он обладает. Прошел слушок, что он с человечком новым связался. И вполне возможно, что проблемы в бизнесе у нас в последнее время именно благодаря ему. Если это так, сровняю с землей. И одного, и второго.

Спустя час заехали на заправку. Пацаны отлить пошли, да перекусить чего. Овсянка заправлял тачку.

– Не разбредайтесь сильно! – крикнул им вслед.

Ко мне подсел Олег.

– Тайсон, у меня разговор к тебе. Дело одно предложили, может выгореть