Не будем о личном. Только секс - Валерия Иванова

И тут раздался звонок в дверь. Я нахмурилась, думала не открывать, но за дверью последовали крики.

— Натка, открывай!

— Давай быстрее!

О. Мой. Бог.

Мои подруги вернулись.

Берестов смотрел на меня, а я, кажется, даже дышать перестала. За что мне всё это? Где я так согрешила?

— Давид, ты не мог бы не выходить из комнаты, а? Сейчас я от девочек избавлюсь.

— А если я захочу пить?

— Потерпишь.

— А если я захочу в туалет?

— Можешь сделать дело в окно.

— А если мне станет скучно?

Я смотрела на него в шоке. А он заржал. Этот урод просто издевается надо мной! Я пробормотала проклятья сквозь зубы, закрыла дверь и побежала снова выгонять подруг.

— Наконец-то! — воскликнула Настя и просто отодвинула меня от двери.

Я не собиралась их запускать в квартиру, но не ожидала, что столько силы в этой женщине! Все трое кур запёрлись в квартиру, они ещё догнались, потому что смеялись без остановки.

— Нитик, всё схвачено, — объявила Саша.

— Мы зашли в аптеку и нам сказали, что это лучшее средство от диареи! Так что можешь не бояться, что обо… — я зажала рот Ниночке рукой, чтобы она не договорила фразу.

Щёки пылали от стыда.

— Я не… Это не… Вам надо уйти. Быстро.

— Чего это ты нас выгоняешь? — прищурилась Анастейша.

И тут подруги, как по команде, уставились на кроссовки Берестова. Ну твою мать! Спалиться на таком.

— Наталья, — голосом строгой училки произнесла Сашка. — У тебя там мужчина?

Я прикусила губу и кивнула.

— Ты променяла нас на член? — это уже была Настя.

Я вновь кивнула.

— Молодец! Иди и бери от жизни всё, девочка!

— Ты нас познакомишь? — поинтересовалась Нина.

Тут мне вообще плохо стало, когда представила эту картину. И едва не выпалила, что Ниночка его уже знает.

— Не сейчас, — тут же добавила девушка. — Понятно, что сейчас ты будешь занята.

— Так, девки, пойдём отсюда, пусть Наташка развлекается. Но ты должна рассказать нам всё потом!

— Обязательно.

Девочки, хихикая, начали уходить.

— Эй, мужчина, — крикнула Настя. — Отжарь мою подругу как следует, у неё почти год секса не было! Не подведи, брат!

Я её убью!

Смеясь, подруги и Настя, которая с этой минуты мой враг номер один, покинули мою квартиру.

Я прислонилась лбом к двери и застонала от унижения. Сначала про диарею, потом про то, что у меня не было секса.

Может, мне надо было сбежать с ними?

32

Не знаю, сколько стояла, прислонившись лбом к двери. Десять минут? Час? Два? Я отказывалась двигаться и встречаться с Берестовым. Какой позор. Мне так стыдно стало почему-то. Что он подумает? Что муж меня не хотел? Что со мной что-то не так? Обидно стало, очень, до кома в горле. Вроде безобидная шутка, но Настя зацепила за живое. Расковыряла рану, которая никогда не зарастёт, до конца будет гноиться. Моя женская сущность ущемлена, и нужно много времени, чтобы вернуть веру в себя. Это очень больно, когда муж тебя не хочет…

— Наташа, ты собираешься вернуться в комнату? — услышала голос Давида и зажмурилась.

— Нет, — ответила и зажмурилась по-детски.

— Сделай мне кофе и можешь возвращаться к тому, чем занята.

Я, ругаясь себе под нос, поплелась делать кофе начальнику, да и мне бы не помешало взбодриться.

Сделала две чашки кофе, взяла печенье, конфеты и сыр из Франции, что остался от посиделок, и поплелась в комнату. Открыла дверь, и поднос чуть не выпал из рук. Босс снял с себя кофту, был с голым торсом и проворно орудовал отверткой. Это было самое сексуальное зрелище из всех, что я когда-либо видела.

— О, вау, — выдохнула я.

— Ты собрала просто всё неправильно, здесь же инструкция.

Я поставила поднос на стол и, подтянув кресло, села напротив Давида, здесь обзор лучше.

— Мы с подругами решили, что инструкцию смотрят только слабаки, — ответила я.

Берестов оглянулся через плечо, и мышцы спины перекатились под кожей. Мне нестерпимо захотелось подойти к нему и прижаться щекой.

— А ещё они решили, что тебя никто не трахал целый год, но мы с тобой знаем правду.

Я тут же вспыхнула и сделала глоток кофе.

— Ты прости за это. Настя, она… Она больная. Душевно. А будет и физически, когда я её увижу в следующий раз.

— Она переживает о тебе, — с улыбкой сказал мужчина.

Он подошёл к столу и взял свою чашку с кофе. Сделал глоток и поморщился, но комментировать не стал.

— Вообще-то я чуть инфаркт не получила. Думала, что они не уйдут и увидят тебя. Я даже думала, как бы тебя в шкафу закрыть, чтоб не открыли, — честно призналась я, а Берестов… Заржал.

Очень, блин, смешно.

— Не вижу ничего смешного, — сухо произнесла я.

— Наталья, какая у тебя бурная фантазия.

Я смотрела на него и не понимала, шутит он или серьёзно.

— А ты бы что им сказал, когда они полезли бы с расспросами? У нас контракт, и там пункт о неразглашении! И Ниночка была здесь!

Давид посмотрел на меня в недоумении.

— Нина Шильцова, — пояснила я.

Он всё ещё смотрел на меня.

— Работает на тебя.

— Это та, у которой глаза на пол лица?

— Да, она.

— Понятно.

Он допил быстро кофе и вернулся к долбанному шкафу. А я сидела и медленно закипала. Что ему там понятно? Это называется разговор? Я вообще ничего не понимаю уже! А говорят, что женщин не понять, ну да, конечно.

Давид что-то усердно раскручивал или прикручивал, видно, что был напряжен. Да и вообще в комнате воцарилось напряжение.

— Ты вообще чего приехал? Сказал же, что будешь занят.

— Освободился, — бросил, не поворачиваясь.

Ещё и злится?! Нормально вообще.

— Просто я собралась провести вечер с подругами, если бы ты предупредил заранее, что можешь передумать…

— Ты могла об этом сказать ещё по телефону, чтобы я сюда не тащился.

Ну всё, достал!

— А ты дал мне хоть слово вставить? Ты сказал, что едешь, и бросил трубку, а я тебе звонила несколько раз, телефон был отключен.

Я так завелась, что встала с кресла