Испорченный... - Екатерина Юдина

— Черт, не трогай, или я тебя ткну палками. — отдернулась я, натягивая рукав на бинты, которыми перемотала метку Вавилона. — Просто растянул.

— Дай я тебе переделаю. Бинты едва держатся.

У меня вырвался тихий смех. Я представила глаза Лерсона, когда он увидит на своем лидере метку другого альфы.

— Забей. Все уже прошло почти.

— Как знаешь.

Он замолчал, открыв свою еду и взяв палочки, а я задумчиво покосилась на свой рукав. К слову говоря, что будет с Вавилоном, когда отмеченная им пара исчезнет? Получается, он до конца жизни не сможет ни с кем заняться сексом. Вот это будет подстава.

— Эй, Лерсон. — я заметила краем глаза пролетевшую мимо парковки полицейскую машину с мигалками и ткнула в ее сторону палками. — Постарайся поехать за ней.

— Нуб… черт. — Лерсон послушно бросил коробку себе под ноги и завел машину, берясь за руль. — Я только хотел поесть.

— Можешь поесть и рискнуть потом собой, в одиночестве катаясь по городу, в котором нас ищет самый сильный лидер стаи.

— Я уже понял. — прорычал альфа, и, выкрутив руль, мы выехали с парковки, отправившись вслед за полицейской машиной.

За окном уже сильно темнело — вечер плавно переходил в ночь. Это было крайне плохое время для того, чтобы куда-то ехать, однако, сейчас для меня была каждая минута на счету.

В моей очищенной крови пока были и еще работали подавители. Я не знала, надолго ли это.

— Куда ехать? Все время за полицейскими? — услышала я голос Лерсона и повернулась к нему.

— Через три перекрестка заверни направо и останови там.

— Там не больница.

— Нет. — подтвердила я. — Мне нужно кое с кем встретиться. После чего ты отправляйся к Джаянду, стараясь не заезжать в плохие районы и предупреди тех, кто остался в стае, что мы перебираемся в Карнку.

Я увидела, как глаза Лерсона чуть расширились, но посмотреть он на меня не мог — следил за дорогой.

— Карнка? Помпей нас там прибьет.

— Уже вскоре он нам ничего не сможет сделать.

— Что ты задумал, Нуб? Звучит страшно.

— Пока, Лерсон. — я отвернулась к окну. Он в этот момент завернул в нужное место и остановился, поэтому я открыла дверь и вышла на дорогу. — Забери меня как можно скорее, так что сильно не болтай с Джаяндом. И осторожнее.

Захлопнув дверь, я развернулась и направилась к небольшому двухэтажному дому. Одно из окон ярко горело, и через стекло можно было рассмотреть темно-розовые шторы.

Я поднялась на второй этаж и позвонила в дверь.

Прошло немного времени и дверь распахнулась. Первое, что я увидела — женские ноги, засунутые в белые, пушистые тапки.

— Бог ты мой. — прозвучало над моей головой не сильно приветливо. — Ты что здесь делаешь?

Я подняла голову. Скрестив руки на груди, на меня смотрела высокая девушка с волнистыми темными волосами. Даже вечером она была с макияжем.

— Соскучился по тебе, сестренка. — произнесла я, усмехнувшись.

— Не нужно меня так называть, Нуб. — ее обычно глубокий и нежный голос стал заметно холоднее. — Вообще проваливай, чтобы я тебя больше не видела.

Похоже, годы шли, а ее ненависть ко мне так и не уменьшилась.

С Афродитой у меня отношения не заладились с самого начала. Скорее всего, причиной было то, что она являлась сводной сестрой Помпея. Единственной приближенной к нему девушкой. Это то, из-за чего я ее не любила. Почему у нее возникала ненависть ко мне, я так и не поняла, но она обрушилась на меня с первых же мгновений нашей встречи.

Но так же я уже давно заметила еще кое-что. Трудно не уловить определенные взгляды девушки. Пусть они и были так же пропитаны злостью. Но, конечно, это были не те взгляды, которые она бросала в сторону Помпея.

— Позволь мне зайти к тебе, — я оперлась рукой о дверь, наклоняясь к сводной сестре Помпея.

— Ни за что, — сказала она, но отстраняться не стала.

— А что, если я скажу, что нам нужно поговорить?

— О чем?

— О нас с тобой. Я, как парень, испытываю к тебе очень сильный интерес. Я же вижу, что тоже тебе нравлюсь. Так, может, перестанем играть в взаимную ненависть и лучше поиграем в нечто другое?

Глава 20. Cкоро

Афродита замерла. Разомкнула губы и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, вспыхнувшими водоворотами разнообразных эмоций.

— Проваливай. Немедленно, — она наконец-то пришла в себя. Зло стиснула зубы и попыталась закрыть дверь. Но я выставила руку вперед и с грубым хлопком обратно прижала ее к стене. Из-за этого я теперь стояла к Афродите слишком близко, но даже и не думала отстраняться.

— Почему мне кажется, что ты пытаешься сбежать от меня? Боишься? — я приподняла один уголок губ. Усмехнулась.

— Издеваешься? — Афродита подняла руку, но прежде чем ее ладонь уперлась в мою грудь, на которой сейчас был слишком грубо намотан бинт, я перехватила ее и сжала в своей. Девушка вздрогнула, а потом опять замерла, неотрывно смотря на наши сплетенные пальцы.

— Нет. Я более, чем серьезен, — я зашла в квартиру, как к себе домой. Захлопнула дверь и направилась в гостиную. Там лениво уселась в кресло.

— Ты с ума сошел? — Афродита пришла в эту комнату вслед за мной. — Выметайся, иначе я позвоню Помпею и расскажу, что ты позволяешь себе слишком много. Он тебе шею свернет.

— Я в этом не сомневаюсь, — я пожала плечами. — Сестру вожака никто не смеет трогать. Все-таки статус. На тебя даже смотреть боятся. Иначе Помпей вырвет глаза. Но, что, если я скажу, что мне плевать? Ты мне уже давно нравишься. С самой первой встречи. Чертовски сильно хочу тебя каждый гон. Ты все равно продолжишь меня прогонять?

— Естественно, — девушка скрестила руки под грудью. — Кто я, а кто ты?

— Разве это будет иметь значение, когда мы будем в постели? — я постучала пальцем по мягкой обивке подлокотника. — Подари мне немного своей любви, Афродита. То, что другим недоступно, пусть станет моим.

— Ты точно свихнулся, — девушка пальцами нервно сжала ткань платья. — Пошел прочь. Немедленно. Предупреждаю в самый последний раз, ты ничтожество…

Я взяла ее за руку и потянула на себя, заставляя упасть мне на колени. Положила руки ей на ноги, удерживая в таком положении и заставляя посмотреть на меня. О том, как я чувствовала себя в этот момент, старалась не думать.

— Ты можешь называть меня как угодно, но это не меняет того, что я тебе нравлюсь, — я положила руку ей на затылок