Маленькая проблема - Роза Ветрова

тени на бледное лицо. Губы, помнится мягкие и ягодные на вкус, сомкнуты, пока он спит в своей неудобной и застывшей позе. Наблюдая за спящим юношей, я почувствовала, как в моем сердце что-то дрогнуло. Мне было и жаль его, и неволей просыпалось уважение. Ведь мог бы купить диплом, или мог бы продолжать ничего не делать тут, совсем как раньше. Но вместо этого он пытается успеть все и, черт возьми, хоть и с трудом, но у него получается.

Тогда я накрыла его тонким пледом, что был у меня на работе на всякий случай, бесшумно собрала обертки от шоколадок. И заказала ему комплексный обед в ресторане поблизости.

— Это мне? — удивился он, когда я молча поставила перед ним поднос с горячим супом и вторым.

За пять минут до этого Ярослав проснулся, резко вскакивая на своем месте и смешно озираясь. Мне пришлось сделать вид, что ничего не заметила, усиленно работая в компьютере.

— Да. Извините за наглость, но мне показалось вы плохо питались в последнее время, у вас бледный вид.

— Пожалуй, — согласился он. — Не хватает времени. Спасибо, Анна Владимировна.

Подчеркнуто вежлив со мной, как и обещал держит дистанцию.

— Не за что, Ярослав Игоревич.

Я такая дура. Должна этому радоваться, но мое глупое сердце пребывает в унылом настроении который день. Ну о чем я вообще думаю?! Точнее, о ком… О мальчишке, на двенадцать лет младше меня!

— Вы можете поручить мне что-то из личного, что сами не успеваете сделать, — произношу и невольно все равно краснею, глядя в темно-серые, как горячая ртуть, глаза босса. — Я уже приноровилась к заданному темпу, у меня остается свободное время.

Ярослав оглядывает меня пронизывающим взглядом, принимает в своей голове решение. Потом встает и подходит ко мне.

— Спасибо. Если честно, то от вашего предложения не смогу отказаться, я катастрофически ничего не успеваю, — устало трет пальцами переносицу.

С тех пор я всегда заказывала ему обед, полностью забрала на себя заботу о его спортивной форме и прачечных, бывало даже ксерокопировала его конспекты для университета и перевязывала галстук, который он завязывал весьма неумело (это всегда был самый щепетильный и неловкий момент в моей работе — трудно делать ровный узел в такой близости под его обжигающим взглядом).

Ярослав выписал на меня доверенность, и теперь в неописуемом ужасе я ездила на его автомобиле по Москве с разными поручениями, в основном по старинке собирать подписи учредителей компании. Часто он поручал мне анализировать собранные отчеты подчиненных, составлять свое резюме. Принимать решения. В общем я стала его тихой тенью, выполняя работу личного помощника, секретаря, иногда водителя, и так далее. Почти все как раньше, только теперь работа и поручения были настоящими и достаточно сложными (и не менее интересными), а сам босс вежливым и даже слегка жестким.

Спустя какое-то время я полностью пересмотрела его расписание и рабочий график, чтобы облегчить парню жизнь. Неожиданно Ярослав стал посещать собрания акционеров, я думала — как руководитель своего департамента, но нет. Как полноправный обладатель акций. Игорь Викторович сначала был в полнейшем шоке, как и остальные, потом устроил грандиозный скандал. Оказывается, часть акций Ярославу отписал его дядя, и теперь хитрому парню был открыт доступ и на самую верхушку «ИнтерМедиа Групп». Все было легально, но война отца и сына только усугубилась.

Игорь Викторович, который так хотел, чтобы его сын работал вместе с ним и унаследовал бизнес, внезапно пошел на попятную. Может, наконец, почувствовал нежелание своего сына, может испугался того, что тот все знает о его проделках. Но теперь и выгнать его он не мог. Все чаще стал вызывать меня к себе, выпытывать о проделанной сыном работе. Мне приходилось вертеться ужом на сковородке, уходить от ответа или делать вид, что ничего не знаю. Но однажды он сорвался и устроил мне неприятный разнос, выставив из кабинета в слезах.

— Если не хотите лишиться места — сделайте, как я сказал! Жду ваш отчет к концу этой недели!

Наладившиеся отношения с Ярославом тоже начали давать сбой и заставляли ходить по острому краю — у нас с ним начались «переглядки». Мы постоянно стали ловить друг друга за подглядыванием. Взгляну, бывало, украдкой, поинтересуюсь, что он там делает. А потом впопыхах отворачиваюсь, поймав его резкий взгляд.

И с его стороны тоже самое. Он пообещал меня не трогать, и он держит слово. Но иногда я успеваю заметить в его глазах умело скрываемый огонь, от которого горячо и тесно в груди, а низ живота наполняется предательской тяжестью. Потому что его взгляд поедает, нет, пожирает, раздевает и делает мысленно все, что хочется. Иногда он думает, что я не вижу, но я знаю, замечаю в отражениях стеклянного бокса или погасшего монитора. От его внимания неосознанно сводит колени, а бедра дрожат. Бешеным потоком рвутся воспоминания о той сцене на кухне, когда я полулежала под ним, распластанная на столешнице, влажная и абсолютно готовая для него…

Забыть, забыть, забыть!

С другой стороны, я была благодарна Ярославу. Совершив одну ошибку, я уберегла саму себя от другой ошибки. Колоссальной. Замужества. Расставшись с Колей, я все сделала правильно. Не могло у меня быть с ним все прекрасно, если я никогда не испытывала с ним и толики того, что испытала с Ярославом меньше, чем за три минуты.

Ведь тогда произошедшее потрясло меня до слез не столько из-за вопиющей наглости парня, который соблазнил меня в считанные минуты, а сколько из-за испытанных эмоций, которые прорвались проснувшимся вулканом, разнося все привычное в щепки. Я никогда в своей жизни не была до такой степени возбуждена, чтобы меня вело от одного поцелуя или ласки. Более того, всю жизнь я считала секс не самым значительным пунктом, порой переживала и думала, что ж я невезучая такая, что аж почти фригидная. А оказывается, все во мне было скрыто глубоко внутри.

Дожив до своего возраста, я и не думала, что может тряхануть так сильно. А ведь у нас с Ярославом даже не было секса… Нетрудно предположить, почему я как дура украдкой смотрю на него, на причину своего внутреннего беспокойства. Пытаюсь понять — почему он?! Ведь он… мы с ним совсем разные, как небо и земля. И возраст, и социальный статус, да и вообще… Мы как будто из разных плоскостей. Но нет же, повело именно от него.

Каждый божий день Коля караулил меня у подъезда, но мне не хотелось иметь с ним ничего общего. К слову, он даже впервые купил