Кошечка для (дочери) герцога - Елена Смертная

— Сложный вопрос, – герцог многозначительно хмыкнул. – Они ужасны. Я не могу думать иначе, когда работаю с людьми, у которых оборотни забрали так много. Некоторые из моих подчиненных потеряли жен, детей, родителей. И всё по вине неконтролируемых зверей. И всё же…

Он умолк.

— И всё же… что?

— Они не выбирали эту судьбу. Я делаю своего рода скидку, когда речь заходит о наказании. Конечно, любой преступник будет казнен, если так решит суд. Но я не буду отрицать, что испытываю жалость к этим существам. Они не могут противиться своей крови. Это страшно.

Я осторожно улыбнулась.

— А разве тебя не могут лишить звания главы ордена, если узнают об этой стороне твоей позиции?

Эд усмехнулся, пронзая меня хитрым взглядом.

— Возможно. Но именно поэтому я делюсь такими мыслями лишь с теми, кому доверяю.

— Доверяешь? Мы же не так давно знакомы. Вдруг я окажусь… шпионкой? – я с театральной игривостью подмигнула герцогу. Тот не стушевался и продолжил с улыбкой:

— Тогда я признаю, что абсолютно не разбираюсь в женщинах, раз промахнулся дважды, да ещё и подряд.

Я скромно отвела взгляд. Больше из-за желания сдержать грань между робкой милашкой и бойкой проказницей, каковой я и являлась. А то вдруг ещё спугну Эдварда резкими эмоциональными выпадами. Да и зачем рисковать? Он и так должен был пригласить меня на свидание сегодня.

— Собственно, – подхватил герцог, выдвигая ящик стола и вытаскивая мой эскиз, – я хотел бы обсудить с тобой написание портрета. Если ты готова взяться за работу, конечно.

— Да, определенно, – я оживилась. – Только не знаю, когда мне всё успеть.

— Это не страшно. Я освобожу тебя от твоей обычной работы на время. Думаю, в моих силах предложить тебе жалование, которое покроет и зарплату в пекарне. Ты ведь, кажется, там работаешь днём?

— Д…да, – надо быстро что-то придумывать. – Но я не готова отказываться от основной работы. Всё же портрет – это дело временное. Мне нужен и постоянный заработок.

— Так, может, ты перейдешь к нам на полную ставку? – Эдвард достал какой-то блокнот, где, кажется, вёл записи по доходам и расходам.

— Даже не знаю… – нужно показательно поразмыслить, прежде чем категорически отказываться.

— Сколько ты получаешь в пекарне? Если не секрет. Я постараюсь предложить в два раза больше. Не думай, я не пытаюсь купить тебя из-за последних событий, чтобы просить молчать о случившемся. Напротив, если ты будешь рядом, я смогу обеспечить охрану.

Эдвард был так мил. Мне искренне казалось, что он хочет переманить меня, потому что испытывает симпатию и ищет повод подступиться. Хотя их у него итак огромное количество! Обступает меня со всех сторон и не краснеет!

— И всё же, я вынуждена отказаться, – я невинно улыбнулась. – Это очень щедро, но я работаю в пекарне не только из-за денег. Печь хлеб и разные сдобные булочки это… своего рода мечта. Да! Я хочу когда-нибудь открыть своё дело.

Я активно кивала, хотя сама едва ли смогу отличить обычную муку от какой-нибудь рисовой или что там ещё есть. У меня даже простенькая шарлотка всегда подгорала, что уж говорить о более сложной выпечке. Но, кажется, Эдвард поверил.

— Я думал, твоя мечта – рисовать.

— Я очень разносторонний человек!

И одна из самых явных моих сторон – врушка-ватрушка.

— Ну что же, – герцог улыбнулся и убрал книжечку в стол. – Не могу препятствовать исполнению женских желаний. Разве что… может, попробуешь себя у нас на кухне?

— Ох, нет. Это не то же самое. В готовке много… нюансов.

Здравствуйте, я Яна, и моё коронное блюдо – сосиски с макаронами. Но это не мешало мне говорить с видом большого знатока. Эдвард, пожалуй, зал о кухонной магии ещё меньше, так что удрученно кивнул.

— Хорошо. Не буду больше донимать тебя уговорами. Но с портретом всё же нужно решить.

— Я согласна рисовать во время своей ночной смены. Оплата по часам. Тройная надбавка к моему обычному жалованию, – быстро выпалила, пока не посыпались вопросы о зарплате. А то ведь я до сих пор о здешних деньгах знаю лишь одно – кошка породы котацу на рынке стоит десять каких-то сатимов, да и то это «обдираловка».

Эдвард удивился моей напористости, но, посчитав в уме, коротко кивнул. Эх, надо было просить четверную надбавку! Знать бы ещё, сколько я здесь получаю. Хотя продуктов я уже наворовала прилично. Наверное, повар думает, что крысы из подвала активизировались.

— Согласен, – улыбнулся герцог.

— Тогда начнём с завтрашнего дня. Я составлю список того, что мне потребуется.

— Хорошо. Но у меня есть ещё один вопрос.

Я уже хотела встать и побежать к Филиппу, но задержалась.

— Слушаю.

Стало ясно, что теперь Эдвард уж точно собирается позвать меня на свидание. Конечно, придется подумать, как выкрутить всё на очень поздний ужин, но я была в нетерпении.

— В общем, я подумал, не хочешь ли ты…

В дверь вдруг постучали. Вот чёрт! Кого там нелегкая принесла? Только бы не Аннит!

Герцог, недовольно поджал губы и гневно поиграл скулами, но после спокойно ответил:

— Входите…

В дверном проёме показалась Гарриет. Кажется, она только недавно уложила Сару. Женщина, как и всегда, была спокойна и собрана.

— Простите за беспокойство. Я отправляюсь спать, но перед этим мне нужно кое-что передать Яне.

— Конечно, – Эдвард сильно смягчился, увидев на пороге няню.

— Передать? – я не на шутку удивилась.

— Да, – Гарриет подошла ближе, доставая из кармана передника конверт. – Утром по пути на работу я встретила беловолосого мужчину. Он представился твоим новым кавалеров и попросил передать письмо.

Видя мой искренне пораженный вид, Гарриет добавила:

— На вопрос, почему он сам с тобой не свяжется, он сказал, что у вас тайно-романтический период, когда вы обмениваетесь письмами. Прямо как во времена до создания магических зеркал. Мне показалось это милым, но если я ошиблась…

— О, нет, нет, – я натянула улыбку и замотала головой. – Но Вы уверены, что он… имел в виду меня?

Гарриет нахмурилась.

— Ну, кажется, у нас здесь одна Яна, работающая в ночную смену.

Расспрашивать подробнее было слишком подозрительно. Беловолосый мужчина. Новый кавалер. Это точно Итан. Но что б его… как же не вовремя! И как он умудрился узнать,