Кошечка для (дочери) герцога - Елена Смертная

— Согласен, – довольно скоро с прискорбием в голосе ответил Филипп. – Я могу поделиться информацией об устройстве ордена.

Книга пропала из его рук.

— Ты знаешь, где держат обортней?

— Темницы для заключенных находятся под зданием ордена истребителей. Пленных сковывают антимагическими цепями, которые не позволяют использовать магию. Также в здании работает генератор, запрещающий колдовать всем, кто не входит в список дозволенности.

— Список?

— Да. Туда на постоянной основе записаны имена членов ордена. Периодически он изменяется, и вносятся имена достопочтенных гостей.

— Значит, если мы внесем несколько имен в этот список, оборотни смогут незаметно телепортироваться в темницы и забрать своих товарищей?

— Теоретически возможно. Если они успеют сделать это до того, как будет поднята тревога. Также посторонние имена могут быть быстро обнаружены.

— Филипп, чисто в теории… кто может изменять этот список?

— Странный вопрос. Герцог Эдвард Ноар.

— Значит, ты тоже имеешь доступ к ним? Наверняка список ведь не держат на тайной бумажке.

Филипп помедлил. Он постепенно понимал, к чему я клоню.

— Верное утверждение. Список хранится в запретных базах данных ордена.

— И ты можешь изменить его? Буквально на полчасика ночью?

— Могу. Но не буду этого делать. Если замысел раскроется, репутация господина Ноара будет навсегда очернена.

Я отпустила взгляд, шумно выдыхая. Филипп был прав. Однако если не рискнуть, те оборотни умрут. Что же делать?

— Есть одна идея, – неожиданно произнес Филипп. – Перед судом над пленными в список будет заноситься больше количество имен. Защитники, судьи, обвинители, гости. Если попытаться сделать это накануне, скорее всего, пару лишних записей никто не заметит.

— Ты поможешь? – почти молящее спросила я.

— Я не понимаю, почему мы должны освобождать убийц, проклятых кровью Раса.

— Потому что они не такие. Эта стая старается сдерживать свою ярость и не вредить обычным людям. Они помогли мне, а я отплатила такой ужасной участью для их собратьев. Пожалуйста. Нам нужно им помочь. Иначе мне придется пойти рассказать всё Эдварду о моём проклятье.

Шляпа Филиппа вновь неожиданно вздрогнула.

— Зачем рассказывать господину Ноару о Вашем положении? – несколько нервно спросил он.

— Когда я объясню ему всю ситуацию, он и сам поймёт. А скрываться за смертями я точно не буду. Конечно, возможно, я отправлюсь следом за ними, но… надеюсь, Эдвард поймёт, что я проклята, но кровь моя чиста.

— Стоп, стоп, стоп, – Филипп взмахнул рукавом. – Господину Ноару ничего не нужно знать. Я помогу.

Подозрительно. Кажется, Филиппа пугала перспектива того, что я раскрою все карты перед Эдвардом. Но сейчас расспрашивать его об этом не стоило. А то ещё спугну.

— Внесешь имена?

— Ответ положительный.

— Отлично. Осталось связаться с Итаном. Ты можешь… ну… позвонить Итану из стаи Белого клыка?

— Вы хотите связаться через меня с оборотнем? – Филипп недовольно прокряхтел.

— Слушай, ты итак уже втянут в мою авантюру по самые не балуй. Так что это меньшая из наших… шалостей. Просто сделай звонок анонимным, чтобы он не понял, что мы в доме герцога.

— Я знал, что личность, которая нашла общий язык с кровопийцей из восточной кладовки, не может быть благоразумной, – Филипп поворчал, но просьбу выполнил. – Связываю…

Я ощутила ужасное волнение, будто тело пронзает большое количество маленьких иголочек. Однако страх перед общением с моим новым знакомым сменился разочарованием, когда Филипп вдруг произнес:

— Данный пользователь не найден.

— Как это? Я думала, у вас у каждого встречного есть… магическое зеркало для таких дел.

— Да. Система связи очень распространена. Но не у оборотней.

— Вот зараза. И что же мне делать?

— Не могу дать ответа на этот вопрос. Я помогу со список дозволенности, но искать оборотней Вам придется самой. И кстати… узнайте их фамилии. Принадлежность к стае – не подходящий отличительный знак.

— Ладно, ладно, – я поёжилась. – Поняла. Нужно искать Итана самой…

Но как?!

Глава 10. То ли бабочки, то ли несварение...

Я решила, что утро вечера мудренее. Приняла ванную и отправилась спать. Попросила Филиппа разбудить меня пораньше, чтобы удрать из комнаты до того, как Эдвард придет с желанием поиграть в бравого рыцаря и проводить принцессу домой. Так что едва солнце появилось на горизонте, я была уже на улице. Надо же сымитировать полноценное возвращение блудной кошки. Повалялась немного в пыли, а после медальон в зубы и пошла походкой сильной и независимой! Хорошо волчьего укуса на попе не осталось.

Парочка стражников, завидев меня у ворот, хотели схватить, но я пошипела, побегала и активно продемонстрировала – итак иду куда надо, не трогайте! Благо магию применять не решились. Зато только я успела переступить порог особняка, как на лестнице уже послышался топот маленьких ножек. Успели доложить…

— Булка! – Сара кинулась ко мне ещё до того, как я успела сказать первое «мяу». Девчушка упала на колени и крепко-крепко обняла меня. Такая она чудесная. Чуть ли не плакала от счастья. Мне даже стало стыдно, что я оставила это солнышко волноваться. Плюнув на медальон, я поднялась на задние лапы, а передние положила Саре на плечи. Почти кошачьи объятия.

— Я так волновалась, Булочка! – наглаживая меня маленькими ладошками, повторяла малышка.

Я в такт ей заботливо мяукала и терлась головой о щеку.

— Сара, немедленно встань! Кошка ведь вся грязная! – раздалось с лестницы ворчание Гарриет. Она спускалась, наспех завязывая халат. Да и сама Сара была в ночной рубашке, которая теперь и правда потеряла свою белизну по моей вине.

— Кошка вернулась?! – в коридор пулей выскочила Аннит. Кажется, она была рада меня видеть даже больше, чем Сара. Вернее не меня, а тот кусок серебра, который валялся на полу рядом. Малышка же, едва увидев Аннит, быстро прижала мою тушку к себе, всем видом демонстрируя, что будет защищать свою Булку до самого конца. Видимо, ей уже сказали, что я стащила важную папкину вещь.

— Явилась воровка, – уткнув руку в бок, недовольно фыркнула блондинка, пока её взгляд то и дело перескакивал на медальон.

Гарриет успела подойти к Саре и заставила малышку подняться на ноги. Нянечка хотела отряхнуть её ночную сорочку, да моя рыжая грязная тушка мешала. Я же решила, что на руках девочки мне пока безопаснее всего. И хоть было немного