Всё не серьёзно - Марина Дианова

- Я не готова тебя отпустить, - сказала я чистую правду.  – Тебе только десять лет! – я откинулась на спинку кровати и взяла машинку-лего, мой подарок на Новый год.

- У меня есть предложение, - деловито предложил он.  – Давай я съезжу туда на экскурсию, посмотрю, так ли хороша эта школа как говорят, а поступать будем с первого сентября?

Время остановилось.  Я долгое время смотрела в пустоту, думая над словами сына, но не находила вариантов отказаться.  С одной стороны – это просто поездка-экскурсия, но с другой я все равно думала лишь о том, что Москва заберет у меня сына.  Он уедет, будет жить с Колей, а я останусь одна…

- Почему ты не можешь быть как нормальные дети? – все же спросила я, глядя на просиявшее лицо сына.  Он знал, что я сдалась.

- Я нормальный ребенок, - воспротивился он подлезая ко мне на плечо.  – Просто я умнее своих сверстников.

- К сожалению это так, - согласилась я, запуская руку в непослушные вихры.  – Хорошо, - пришло время сдаваться.  – Мы с тобой решим так: я отпускаю тебя в Москву с папой, на разведку, но когда ты вернешься у нас будет серьезный разговор после которого мы будем принимать решения.  Ты собираешься изменить не только свою жизнь, но и жизнь всех вокруг.  Меня в том числе, но я хочу, чтобы тебе было хорошо, поэтому мы с тобой будем решать вместе.

Ромка восторженно завозился, но ничего не сказал – лишь теснее прижался ко мне.

Идиллия длилась недолго, насладиться обществом сына получилось всего пару минут – потом у него появились неотложные дела, а если быть точнее, то он убежал звонить папе, докладывать информацию с поля боя.

Больше за этот бесконечно долгий день мы к разговору о предстоящей поездке не разговаривали.

Поздним вечером, после того как утомленный впечатлениями сын вырубился, я позволила себе расслабиться.  Бутылка вина, пармезан и фрукты.

Покой и умиротворение прервал звук отворяемой двери.

- Привет, - Коля стоял со взглядом побитой собаки.

- Привет, - я достала еще один бокал и плеснула вина.  – Видеть тебя не хочу, - неожиданно призналась я, подавая бокал.

Коля, будто ожидая именно такой реакции, покорно принял вино и уселся на стул напротив всем своим видом демонстрируя, что открыт для диалога, но я молчала.

- Сильно обижена? – все же начал разговор он, отставляя уже пустой бокал.

- Не обижена, расстроена.  А еще разочарована.  И взволнована.  Коль, - я со стуком поставила бокал на стол так, что рубиновые капли покатились по стеклу на скатерть.  – Ты должен был сначала обсудить все со мной.

- Да, должен, - покорно согласился он.

- Тогда в чем проблема? – я постаралась говорить тише, но голос непроизвольно повышался.

- Не знаю.

- Это не ответ взрослого человека.  Ты поступил подло.  И мерзко.  Я никогда не позволяла себе ничего такого.  Каждое мое решение сначала обсуждалось с тобой, а только после этого мы ставили в известность сына, а никак не наоборот. Сейчас ты лишил меня ребенка.

- Алин, - Коля протянул ко мне руку, но я отшатнулась, не желая этих прикосновений.  – Мне жаль.

Разговор не задался.  Мы в полном молчании допили вино, после чего Коля сослался на срочные дела – Да-да, глубокой ночью! – и удалился.

Я была рада.  Я была слишком рассержена и расстроена, чтобы строить из себя радушную хозяйку.

Глава 13.

Московский вокзал, как всегда, встречал и провожал своих гостей.  Люди толпились, суетились, пихались.  Кто-то опаздывая бежал вприпрыжку за отъезжающим поездом, кто-то, напротив, только приехав в Северную столицу с любопытством вертел головой в поисках указателей.  Ушлые таксисты толкались между пиронами предлагая свои услуги, носильщики тащили огромные чемоданы.  Все было как всегда.  Только не для меня.

Прошла всего неделя после нашего разговора о новой школе и вот, мы уже стоим на вокзале с чемоданом.  Коля быстро закончил свои дела в Питере и теперь ему не терпелось вернуться обратно, домой, забирая моего сына.

Это была странная неделя.  Казалось, я пыталась нагнать все то время, что не могла уделать Ромке.  Мы много гуляли, разговаривали о будущем, о перспективах, но время пришло – мы погрузили вещи в чемоданы и отправились на вокзал.

Андрей настоял на том, что он проводит нас, а с ним, как маленький хвостик, приехала Лерка.

Моя бывшая свекровь – с ней, в отличие от бывшего мужа, сохранить хорошие отношения не удалось – смотрела на меня с нескрываемым призрением, но сегодня мне было на это плевать.  Мой сын, впервые в жизни, должен уехать за тысячу километров.

- Все взял? – в очередной раз уточнила я у сына.

- Все, - Рома стойко переносил мою нервозность, лишь искоса поглядывая на невозмутимого отца, в очередной раз демонстрирующего мне папку с документами сына.

- Алиш, - мы уже прошли зону досмотра и теперь оставалось лишь сесть в поезд.  – Нам пора.

- Я знаю, - отмахнулась от этого негодяя.  – Но подожди минуту.

Сын не возражал, когда я в очередной раз обнимала его, поправляла шапку и куртку, лишь бы чем-то занять руки.

Расцепив объятья, я сделала шаг назад, позволяя Коле увлечь Ромку.

- Ты как? – Андрей невидимой стеной был рядом ненавязчиво помогая справиться с волнением, а теперь подошел еще ближе, ненавязчиво увлекая меня в сторону парковки.

- Никак, - честно призналась я, приобнимая его в ответ.  Лерка крутилась рядом, стараясь обратить мое внимание на себя.

- Тогда поехали к тебе, - предложил Андрей, помогая мне, как всегда, залезть в своего автомонстра.  – Соберешь вещи.

Я не стала отвечать, потому что сформулировать внятный ответ из всей какофонии, что вертелась у меня в голове не получалось и лишь когда мы подъехали к дому, я смогла придумать вразумительный ответ:

- Сегодня я хочу побыть дома, надо навести порядок, а то там остался погром, как после нашествия Мамая.  Я напишу, хорошо?

Андрей непонимающе нахмурился, но все равно согласно кивнул головой, принимая мое решение.

Поднявшись в свою идеально чистую квартиру – Ведь убираться, когда кто-то в пути – плохая примета.  Да-да, я прекрасно помню заветы наших бабушек! – я устало присела на танкетку, смотря в пустоту.  Внутри меня тоже было пусто, словно кто-то перекрыл поток воздуха и теперь я осталась в вакууме, где есть только я и мои мысли, сводящие меня с ума.

«А что…?»

«А если…?»

«Как быть…?»

«Почему…?» - вопросы роились в моей