Измена. Я тебя (не) прощу - Ольга Игонина

— Какого черта ты молчишь? Давно звонила? — завожусь. Не люблю тупых и безынициативных.

Перезваниваю.

Лина вроде держится молодцом. Жива, и это главное.

— Мы скоро будем, — успокаиваю ее как могу.

— Вы идите домой, отдыхайте, а я поеду, Лину найду, — отправляю бабушку Настю. Мировой человек, надо придумать для нее должность в компании, все по струнке ходить будем.

— Мы с Ваньком с тобой. И еще лучше на его машине. Служебной, ты пока на всех светофорах постоишь, а Ванек свое вот пиу-пиу включит и пронесемся с ветерком.

— Олег, вас, — официант потягивает трубку. — Женщина говорит, что срочно.

Опять, наверное, какая-нибудь журналистка придуряется, чтобы комментарий из первых рук получить.

— Слушаю.

— Я свекровь Лины — Светлана Леонидовна. Лина в Алексеевке, там коттеджный поселок недостроенный. Четвертый дом слева, забор синий. Пьяный Артур поехал к ней.

Во рту пересохло. Да уж, жизнь умеет подкинуть виражей.

— Я знаю, где Лину искать. И наша задача приехать раньше, чем Артур. Смотрю ехать больше часа, половина города стоит в пробке.

— Иван, а Анастасия Макаровна права, нужна ваша рабочая машина. Иначе…

— Да кто ж вам ее даст, — охранник усмехается.

Иван поддакивает.

— Иваныч, ты на смене? Не в службу, а в дружбу. Очень буду благодарен, в десятитысячном эквиваленте. И обед на всю родню в дорогом ресторане. Нас из города вывезти надо, чтобы сопровождение, — что-то смеется, смотрит по сторонам, поворачивается к нам. — Договорился, сейчас наши парни подъедут. До Алексеевки не довезут, конечно, но из города выехать помогут. Придется их отблагодарить. А я домой пойду посплю.

— В машине поспишь! Ванек, ты что забоялся? Ты в семье Куликов или Кулик родился, как тебя правильно, все мужчины-герои. Не посрами!

Через пять минут машина уже у ресторана. Едем за ними, летим. Надо у пацанов номер телефона взять, по особой надобности пользоваться их услугами.

Выезжаем за город. Мчим дальше, ехать осталось минут сорок, дорога отвратительная. Выбоины, трактора на асфальт грязи нагнали, а моей “коротколапой” машине тяжеловато днищем по этому бездорожью скрестись.

— Тебе ремонт потом в половину стоимости обойдется, — Иван философствует на заднем сидении. — На такой ласточке только по зеркалу надо ездить.

— Если бы я знал, что такие приключения меня ждут, “Патриот” бы давно купил. Я городской житель, за грибами или на рыбалку не езжу, мне этой в городе выше крыши.

Машина садится в колею, ревет, колеса дают столько пыли, но никак не выехать.

— Баб Насть, машину когда-нибудь водили? — понимаю, что есть два вариант или толкать, или топать пешком.

Меняемся местами, показываю бабушке, куда нажимать.

— Ну что, — кричит Иван, — давай в раскачку. Пошла!

Вытолкали быстро. Надо покупать “Ниву” или “Патриот”, пусть лучше будут, чтобы потом в такие ситуации не попадать.

— Как ты думаешь, он уже на месте? — смотрю на Ивана, сам знаю ответ.

— Даже если там, думаю, Лина так просто ему не сдастся.

— Что может сделать девочка против рослого мужика? — Иван, кажется, придерживается моей точки зрения.

— Бабы умнее, чем вы думаете, и живучее. Но пьяный мужик — это страшно. Меня мой дед тоже сначала гонял, хоть и росту был ниже, а потом я, как разозлилась, как приложилась раз. И как бабка отшептала, правда, потом его все равно выгнала. Не умеете вы, мужики, простое тихое счастье ценить.

— Мне кажется, вон поселок виднеется.

Бабушка Настя поправляет очки, всматривается в окно.

— Ничегошеньки не видно.

Навигатор показывает, что подъезжаем к Алексеевке. Шлагбаум опущен, никого нет, кто бы его мог поднять.

Выхожу из машины, прохожу чуть вглубь, вдруг приехали не туда, жалко ломать чужое имущество. В метрах ста машина, что-то мне подсказывает, что это Артур.

Машу рукой, Иван выскакивает. Двум взрослым мужикам ничего не стоит сломать хлипкую конструкцию.

По газам. Останавливаемся у дома.

Арур прижимает Лину, целует ее или душит, с такого расстояния не видно.

Как в замедленной съемке, он вскидывает руку, бьет ее в живот.

Мы с Иваном летим на Артура, баб Настя где-то сзади сыпит на него проклятиями.

Иван прыгает на спину Артура, вместе падают. Кажется, я никогда не был так зол.

На первом занятии капоэйры нас учили, что любая борьба должна быть честной, нельзя применять силу против человека слабее, что мы “ машины” и должны правильно рассчитывать свои силы, дабы не причинить вреда.

Сегодня все эти правила не работают. Подхватываю Лину, несу ее в машину, отдаю бабушке. Лечу в кубло. От Артура сильно пахнет алкоголем, я думал, что люди в таком состоянии и на ногах-то стоят плохо, а он бьется, оборонятся.

— Сука, если с ней, — показываю рукой на машину, где Лина, — что-то случится, тебе хана. Я тебя прям здесь зарою, а могилу будешь себе сам копать. И молить, чтобы я тебя скорее прибил, — заношу ногу, бью. Артур издает звук, похожий на мяуканье.

— А я сделаю вид, что ничего не было, — кричит Иван.

Я себя в таком состоянии никогда не видел.

— Парни, да бросьте вы этого задохлика. Лине плохо, ей в больницу надо.

Как будто водой обдали. Злость и ненависть вытеснили понимание, что больше всего нужна помощь Лине.

— Да откуда здесь больница, в город везти надо. Скорая пока тоже доедет, вертолет бы, — баба Настя, гладит Лину по голове. Не могу понять, в сознании ли та.

— Амбулатория или акушерский пункт должны быть в соседнем селе, — хватаю Артура. Его лицо в крови, он довольно улыбается.

— Мы с баб Настей тут останемся, — Иван вытирает с щеки кровь, не пойму свою или этого придурка, — А ты мчи с девчонкой. Я попробую вертолет найти, но… на это могут потребоваться деньги. Я не уверен, что медицина катастроф свой даст.

— Деньги не проблема. Ищи, — Обнимаю Лину, она стонет. Укладываю ее на заднее сидение.

Иван вяжет Артура, бабушка новой волной ругается матом так, что я даже в мужской компании такого не слышал.

— Господи, дай мне успеть, — шепчу в пространство. Я с Мирозданием почти на вы. Мне всегда казалось, что я сам всего достиг, грыз землю, рыл все своими руками. А сейчас…

Давлю изо всех сил на газ, машина ревет, рвется с места.

— Лина, ты как? Мы едем в больницу.

— Болит живот. Я думала, вы не успеете, я думала, он меня убьет, — говорит тихо, еле слышно.

Доезжаем до этого фельдшерского пункта.

— Нужна помощь, срочно, — кричу, вытаскивая Линку из машины.

— Что у вас случилось? — в дверях появляется женщина в белом халате. — Проходите скорее.

— Девушка беременная, ее избил муж, — кратко