Скрытая правда - Asya Qui

Когда наступил конец рабочего дня, я чувствовала усталость, но также и удовлетворение. Проект продвигался вперед, и я гордилась своей работой. Собрав свои вещи, я покинула офис, направляясь за сыном.

Глава 25

Джейсон

Проснувшись утром, как обычно, я начал готовиться к выходу на работу, но меня неожиданно прервал звонок отца. Подняв трубку, я услышал его голос:

— Доброе утро, Джейсон, — начал он. — Сегодня ночью Августине стало плохо.

Мое сердце забилось сильнее.

— Блять! — выругался я. — И почему ты говоришь об этом только сейчас? — выпалил я в ярости. Отец всегда сообщал важные новости в последний момент, и это меня раздражало.

Наша мать борется с артериальной гипертензией уже десять лет. Она находится на курсе лечения, и ей иногда становится лучше, но стресс или неправильное питание могут сильно ухудшить ее состояние.

— Что случилось с мамой? — спросил я, стараясь скрыть гнев в голосе.

— Ей стало плохо ночью, давление резко подскочило. Я вызвал скорую, они отвезли ее в больницу. Я поехал за ними сразу, — ответил отец.

— В какую больницу?

— Как всегда в центральную.

— Скоро буду.

Тревога охватила меня. Я мгновенно забыл о работе, все мои мысли были о маме и ее состоянии. Это было постоянным источником беспокойства для меня и всей семьи. В последнее время, проводя больше времени с Ларой, я совсем забыл о матери.

Когда я спешно мчался в больницу, размышляя о внезапных обострениях заболевания мамы, чувство вины все еще терзало меня. Я блять должен был более заботливым и внимательным сыном, регулярно следить за её состоянием. Несмотря на то, что она всегда находилась рядом с отцом, я все равно чувствовал вину.

Прибыв в больницу, мои ноги едва держали меня от напряжения и тревоги. Я вошел в приемное отделение и спросил о мамином состоянии. Улыбнувшись, медсестра сообщила, что ее перевели в отделение для наблюдения. Я поспешил туда и увидел маму, лежащую на кровати. Она была слабой и бледной, но улыбка не покидала ее лицо, когда она увидела меня.

— Джейсон, дорогой, я так рада, что ты пришел, — прошептала она слабым голосом, сердце мое сжалось от увиденного. Подойдя ближе, я сел рядом с ней и спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше, я опять очень перенервничала, — призналась она, и по ее щеке покатилась слеза.

— Что случилось? — поинтересовался я.

— Ты же знаешь, как я все воспринимаю близко к сердцу, — ответила она.

— Знаю, успокойся, все хорошо, не о чем сейчас переживать.

— Я каждый раз заставляю вас волноваться обо мне, — сказала она, хлюпая носом.

— Мамуль, хватит. А то снова станет плохо. Где отец?

— Он уехал на работу, обещал позвонить тебе и попросить приехать.

— Я прибыл сразу после того, как узнал. Отец только что сообщил. Какие выводы сделали врачи?

— Мне назначат обследование и, вероятно, изменят лечение. Я уверена, что это облегчит мое состояние.

Чувство вины все еще охватывало меня, но я старался скрывать его от нее. Я не хотел, чтобы она переживала еще больше.

— Значит проведем этот день только вдвоем. Майкл в курсе о твоем состоянии?

— Нет, я просила Адама не рассказывать ему. Не хочу, чтобы он об этом узнал.

Мама глубоко беспокоилась за Майкла, у него тоже были проблемы с давлением, но они не были настолько серьезны, как у нее.

— Тебе уже сказали, когда тебя отпустят? — спросил я.

— Да, сказали, что если все будет хорошо в течение двух дней, меня сразу выпустят и начнут новое лечение.

— Хорошо, тогда я буду с тобой эти два дня.

Я понимал, что мне придется отменить завтрашний вечер с Ларой, но я не мог оставить маму одну.

— Спасибо, дорогой, что остаешься со мной, — сказала мама благодарно.

Отец не выносил больницы, ему было тяжело здесь находиться. А маме, нужна была поддержка, ведь она была очень чувствительным человеком, который всегда переживал за всех.

— Нужно сделать несколько звонков, и я вернусь, хорошо? — сказал я.

— Конечно, — ответила она с улыбкой.

Покинув палату, я извлек телефон из кармана. Сначала я позвонил Мари, предупредив ее, что меня не будет на работе пару дней. Спустя десять минут я набрал номер Лары, и она почти сразу же ответила:

— Доброе утро, моя маленькая, — сказал я.

— Доброе утро. Что случилось? Мари сказала, что тебя не будет на работе несколько дней.

— Да, мама попала в больницу, и я не могу оставить ее одну. Завтра у нас не получится встретиться.

— Что с ней случилось? Как она себя чувствует? — поинтересовалась Лара, с тревогой в голосе.

— Сейчас все стабильно, у неё проблемы с давлением, и ночью произошел скачок, — ответил я.

— Господи, Джейсон, надеюсь, что все будет в порядке. Если понадобится моя помощь, не стесняйся звонить.

— Хорошо. Думаю, на выходных мы сможем встретиться, — заверил её.

— Хорошо, пока.

Я положил трубку и вернулся в палату к маме.

— Чем бы ты хотела заняться? — спросил я, стараясь звучать бодро.

— Адам привез мне книги, можешь мне что — нибудь почитать? — попросила она с слабой улыбкой.

— Конечно, — ответил я.

— Они лежат в тумбочке.

Подойдя к тумбочке, я открыл её и наугад вынул первую книгу. Название на обложке гласило: "Сумерки". Я поднял бровь, взглянул на маму и шутливо спросил:

— Будем читать про вампиров?

Она улыбнулась и ответила:

— Я обожаю эту серию книг.

Сел рядом с ней, и приступил к чтению. Время пролетело незаметно, и я сам вовлекся в историю Беллы и Эдварда. Внезапно в комнату вошел отец.

— Привет, Адам, — приветствовала его мама, улыбаясь. Я отложил книгу в сторону.

— Здравствуй, дорогая, как ты себя чувствуешь? — спросил отец, подходя ближе.

— Все в порядке, мы читаем с Джейсоном, — ответила она, улыбаясь.

— Ты не оставишь нас, Джейсон? — спросил отец.

Я молча встал и направился в коридор. Место было пустым и тихим. Приблизившись к окну, я увидел, как солнце плавно погружалось за горизонт, окрашивая небо в розовые и оранжевые тона. Прохладный ветер ласково шептался с листвой на деревьях, создавая атмосферу спокойствия.

Мои мысли заняла Лара. Где она сейчас? С сыном в доме, или они гуляют вдоль улицы? А может, она готовит ужин? Вздохнув, я опустил лоб к стеклу окна. Может быть, стоит отпустить ее уже сейчас? Не хотелось, чтобы мой уход причинил ей еще больше боли.

Сука! Какой же я эгоист. Зачем я вообще ввязался в это? Мог бы оставить