Помощница и её писатель - Анна Шнайдер

— Давай, — кивнул Бестужев и заметил, как Алла замерла с вытаращенными глазами, явно не веря своему счастью.

После того как Олег расстегнул наручники, его бывшая помощница сразу попыталась сбежать, но он остановил её, схватив за руку, и спокойно произнёс:

— Учти: будешь распространять обо мне слухи — любые слухи, Алла, — я тоже кое-что про тебя распространю. Сегодняшнее видео, например, — мы с Ниной как раз кино снимали. И не только, у меня много и других съёмок. Так что баш на баш, Алла. Мне тоже есть что рассказать про тебя людям. Точнее, показать…

Девушка посмотрела на Бестужева почти с ненавистью, но ничего не ответила — быстро вырвала свою руку из его ладони, собрала с пола одежду и выбежала из спальни.

— Пойду провожу её, пожалуй, — хмыкнул Олег, обращаясь к Нине, которая застыла неподалёку, слегка растерянно буравя взглядом стену. — А ты пока сними страпон. Без Аллы он не имеет смысла — я не любитель заднеприводных проникновений.

Нина вздрогнула и, отмерев, посмотрела на Бестужева с возмущением.

— Олег…

— Так-то лучше, — кивнул он и вышел из комнаты.

42

Нина

Несколько секунд после того, как Бестужев покинул спальню, я стояла и таращилась ему вслед, не зная, что мне делать. Потом вспомнила его последние слова и стащила с себя «подпругу» вместе с вибрирующим искусственным фаллосом. Остановить я его не могла — пульт остался на кухне, — поэтому просто бросила на кровать.

Боже мой, что это я сейчас творила вообще? Это на меня Бестужев так действует или я сама по себе на всю голову двинутая? А ещё считала себя скромной девушкой!

Нет, я не могу сказать, что мне было комфортно, но… Однозначно было весело. И я совсем не чувствовала никаких угрызений совести. Совсем! А почему я должна их чувствовать, в самом деле?! Алла осталась абсолютно целой, её никто не ударил. Бестужев с неё даже бельё не снял, чего я от него не ожидала — думала, разденет. И сам не разделся, что, в принципе, жаль…

Ох, Нина, Нина. Не стыдно тебе?

А вот и не стыдно! У моего писателя шикарная фигура, пресс весь в кубиках — я такое только на картинках в интернете видела! И Максим, и Андрей были «помягче», не настолько фактурные. Бестужев же — чистый, неразбавленный секс. Как говорила госпожа Белладонна из мультика про поросёнка Фунтика: «Хватай и беги!»

Чёрт, это мне надо было бежать, пока он сюда не вернулся… но поздно.

— Всё, Алла ушла, — негромко произнёс Бестужев, заходя в спальню. И дверь ещё плотно закрыл. — Пойдём работать? Или займёмся чем-то более интересным?

Он по-прежнему был без рубашки, и я, скользнув взглядом по его голой груди, покрытой тёмными волосками, сглотнула, чувствуя, как изнутри поднимается непонятное томление. И дикое желание прикоснуться, как несколько минут назад, когда я не сдержалась…

— Разве может быть что-то интереснее, чем ваша работа? — попыталась пошутить я, но губы складываться в улыбку не желали ни в какую. — Вот уж не думаю…

— Могу показать, — усмехнулся Бестужев, шагая ближе. И не стал дожидаться, пока я решу, что делать, — взял мою руку и положил себе на грудь. — Вот, потрогай. Я вижу, тебе хочется.

— Как вы догадались? — съязвила я, проводя рукой вниз и дурея от того, как изменилось выражение лица мужчины, как взволнованно засверкали его глаза. — Может, я просто…

— Нет, ты не «просто». С тобой вообще всё непросто, Нина, — вздохнул Бестужев, приобняв меня. Обе ладони легли на талию и чуть сжали её, обхватив — ненавязчиво, но властно, по-хозяйски так. — Зачем ты сопротивляешься? Ради чего? Тебе будет хорошо, я обещаю.

— Мне уже обещали, знаете ли. И бывший муж, и Андрей. Но слово они не сдержали. Так что… лучше даже не начинать.

— У тебя с ними были отношения, — возразил Бестужев, наклоняясь. Дыхание его было тёплым и приятным — оно коснулось моих губ, заставив их невольно распахнуться в ожидании поцелуя. Чёрт, Нина, ну какие поцелуи… — А у нас с тобой — рабочий контракт, к которому иногда будет прилагаться хороший секс. Я тебя не обижу, Нина, мне ни к чему это. Даже наоборот… Могу я тебя поцеловать?

— Зачем вы спрашиваете? — прошептала я, обнимая его за шею. Мне казалось, что я просто таю сейчас в руках Бестужева. И совсем не было сил сопротивляться.

— Ну, у нас ведь договор, — усмехнулся он. — По взаимному согласию…

Губы у него оказались твёрдые и решительные. И целовался он так, что сразу становилось понятно — этот человек вообще не привык сомневаться или стесняться. Как и мелочиться — целовал глубоко и откровенно, властно и непреклонно, а ещё — настолько страстно, что я подивилась тому, как много чувственности скрыто в этом мужчине, который со стороны часто казался замороженным…

Было сладко и приятно до безумия. И совершенно не хотелось прекращать…

…Но всё отчего-то прекратилось. И Бестужев, с лихорадочно блестевшими глазами, отстранился от меня. Быстро коснулся губами щеки, прошептал спасибо и вышел из спальни, забрав с собой вибрирующий страпон.

Я с недоумением дотронулась до горячих от недавнего поцелуя губ и нахмурилась.

И почему он остановился?!

43

Олег

Нина накануне правильно сказала — Олег неплохо разбирался в человеческой психологии, поэтому он, целуя девушку, отчётливо осознал: если сегодня и сейчас всё случится, это будет последний её рабочий день у него.

Вот так просто.

И Бестужев решил не настаивать на продолжении, отстранился и ушёл. Успеется ещё… Всё у них будет: теперь он был в этом уверен. Но не сегодня, а когда Нина перестанет заморачиваться если не целиком,