Любовь вопреки - Эллин Ти

Он как издевается… Я надумала себе уже всего самого страшного на свете, и даже успела поплакать.

А потом вдруг подумала… А если он у бабы?

Как там звали ту, что ему названивала? Лера, кажется. Точно, да, Лера.

Вот, вдруг он у нее? Почему нет? Поехал к ней, решил снять стресс после рабочего дня. Или после того, как чуть не трахнул свою сестру. Он же говорил, что будет жалеть. Вот наверняка пожалел уже.

Конечно. О близости со мной можно только жалеть, ничего больше…

И вот я не плачу уже из-за страха за него. Реву, как дурочка, из-за обиды. Потому что он наверняка ведь с другой, я чувствую. Так просто развернулся и поехал к ней, и я думать не хочу, что он там с ней делает.

Целует так же, как меня? Если да — то я снова хочу уехать. А точнее я уже жалею, что вернулась сюда. Мне лучше было бы не знать, каким Ярослав может быть. Гораздо проще было жить с мнением, что он редкостный козел.

А козел и есть!

Я чувствую себя идиоткой, потому что ревную и психую как ненормальная. Словно у нас есть шанс на счастье или словно я ему нужна. Или как будто мы что-то обещали друг другу.

Ничего из этого. У нас нет ни черта. Будущего нет, я снова понимаю это и не понимаю почему одновременно.

Но так тошно…

Встаю и ухожу в комнату, громче положенного хлопая балконной дверью.

Ох и влипла же я… Ох и влипла.

Глава 19. Ярослав

Работы выше крыши сегодня, много заказов, мало времени на их выполнение, поэтому в офисе сегодня собрались почти все удаленщики и стараемся активничать на свой возможный максимум.

И я стараюсь. Честное слово, изо всех сил, но стоит мне на долю секунды отвести взгляд от ноута, бумаг или еще чего-то, что погружает меня в работу, я сразу же думаю о Маше, в ту же секунду.

Это невыносимо, я ничего не могу с собой поделать. Просто беру себе всё больше и больше задач, выполняя их параллельно, только бы не вспоминать прошлую ночь, которую я провел с Машей.

Свалил быстро, пока Маша еще не проснулась, потому что не представлял просто эту утреннюю встречу, и сейчас не представляю, как вообще ей в глаза смотреть и что говорить.

Еще и она дура! Со мной сгореть, отпускать не хотела… Да я вообще себя рядом с ней не контролировал, как не сорвался и не трахнул ее по-настоящему — загадка. Хорошо, что остановился, конечно. Жаль, что поздно.

Ладно я без мозгов, тормозов и, видимо, совести. Но она-то зачем со мной?.. Это она меня всю жизнь терпеть не могла, и правильно делала! Терпеть ведь не могла, видеть рядом не хотела… Ну да, мы стали нормально общаться как она приехала, но ведь это меня на ней повернуло сразу, а она…

Стоп.

Стоп-стоп-стоп.

Если эта глупышка в меня тоже втрескалась, то у нас большие проблемы. Охренительно большие проблемы. И я всё-таки надеюсь, что ею двигало что-то другое, а не чувства ко мне.

Если я посрусь с отцом, я переживу. А вот если она будет изгоем в глазах Лены и отца… нет-нет, этого нельзя допустить. Я знаю, как они с Леной связаны, да я сам себя на кусочки порву, если из-за меня они перестанут общаться.

А я точно знаю, что проблемы будут. Потому что мой отец мне за Машку голову оторвет, Ленка презирать будет, и самой Машке достанется за то, что головой не думала. И всё. Косые взгляды, подорванное доверие, намеки. Она сломается, и я не могу этого допустить.

К сожалению, рабочий день заканчивается, и все расходятся по домам. А я хочу куда угодно, но только не туда. У нас огромные проблемы, которые надо как-то решать. И если у Маши и правда ко мне есть какие-то чувства, то надо на корню их отрубить, чтобы потом больнее не было.

Поеду к пацанам. Пусть отвлекут, херни всякое наговорят мне, чтобы я угомонился. Обычно это работает. У нас там своеобразный сеанс психотерапии с пивом и чипсами.

Приезжаю к ним, почти вся толпа в сборе. Тут всегда хорошо. Мне и жить в этом дворе нравилось, несмотря на то, что район тут не самый благополучный.

— Здарова, мужики, дамы, — киваю всем и усаживаюсь на лавочку. Али нет, а Анька звонила, говорят, обещала подъехать. Значит, и он придет. Он только ради нее тут в последнее время тусуется, влюбился, страдает, потому что она с другим. Короче, живой сериал.

— Че загруженный такой? — спрашивает Рус.

Качаю головой. Надо рассказать, а стремно как-то…

— Я чуть не трахнул свою сестру.

— Чего-о-о-о, — орут близнецы, роняя челюсти на землю. — Дело семейное, да, Яр?

— Пошли нахер, — бросаю беззлобно, — мы не кровные. Просто ее мама и мой отец женаты лет десять уже.

— Вы десять лет под одной крышей жили и ты решил сорваться? Ей восемнадцать-то хоть есть?

— Девятнадцать ей, — хмурюсь. Тоже мне, плюсы. — Мы терпеть друг друга не могли всю жизнь, она потом в разъездах была целый год, не виделись. А потом вернулась вся до охуения горячая, красивая, заботливая и попадающая в неприятности. Ну… запал я, короче. Сорвался, хотя и она не была против, а теперь мозг себе жру и домой идти не хочу.

— Ситуация… — снова в один голос бросают близнецы.

— Да в чем ситуация-то? — спрашивает Рус. — Кровь не одна, чужие люди значит. Трахайся на здоровье и не парься.

— Как всё просто у тебя, — говорю негромко, и вижу подъезжающее такси. Анька. Надо сворачивать тему, а то засмущаю ее, она стеснительная.

Мы переключаемся в обсуждение недавнего футбольного матча, но я вдруг слышу