Жена по праву - Зена Тирс

— Роберт, я тебя ударю! Ты заставил меня нервничать, хотя уже обо всём договорился! — фыркнула я, схватив маленькую подушечку, и бросила в “супруга”.

Он ловко поймал её и положил на кресло.

— Ты же хотела попробовать свои силы сама, — усмехнулся он.

Роберт ушёл, закрыв дверь. Перед моим внутренним взором остался стоять его улыбающийся взгляд.

Смахнув наваждение, я быстро выбралась из платья, завернулась в большой мягкий халат, пахнущий мёдом и вереском, и залезла под одеяло. Выстроила стену из подушек, которых на кровати было обилие, разделив постель на две части, прилегла и тут же провалилась в сон.

Роберт Адальхарт, первый инквизитор королевства и десница короля

— Роберт, почему я совсем не чувствую сил?

Лера прижалась к нему, обняла ладонями за шею и моргнула ресницами так близко, что коснулась его ресниц.

Её глубокие синие глаза будоражили от одного взгляда в них, и он захмелел, прижимая её сильнее. Сердце колотилось, как молот. В ушах звенел навязчивый голос: “Не отпускай, будь с ней. Она твоя! Твоя пара! Неси в свою постель скорее!”

Оставить её было труднее всего, особенно представляя, как она будет переодеваться в его халат. Но ему нужно было проветриться, чтобы не нарушить обещания. Он даже сходил в кабинет за сигарой с драконьим табаком — каждый дракон имел такие в своём распоряжении, особый табак успокаивал звериную ипостась.

Анхор бегал по ночному саду, как сумасшедший. Большой мохнатый зверь галопом проносился по сырой от росы траве и заныривал в кусты, которые беспощадно трещали под его напором. Потом пёс что-то копал и порыкивал, и снова бежал, сминая клумбы. Хорошо — темно и не видно, что он творит, но Сэм завтра будет вне себя от восторга, ведь ему придётся вызывать бригаду садовников. Адальхарт поморщился от этих мыслей.

— Ну, прости, дружок, — выпустив дым сигары, проговорил Роберт. — Ты заждался прогулки, пока я был с женой, и вправе сердиться. Но поверь, она хорошая, вы подружитесь.

В ответ ему грозно прорычали из кустов.

Когда Роберт вернулся в спальню, то Лера уже спала, забавно отгородившись горой подушек. Как будто это могло его остановить.

Роберт снял с себя сорочку и штаны, оставшись в исподнем, и принялся осторожно разбирать ограждение. Ни в коем случае он не желал разбудить свою прелесть, свою жемчужинку — ей нужно набираться сил. Но дракон внутри неистово рокотал и тянулся к Лерочке. Хотел смять её в объятии, соединиться поскорее.

“Так, спокойно, пора остановиться, — приказал себе Роберт, когда расчистил себе место для сна. — Девочке нужен отдых”.

Он осторожно забрался под одеяло к Лере и, желая защитить ото всего, накрыл её рукой.

“Спи, моя радость, спи…”

43

Я сладко потянулась, отходя ото сна, и мягкая нега растеклась по телу. Чувствовала себя так прекрасно — и не сразу вспомнила, что нахожусь в другом мире, в чужой постели, что я провела ночь с инквизитором! И… кстати, а где “муж”?

Оглядела смятую подушку в изголовье и откинутое одеяло — где же моя стена из подушек? Он спал со мной! Со мной в одной постели!

Сердце объяло тихое чувство радости, но запретное, как конфета, которую тебе дали в тайне от строгих родителей. Я потянула носом густой аромат медового вереска, которым благоухала постель, и смущённо улыбнулась.

Роберт спал со мной.

Да, но где же он теперь?

Ответом на мой вопрос послужил шум из ванной. Дверь открылась, и в комнату вошёл дракон, застёгивающий белоснежную сорочку.

Спасибо, что одетый!

Я спустилась ниже в одеяла, пряча лицо. Нельзя, чтобы он увидел меня такую довольную и разомлённую сном.

— Проснулась, милая? — пророкотал Роберт и склонился надо мной, целуя в щёку. — Как себя чувствуешь?

Несмотря на нежность, “супруг” был строг и непроницаем, как камень. Будто не было вчера чудесного вечера и чудесного танца, сблизившего нас.

— Что с тобой? Что-то болит? — Роберт участливо сел на край кровати, и от усилившегося аромата вереска разум вконец поплыл и все слова растерялись.

Я сумела лишь покачать головой.

— Хорошо, Лера, — Адальхарт встал и прошёл к шкафу, заправляя рубашку. Надел мундир и накинул через плечо голубую ленту. — Меня вызывает король, я должен срочно идти. А тебе задание…

— К-какое задание? — напряглась я.

Адальхарт застегнул золотые пуговицы, надел пояс и, поправляя манжеты, открыл дверь спальни, за которой оказался испачканный в листве грязный мохнатый пёс, как будто всю ночь валялся в кустах, а теперь нетерпеливо переминался с ноги на ногу, явно желая продолжить увлекательное занятие.

— Погуляй с Анхором, пожалуйста, — я уже не успеваю.

Я поглядела на Роберта, расширяя глаза. Анхор тоже поглядел на Роберта, расширяя глаза.

— Ты с ума сошёл! — озвучила наши с пёселем мысли. — А он не может сам? Или разве нет у тебя доверенных лиц для него!

— Никаких лиц нет, но у меня есть жена. Анхор фамильяр тьмы, и ты должна с ним поладить, ведь в тебе тоже моя сила. А, и чуть не забыл, ещё вот это для тебя, — он указал рукой на тумбочку, на которой стоял небольшой плетёный короб с крышкой.

— Что это?

— Это для котёнка, если он воплотится, пока меня не будет. Анхор сожрёт, спрячь его туда. Всё, я спешу.

Адальхарт подошёл к кровати, ещё раз потянулся поцеловать меня в щёку, но я оттолкнула его и отвернулась, полная возмущения.

— До вечера, Лерочка, — пророкотал Адальхарт и, проигнорировав мой отказ, всё равно поцеловал.

— Привет папе… — проворчала я, косясь на коробку.

Спрячь его туда! А может Анхора куда-нибудь спрятать? Чтобы не портил жизнь маленьким котяткам?

Инквизитор ушёл, оставив дверь открытой, и в спальню по-хозяйски ввалился лохматый медведь, недовольно щурясь на меня. И ещё нетерпеливо потопал лапами, с которых осыпались комья грязи, мол, давай, пошли.

— Ладно-ладно! Сейчас оденусь! Не топай тут, жди!

Выбравшись из постели, я скрылась от пристального взгляда Анхора в ванной и взяла в руки