Жена по праву - Зена Тирс

Я вошла к Анхору и увидела, что он умудрился открыть лапой кран, а сам забрался в купель, прилично наследив по полу и по сияющим золотым бортам. Пёс посмотрел на меня так жалобно, что у меня дрогнуло сердце.

— Что, злой Роберт никуда тебя с собой не берёт, а тебе хочется?

Пёсик вытянул мордочку и посмотрел на меня ещё более жалобно. И вид у него был ещё очень жалкий, когда шерсть намокла и облепила тело. Не такой уж и медвежёнок, а тощая гончая.

— Ладно, давай попробуем тебя помыть, — развела я руками.

Так как я была уже вся наряженная, а пёс сидел весь мокрый в купели, я решила, а не применить ли магию, раз она у меня имеется?

Я прикрыла глаза, чтобы лучше сосредоточиться, вытянула руки вперёд, как бы направляя силу и призвала своего котёнка.

“Кс-кс, давай поможем этому лохматому грязнуле стать чистеньким благородным пёсиком?”

Сила сошла с ладоней и помогла воде отделить грязь от шелковистой шерсти Анхора. Я довольно улыбнулась и ощутила на ладонях что-то невесомо тёплое и пушистое.

Открыла глаза — на руках сидел пушистый крошечный комочек с большими глазками. Анхор нахмурился и приготовился к прыжку.

45

— Нет-нет! — закричала я, прижав воплотившегося котёнка к груди, и побежала со всех ног в комнату, спасая малыша.

Анхор с грозным рыком бросился за мной, заливая водой ванную и ковры в спальне, и кровать, на которую я запрыгнула, подхватив короб. Затолкала туда пискнувшего котёнка и закрыла задвижку на крышке.

— Всё! Ничего нет! — выпалила я, сердито поглядев на Анхора. — Иди обратно в ванную! Что ты тут устроил?!

Медведь уходить не собирался, но с кровати слез, виновато опустив уши.

— Дома останешься!

Анхор приподнял мохнатые брови, широко открыв глаза, и снова сделался таким жалким-жалким, что моё бедное сердце не выдержало.

— Ладно, поедешь. Но веди себя хорошо, — строго покрутила пальцем.

Переведя дух, я снова призвала магию, чтобы высушить Анхора. Всего лишь нужно было отделить от шерсти воду, и справилась я легко. Но пёс оставался лохматым, и я, взяв щётку, расчесала его. На полу в спальне остались комки грязи, лужи воды и целая гора чёрной шерсти.

Я застегнула на шее Анхора принесённую им цепь, взяла в руку поводок и подумала — это для эстетики, как леди с собачкой, всё равно не удержу.

Котёнка оставлять дома не собиралась и, подхватив короб, двинулась со всей мохнатой шайкой на выход.

— Во сколько вы вернётесь? Что сообщить его светлости, леди? — проговорил Сэм, отворяя нам дверь.

— Вернусь… Скоро. Я не надолго. И Сэм… Там случилось страшное в спальне, — покачала я головой, виновато надломив брови. — У нас случилась протечка, и все ковры мокрые и постель…

— Я понял, леди, мы всё уберем. Хорошей дороги.

— Благодарю, — улыбнулась я.

Анхор потянул вперёд. И, крутя пушистой попой, очень довольный забирался в экипаж. Кажется, даже забыл, что с нами в коробе кое-кто есть.

— Мяу, — пискнул котёнок.

Анхор навострил уши и зарычал.

— Кто-то хочет остаться дома?! — воскликнула я, и пёс смиренно положил голову на лапы, устроившись на полу кареты. — Ты умный пёсик, Анхор, и потому давай так, не рычи, не бросайся на людей и не скалься. А если начнёшь хулиганить, я расскажу, какой ты смешной, когда мокрый!

Анхор шумно вздохнул, не поднимая головы.

— Куда править, моя леди? — проговорил Кевин, наш вчерашний возница, который забирал из академии.

— В особняк Сорренов, на выставку, — проговорила я как можно увереннее.

И мы покатились.

Я провожала взглядом удаляющийся особняк Адальхарта с его большим старым садом и думала о том, где сейчас Роберт и как там без меня? Интересно, хоть немного скучает? Я вот, кажется, скучаю.

Роберт Адальхарт, первый инквизитор королевства и десница короля

— Роберт, ты себя видел в зеркало? — усмехнулся король, поглаживая седые усы.

— Что не так? — Адальхарт поправил мундир и манжеты, и ленту на плече.

Да, не успел побриться, но можно сослаться на то, что решил отрастить бороду.

— Ты выглядишь так, будто только что проснулся!

Вообще да, он только что проснулся, спешно оделся и прибыл во дворец.

— Всю ночь развлекался с женой?

Удивительно, но всю ночь спал, как младенец. Сперва, конечно, долго лежал и не мог уснуть — как можно уснуть, когда рядом такая женщина? Добрая, весёлая, прекрасная, с сотней разных улыбок на любой случай. Он её очень хотел, но боролся с собой, а потом уснул. И проспал утреннюю тренировку — каждый день он делал пробежку с Анхором и упражнялся в фехтовании, потом завтракал, одевался и прибывал на службу за час до её начала. А сегодня… Дракон внутри, кажется, до сих пор пребывал в дурмане от ночи, проведённой в близости Леры.

— Молчишь, Роберт? Ладно. В медовый месяц простительно. Но то, что ты вчера сделал с имением лорда Эскорта — неприемлемо! Я вынужден наказать тебя, чтобы маги не обиделись. Как мне тебя наказать?

Адальхарт повёл бровью.

— Напишите выговор.

— Этого мало! Эскорт просит лишить тебя должности десницы за нанесённую ему обиду, и маги на его стороне! Ты сам роешь себе могилу, Роберт! Уже пошли слухи, что ты от ревности сошёл с ума. Мне доложили, ты заказал драконьи сигары? Старые кончились? Бесишься? Что с тобой происходит?

— Я просто решил пополнить запасы впрок, не беспокойтесь, Мой Лорд, — проговорил Адальхарт. — А что касается Эскорта — то обыск в его имении был необходим для расследования. Я выписал себе ордер.

— Маги совета неприкасаемы!

— Кроме преступлений высшей категории: убийств и переселений душ!

— Ты обвиняешь его?

46

Я выгружалась из экипажа с поводком и корзинкой наперевес. Возница Кевин протянул руку, но его опередили.

— Позвольте помочь? — проговорил молодой дерзкий голос. Где-то я уже слышала эти интонации и, подняв взгляд, увидела перед собой Габриэла Хаммера — адепта