Брачная ошибка - Дженнифер Пробст

– Пару раз по делам. И несколько раз просто развлечься.

– Не сомневаюсь. Ни одной свадьбы не расстроил, надеюсь?

– Бесстыжая девчонка!

Карина улыбнулась и высунула голову в окно, оставив всякие претензии на утонченность. Влажный теплый ветер дунул ей в лицо, растрепал кудри, превратив их в разлохмаченную гриву, но ей было все равно. Они подъехали к «Венецианскому отелю», и Карина рассмеялась при виде этой поддельной воображаемой Италии. Сверкающие мраморные статуи, бесчисленные фонтаны и буйная зелень манили в роскошные двери, открывающиеся сами собой. Она ожидала некоторого перебора с шиком и блеском, однако в обстановке отеля чувствовался несомненный налет элегантности.

Макс остановился у стойки регистрации. Карина крутила головой туда-сюда, стараясь разглядеть вестибюль казино во всей красе. Огромный золотой шар покоился в центре на гладко натертом полу, окруженный грандиозными колоннами и гигантскими арками, а потолок был расписан так искусно, что мог бы соперничать с микеланджеловской росписью Сикстинской капеллы. От этой пестрой смеси узоров, цветов и роскоши приятно туманилось в голове.

Им отдали ключи и проводили наверх. Они поднимались все выше, выше, выше, пока не стало казаться, что вот сейчас навстречу выйдет великан из сказки про Джека и бобовый росток. Двери лифта открылись, они ввели код и вошли в номер люкс.

Карина ахнула.

Она знала, что и Майкл, и Макс очень, очень богаты. У нее на глазах их семейная империя, поначалу скромная, выросла настолько, что им больше не нужно было беспокоиться об оплате счетов, тратах на дорогую обувь, к которой привыкла Венеция, или о плате за колледж. Дома все стало совсем другим, но сама-то она до сих пор отсиживалась в Бергамо. Ее окружение не менялось, и ее внутреннее «я» не затронули ни успех, ни деньги.

Но этот номер буквально ослепил ее своим блеском.

В просторной гостиной красовался серо-голубой диван, кресло с откидной спинкой и красивая мебель вишневого дерева. Роскошные итальянские пейзажи украшали темные, богато отделанные стены, а в окнах от пола до потолка открывался город во всей своей красе. Онемев от восторга, Карина прошлась по номеру, оценила полностью укомплектованный бар, джакузи и массивную кровать королевского размера, на которой было столько подушек, что захотелось прямо сейчас вытянуться на ней и вздремнуть.

– Кажется, пора просить у Майкла прибавку к зарплате, – пробормотала она.

– Это же твой бизнес, cara, – рассмеялся Макс. – Ты член семьи, так что имеешь право на свою долю во всем, включая деньги.

– Неудобно пользоваться тем, для чего я, в сущности, ничего не сделала, – честно призналась она. – Я хочу заработать право на собственные деньги.

– Знаю. – Лицо Макса смягчилось, и на миг в голубых глазах мелькнула откровенная гордость. – У тебя есть характер, это редкость в современных женщинах.

– У многих женщин есть характер, – фыркнула Карина. – Ты просто все время выбираешь не тех.

– А можно хоть сегодня не касаться моего списка неудач?

– Конечно. – В глазах Карины мелькнуло виноватое выражение. – Мне жаль, что так получилось с Викторией.

– Ты оказалась права, – пожал плечами Макс. – Как обычно. По крайней мере, она решилась вернуться к тому, кто ей действительно нужен. – Он намеренно сменил тему и показал на соседнюю дверь: – Пойдем, покажу тебе твою комнату.

Макс подошел к двери, ввел код и открыл. Карина вошла в такую же спальню с собственной кроватью и ванной. Она взвизгнула от восторга, скинула туфли и сделала то, что ей не терпелось сделать с той самой минуты, как они вошли.

Она с разбегу бросилась на постель. Погрузилась в невесомую мягкость, застонала и потянулась, наслаждаясь уютом среди подушек и одеял.

– Я на седьмом небе, – объявила она.

Макс стоял рядом, усмехаясь:

– Любишь ты прыгать. Помнишь, мы гостили у твоего кузена Брайана, и я смастерил тебе эту жуткую конструкцию, на которой ты изображала олимпийскую гимнастку?

– О господи, правда ведь! – рассмеялась Карина. – Я хотела перепрыгнуть, но ты сделал ее слишком высоко, и я сломала руку.

– Я думал, меня полгода из дома не выпустят, а ты как пришла домой от врача, так никто об этом больше и не вспоминал.

Карина оперлась на локоть и подперла щеку ладонью:

– Потому что я никому не сказала.

– А?..

– Я же понимала, что тебе попадет. – Карина улыбнулась при этом воспоминании. – Вы с Майклом всю жизнь были в ответе за то, чтобы я не влипла в неприятности. Я сказала маме, что сама сделала эту штуку.

Макс долго, не мигая смотрел на нее:

– Ты соврала ради меня?

От этого тихого вопроса у Карины даже в животе екнуло. Макс глядел на нее так, словно увидел ее в новом свете, но она не могла понять, хорошо это или плохо. Возможно, детские воспоминания были не самой удачной идеей для ее грандиозного плана соблазнения. Надо срочно менять тактику.

– Поскорее бы сменить этот ужасный диван в квартире Алексы. Скажи-ка, как тебе этот матрас?

Макс вздрогнул и отступил назад:

– Нет, я же все равно не знаю, что тебе нужно.

– Да ладно тебе, тут вон сколько места. Вшей у меня нет. Просто ляг рядом и скажи: это лучше, чем твоя кровать дома?

– А ты откуда знаешь, какая у меня кровать? – наморщил он лоб.

– Не знаю, но ты, кажется, помешан на роскоши, так что думаю – огромная. У тебя не может быть какой-нибудь жуткой холостяцкой спальни с обоями под зебру и скрытыми динамиками, из которых вдруг начинает звучать «Let’s Get It On», правда?

Макс в ужасе отпрянул:

– Где ты этого нахваталась? Тут столько дикого, что я даже перечислять не берусь.

– Вот и хорошо. А то я как-то встречалась с парнем, у которого дома была как раз такая обстановка. Закрыл за собой дверь, нажал на кнопку, и заиграла эта ужасная песня – для настроения.

Макс сделал шаг ближе:

– Надеюсь, он не добился от тебя того, чего хотел. Такими-то дешевыми приемчиками.

– Нет, – усмехнулась Карина, – на меня это как-то не произвело впечатления. – Она подвинулась, убрала одну подушку и знаком пригласила Макса лечь рядом. – На минутку всего. Скажи, как тебе.

– Карина…

– Ладно, забудь. А то еще костюмчик помнется.

Насмешка попала в цель. Лицо у Макса затвердело, словно она бросила ему вызов. Он не привык отступать и скинул туфли. Карина подавила смешок, и он осторожно пристроился рядом, оставив между ними побольше места.

– Ну что, как тебе?

– Даже не верится, что мы с тобой обсуждаем кровати, – вздохнул он. – У меня такое чувство, будто я снимаюсь в рекламе нижнего белья.