Хроники амбициозной брюнетки - Арина Холина

— Что бы это изменило? — спокойно поинтересовался Захар. — Ну прости, я забыл…

— Черт! — Даша топнула ногой и отодвинула дверцу шкафа.

Она смотрела на его содержимое минут пять, прежде чем вытянула из гардероба белые шорты с лямками и карабинами, ярко-голубую рубашку и коричневые сандалии на низком каблуке, украшенные маленькими жемчужинами.

Даша готовилась не меньше часа — причесывалась, красила ресницы, мазалась кремом с мерцающими частицами.

Не то чтобы на нее произвела впечатление перспектива поездки к маме молодого человека, скорее то, что эта мама — дизайнер одежды.

А едва вернувшись, Даша упала на диван и выдохнула:

— …здец!

Для начала ее удивил сам дом. О том, что до сих пор существуют дачи с сортиром на улице, в который, если тебе приспичит ночью, нужно бежать сломя голову со второго этажа, через двор, а дальше морщиться от запаха, отмахиваться от мух и подставлять задницу комарам, Даша уже забыла.

Впрочем, она, наверное, и не была на таких дачах — ее родители не имели загородного дома, так как никто не хотел заниматься строительством, ремонтом, а потом еще и срываться туда среди недели только потому, что местные гопники выломали дверь и украли банку тушенки.

Родители возили Дашу в дома отдыха писателей, отправляли на курорты или же отдавали дочь друзьям, у которых были просторные современные дома с нормальными ванной и туалетом.

Так что Даша привыкла к тому, что летом все ходят в белом, перечитывают в гамаке Льва Толстого, пока наемные рабочие окучивают клумбы, вечером сидят в антикварных креслах перед камином и лакомятся фаршированной уткой — коронное блюдо поварихи.

Она не могла оценить преображение «дачного домика» в каменный особняк. Не оценила драпированные шторы с цветочками, велюровые кресла и классическую стенку, перебравшуюся за город из Москвы.

Обстановка показалась ей глупой, мещанской и неуютной. Бумажные бордюры на обоях. Пластмассовые люстры. Линолеум на кухне.

Ну и, собственно, мама. Да, она хорошо выглядит. Да, стройная и ухоженная. И обед закатила ого-го! — котлеты по-киевски, картошка фри, домашняя выпечка и даже домашние чебуреки!

— То есть вы сами делаете чебуреки? — с недоверием переспросила ее Даша.

— Это очень легко! — улыбнулась Лена. — Я вас научу!

— Только не это! — Даша замахала руками и даже засучила ногами. — Я готовить не люблю!

— Ну, это приходит… — Лена метнула тревожный взгляд на Захара. — Ресторанная еда, в конце концов, надоедает.

— Не могу представить себя у плиты, — сопротивлялась Даша. — Готовка наводит на меня уныние. Тем более что у меня готовит Анастасия Владимировна. Прекрасную домашнюю еду.

— Женщина должна сама готовить, — твердо заявила Елена.

Даша растерялась.

— В смысле?

— Это не сразу понимаешь, — вещала Лена. — Но потом чувствуешь, что в своем доме надо кое-что делать своими руками. Кормить родных едой, которую готовишь сама. Поверь: это приносит радость.

— Да у меня и родных-то особенно нету, — Даша пожала плечами.

Разговор ее утомлял.

— Ну будут! — засмеялась Лена. — Выйдешь замуж, появятся дети…

— Не уверена, что собираюсь выйти замуж, — Даша опять пожала плечами. — Зачем?

Мать Захара уставилась на нее так, словно Даша призналась в том, что убила человека ради того, чтобы получить его кроссовки.

— А дети? — настаивала Лена.

— Насчет детей не знаю, пока не задумывалась, но ради них в наше время никто не выходит замуж, — резко ответила Даша.

— Захар, хочешь еще чебурек? — нервно обратилась к сыну Елена.

На следующий день их разбудили в десять утра. Обалдевшая Даша, которая до пяти смотрела кино, выползла из комнаты с закрытыми глазами, кое-как умылась, завернулась в махровый халат и вышла на улицу — завтрак накрыли в беседке.

Мать Захара удивленно воззрилась на нее. Она с утра пораньше уделила время укладке, легкому гриму и нарядилась в бледно-розовый брючный костюм.

Даша почувствовала себя голой, но решила не церемониться.

— Доброе утро! — поприветствовала всех она и плюхнулась на стул. — Можно кофе?

— Кофе на кухне, — ответила мама Захара.

Даша удивилась, но вернулась в дом, захватила кофе, смешала его с молоком и прикурила сигарету.

Елена уставилась на нее так, словно Даша достала ужа и съела его живьем.

Слава богу, лекции на тему «Никотин — медленный убийца» не последовало, но Елена все-таки заметила, что курить натощак очень вредно.

— А у меня с утра нет аппетита, — заявила Даша.

— Надо завтракать, — дрожащим голосом произнесла Елена.

И тут Даша оценила стол. Творог. Бутерброды. Яичница. Оладьи.

Елена все это приготовила с утра?!

Ладно. Можно и слопать пару оладушков. Утро все равно безнадежно испорчено.

Да, она курит! И догадывается, что никотин — это яд! Но не надо вот только ля-ля про пассивное курение! Пассивное… пассивный просмотр телевизора намного хуже!

И не стоит делать «кхе-кхе» — они на свежем воздухе. Она, Даша, привыкла пить кофе и при этом курить, а если кто-то привык жрать как борец сумо в такую рань, то ей лично на это наплевать — она же не таращит глаза на каждый кусок, исчезающий во рту у Лены, и не делает вид, что ее тошнит!

— Какие планы? — поинтересовалась мамаша — ненасытная обжора.

— Хотим съездить искупаться, — ответил Захар.

— Хорошо, — одобрила она. — Но только после обеда.

У Даши отвисла челюсть. Почему это «после обеда»? Она хочет купаться сейчас! Жара! Надо купаться и загорать!

— Съездите на рынок, купите мяса, курицу и рыбу, овощей, зелень… — перечисляла мамаша.

Вот тебе на! Они же гости! И вместо того, чтобы весело проводить время на пляже, они попрутся за едой на рынок!

— Вечером будут гости, — пояснила Елена.

Ладно, они потеряют час на этот дурацкий рынок. Сейчас только половина одиннадцатого. Вернутся за полчаса до полудня, а в двенадцать уже будут на озере.

Но вернулись они к двум. Рынок с приличным мясом оказался в пятидесяти километрах от дома — Елена настаивала, чтобы они отправились именно туда, а по дороге еще и попали в пробку в каком-то уездном городке.

— Почему она сама не поехала на рынок? — возмутилась Даша.

— Хотела навести в доме порядок, — пояснил Захар.

Порядок?! А то, что было, — это не порядок?

Лена решила, что Даше пятнадцать лет? Она могла бы отдыхать с друзьями на Пирогово — плавать на чьей-то яхте, загорать у бассейна, могла бы вообще улететь на юг! А вместо этого трясется по жаре ради того, чтобы гости этой тупой Лены обожрались каким-то там мясом, о котором в такую погоду даже думать страшно! Она, Даша, вообще не ест мясо!