Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов–2 - Айлин Лин

На мгновение дыхание спёрло в груди, кончики пальцев закололо – так много было в его синих глазах и в тех словах, которые он произнёс. Максимилиан редко говорил подобное, он просто молча делал. И вот услышать почти признание… Что ответить я пока терялась, но мои чувства к нему были… Я замялась на мгновение, и, твёрдо взглянув на него, сказала:

– Взаимно.

Очаровательная ямочка на левой щеке Макса и огонь восторга, появившийся в его синих глазах, согрели меня изнутри, время остановилось…

– Кхм, – подал голос Кэнсин-сан, отчего получил раздражённый взор от моей компаньонки. Вроде как это она должна блюсти порядок подле меня, но, глядя в её хитрое красивое личико, я вдруг поняла – Аоки обеими руками «за» продолжение нашей тихой беседы с Греем. Эх, девочки всегда такие девочки.

Я встряхнулась и вернулась к теме разговора:

– Вы будете следить за мной? – вот честно, мне бы не хотелось быть у кого-то на виду, даже у Макса.

– Нет, – он широко, открыто улыбнулся – проницательности ему не занимать, – но если вы надавите на камень, ко мне полетит сигнал тревоги, а вас накроет защитный купол, который станет ограждать вас от опасности около получаса, этого времени будет вполне достаточно, чтобы подоспела помощь. Кроме того, от артефакта разлетится парализующая волна – неприятный сюрприз для нападающих.

– Хорошо, – вздохнула я, понимая, что всякое может произойти и лучше быть готовым. – Благодарю вас!

Он слегка нахмурился и добавил:

– Знаю, мои действия могут показаться навязчивыми, но…

– Нет, – перебила я его, надевая браслет на запястье. – Это очень… заботливо. Ещё раз спасибо.

Ювелирная работа была безупречной. Браслет словно был создан для меня – нигде не сжимал, не цеплялся, а сапфир красиво переливался, будто живой.

Кэнсин, одобрительно глядя на украшение, заметил:

– Защита лишней не бывает, Белла-сама. Особенно когда у человека появляются завистники.

– Ваш защитный артефакт, Аоки-сан, будет готов через неделю, – добавил Грей.

– Аригато годзаймас, – кивнула девушка, слегка улыбнувшись.

Мы катили по широким и узким улочкм столицы, беседуя на разные темы и любуясь первым тёплым осенним днём.

Дорога до Южной площади заняла приблизительно час. Частые заторы на пути и некоторая тряска – утомили, но всё когда-нибудь кончается, и вот Томпсон остановил карету и открыл дверцу.

– Прибыли, милорд! – объявил он.

Максимилиана покинул экипаж первым и подал руку мне, чтобы помочь спустится.

Оказавшись на булыжной мостовой, подняла глаза и… замерла.

Моргнула… Ещё раз, но видение не исчезло.

Величественное, сквозное кирпичное здание, увенчанное прозрачным стеклянным куполом. А подле него невообразимая суета: спешащие джентльмены, носильщики с багажом, элегантные дамы под зонтиками.

Но я видела только его…

Огромный металлический зверь стоял у широкой платформы, а из его трубы вырывались клубы сизого дыма.

Паровоз.

В горле внезапно встал ком, а глаза защипало. Вся картина, представшая передо мной, была практически копией тех старинных гравюр, покинутого мной родного мира.

Железнодорожный вокзал. Рельсы. Вагоны.

Ни страх быть сожжённой заживо, ни ужас схватки с хищным зверем в лесах Акацуки, ни чувство неизвестности, что сопровождало меня вплоть до сегодняшнего дня – ничто из этого ни разу не заставило меня плакать.

– Леди Белла? – обеспокоенно позвал Макс, заметив, как я застыла на месте.

Я не могла ответить, у меня даже руки задрожали, слёзы покатились по щекам. Кусочек Земли, кусочек моего прошлого, моего мира вдруг оказался здесь, передо мной, в другом измерении. Это было как встретить старого друга, которого уже не чаял увидеть вновь.

– Что случилось? – Макс мягко взял меня за плечи, заглядывая в лицо. – Что-то болит?

– Нет, – дрожащим голосом выдохнула я и, улыбнувшись, смахнула слёзы со щёк. – Просто… сердце защемило от воспоминаний…

Максимилиан с облегчением вздохнул, достал из кармана белоснежный платок и протянул мне.

– Полагаю, нечто подобное есть у вас дома. Это же первая в Альбирионе железная дорога, соединяющая столицу и город Грин в трёх днях езды отсюда. Строительство завершилось всего три месяца назад. Мне хотелось сделать вам сюрприз, но я и представить не мог такой реакции.

Я благодарно взяла платок, промокнула глаза. И прошла вперёд, будто загипнотизированная.

Локомотив. Огромные колёса, чёрный металл, блестящие поршни.

– Можно… ещё поближе? – спросила я.

– Конечно, – кивнул Макс. – Пока пассажиры рассаживаются, у нас есть время.

Запах масла, пара, угля.

– Как он работает? – спросила я, проводя рукой по горячему металлу.

– Никакой магии – только физика и механика, – с гордостью объяснил Макс. – Идея принадлежит гениальному человеку, обладающему поразительным мышлением, мистеру Хармону Болду, инженеру без капли магического дара. Он собрал вокруг себя команду понимающих его, талантливых мастеров, и создал этого монстра. Топка нагревает воду до кипения, пар поступает в цилиндры, где толкает поршни, которые, в свою очередь, приводят в движение колёса.

Я кивнула, понимая принцип. Ничего необычного для землянина, но здесь, в мире, где большинство сложных механизмов работало на магии, это было настоящим прорывом!

– Просто потрясающе! – тихо сказала я, переводя взгляд на Максимилиана. – Спасибо, что показали.

Он протянул ко мне руку, в желании коснуться моей щеки, но вдруг передумал, наверное, чтобы не компрометировать – чужих глаз вокруг было много.

– Пойдёмте, поезд скоро тронется, – вместо этого предложил он, делая шаг назад.

Внутреннее убранство вагона, куда нас проводил предупредительный стюард, поразило меня не меньше, чем сам паровоз. Кроме нас, тут больше никого не было – ясно, Максимилиан постарался. Полированное дерево, бархатные сиденья, хрустальные светильники, ковёр на полу – словно роскошная гостиная на колёсах. По периметру стен тянулись мягкие диваны, окна завешаны тяжёлыми портьерами, овальный, вытянутый стол в центре добавлял солидности и без того вычурному интерьеру.

– Это не просто транспорт, – продолжил рассказ Максимилиан. – Это символ прогресса. Король лично финансировал этот проект, несмотря на сопротивление некоторых консервативных лордов.

– Почему они сопротивлялись? – спросила Аоки, проводя пальцами по мягкой обивке сиденья.

– Новое всегда пугает. Особенно тех, чьё благополучие зависит от старых порядков. Есть маги, опасающиеся, что развитие немагических технологий уменьшит их влияние.

Я многозначительно переглянулась с Аоки:

"Да, увы, с этим я столкнулась лично".

Мы сели на удобные диванчики. Раздался протяжный гудок, и поезд тронулся. Сначала медленно, затем всё быстрее набирая скорость.

Я не могла сдержать улыбки, ощущая, как дрожит пол, как по родному стучат колёса.

– Этот железный зверь может разогнаться до тридцати миль в час (примерно 48 км/ч) на ровных участках, – с гордостью ответил Максимилиан. – От Краунхейвена до нужной нам Серебряной