Бывший. Добьюсь тебя снова - Марта Макова

— Ну я думаю, у тебя не должно быть с этим проблем. — я насмешливо приподняла бровь и улыбнулась. — Ты завидный жених. Молодой, красивый, богатый. Невесты на тебя, как пчёлы на мёд должны слетаться.

— Липнут, да. — криво, как-то невесело ухмыльнулся Арс. — Только...

Замолчал, рвано дёрнул плечами, словно брезгливо сбрасывал, сгонял с себя жужжащий рой.

— Что только? — не хуже назойливой мухи прицепилась я.

— Я встретил ту, что можно встретить только раз в жизни. — его взгляд прожигал меня. — Но упустил. Не рассмотрел, не понял сразу. Обидел сильно и теперь она близко меня не подпускает.

Делать вид, что не понимаю намёков, уже не получалось. Мы смотрели друг на друга, не отводя глаз, ведя безмолвный разговор.

— Ты никогда не простишь меня?

— Я же сказала уже, что простила и отпустила.

— Но не хочешь быть со мной?

Я положила салфетку на стол. Пора переходить к активной фазе задуманного мною плана.

Не сводя с Арса глаз, слегка прикусила нижнюю губу. Чуть-чуть поддалась телом в сторону напрягшегося мужчины. Мысленно ухмыльнулась, глядя на дёрнувшийся кадык.

— Куда поедем, Арс? К тебе или ко мне?

Глава 29. Арс

Расплатился в ресторане наличкой, не в силах ждать всей этой суеты с картой. Просто кинул купюры на стол, их хватало с избытком, и кивнув спешащему к нам официанту, подал руку, вставшей со своего места, Белке. Скорее отсюда! В мою квартиру. Затащить в холостяцкую берлогу долгожданную добычу.

Дорога домой не запомнилась. Меня штормило, пришлось здорово постараться держать себя в руках. В груди бушевал ураган из желания, восторга, что ожидаемого противостояния и холодного Белкиного равнодушия не случилось и волнения. Ловил себя на том, что трясусь, как сопливый пацан на первом свидании с продолжением. Не отпускало чувство какого-то грёбаного подвоха.

С трудом удерживал себя, чтобы не схватить Белку за руку и не начать тащить от машины до дверей лифта, ускоряя наше движение. Я же не неандерталец в конце-концов. Из последних сил сохраняя самообладание, спокойно шёл, держал её ладонь в своей, хотя очень хотелось схватить добычу и бегом, с ней на плече, преодолеть расстояние, отделяющее нас от квартиры.

Пока скоростной лифт мчал нас на самый верхний этаж, молчали. Я наблюдал за ней в зеркале. Белка о чём-то напряжённо думала, щуря ведьминские глаза, пряча их зелень за ресницами. Покусывала губы. Притихла. И это настораживало. Никогда не мог предугадать её действия.

Физически ощущал её напряжение и не понимал, чем оно вызвано. Она же сама предложила продолжить вечер дома. Волнуется? Может, просто устала? У неё был тяжёлый, нервный день. Очень хотелось думать, что Белка не передумала, оказавшись у меня дома.

Если даже и так, я не стану её держать. И приставать не буду, пока сама не даст понять, не намекнёт, что готова. Ей нечего бояться, я не насильник и настаивать на сексе не буду. Перетерплю. Главное, не спугнуть. Я смог вытащить её в Москву один раз, смогу и второй, и третий. Если понадобиться, найду ещё тысячу способов и причин быть рядом.

Белка смело переступила порог моей квартиры. Уверенно с высоко поднятой головой и насмешливой ухмылкой на губах. Сразу прошла к панорамному окну в гостиной и, обняв себя за плечи, застыла изящным изваянием, рассматривая сверкающий внизу город.

Встал у неё за спиной, осторожно опустил ладони на хрупкие плечи, легонько нажал, разминая застывшие мышцы. Белка развернулась в моих руках, положила ладони на мою грудь, подняла лицо.

— У тебя есть женщина, Арс?

Вот что её беспокоит. Я облегчённо вздохнул. Хоть в этом моя совесть была чиста.

— Нет. Я свободен. — заправил тёмную, шёлковую прядь за ушко, не удержался и ткнулся носом в лоб, в линию роста волос, вдохнул ягодный запах. Охренеть, как вкусно она пахла!

У меня вообще никого не было с момента, когда решил, что мне нужна только она. Не хотел никого, не видел. Зато прямо сейчас был стояк. Крепкий, болезненный, требующий действий. Но я держался. И был вознаграждён.

Белка приподнялась на носочки, погладила пальчиками мою щёку и потянулась за поцелуем. И я сорвался. Как оголодавший пёс, как путник в пустыне, умирающий от жажды и дорвавшийся до глотка свежей, прохладной воды.

Захлебнулся её стоном мне в губы. Тягучим, томным, полным желания. Вжал податливое, дрожащее тело в себя, ещё не до конца веря, что моя, со мной, сдалась.

Глава 30. Белка

Проснулась внезапно, в одну секунду, от яркого дневного света, заливающего комнату из незашторенных панорамных окон. Недоумённо смотрела на синеву окружающего меня неба, пытаясь понять, где я, и почему так высоко, почти в облаках. И вспомнила прошедший вечер и ночь. Я у Арса в квартире, бог знает на каком этаже элитного небоскрёба. И всю ночь, под звёздным ночным небом, мы…

Сердце кувыркнулось, обдав всё тело жаром.

Медленно повернула голову и посмотрела на спящего рядом Арса. Задержала срывающееся дыхание, боясь разбудить моего любовника.

Сейчас я могла спокойно, не таясь, рассматривать его, мужчину, в очередной раз ворвавшегося в мою размеренную жизнь.

Напряжённая складка между тёмных, ровных бровей сейчас разгладилась, чернота глаз, которая прожигала меня всю ночь, спряталась под закрытыми веками, дремала, а может, и прогорела вся, успокоилась, получив то, что жаждала.

Красивый, породистый нос, твёрдые губы, которые могли быть настойчивыми, голодными и нежными, ласкающими, приносящими ошеломительное наслаждение. Потемневшие, от выступившей за ночь щетины, подбородок и скулы. Растрёпанные моими стараниями волосы. Вчера это была аккуратная, модная мужская стрижка, а сейчас они лежали как попало, падали на лоб, торчали в стороны. Ночью я с огромным удовольствием запускала в них пальцы.

Шрамы, рассекающие грудь, уже немного посветлели и не выглядели так ужасно, как в декабре.

Тяжелая мужская рука на моём животе чувствительно придавливала и прожигала кожу. Арс обнимал меня так, словно имел на это право.

И вдруг нестерпимо захотелось снова попасть в тот кокон из нежности и ласки, жадного напора и страсти, в который он заключил меня этой ночью.

Арс спал. Спокойно, безмятежно. Довольный и удовлетворённый. Дышал ровно, а я вспоминала, как срывалось его дыхание, как хрипло стонал, вбиваясь в меня.