Когда она сказала "да" - Селеста Брэдли

Мистер Баттон, как подобает настоящему волшебнику, грациозно взмахнул рукой.

— Нет, мадам, я настаиваю. Я все сделаю сам! Э… пригласить кого-то еще? Всю деревню, конечно! Прекрасная мысль, и идеальная возможность для всех приветствовать вас и поздравить со счастливым браком!

Судя по тону, написание приглашений займет не более минуты его времени!

— Вы упомянули родных? Они живут достаточно близко, чтобы приехать?

— Родные? О Господи!

«Вот тогда начнется кошмар!»

— Я люблю свою семью, но… мой муж… слишком трудно., э… нет. Нет, я не думаю, что моя семья успеет на бал. Видите ли, они живут в Лондоне. И только недавно приехали домой, так что новое путешествие их утомит.

Вполне разумное объяснение. При мысли о волочащихся за мамой шарфах, о цитирующем Шекспира папе, о Касе и Полле, которые, возможно, напустят на них четырех всадников Апокалипсиса, и все это на ее первом балу… ни за что. Так будет лучше.

Элли может убить ее позже, но смилостивится, услышав о животных, посетивших бал. Тогда взбесится Атти, которая ни за что не хотела бы пропустить такое зрелище.

Мистер Баттон оказался настоящим чудом. Всего через час ошеломленная Калли вышла из лавки с пакетом изумительного нижнего белья, вполне заменившего то, что утонуло в реке. Мерки с нее сняли быстро и почтительно. Раньше мужчина никогда не снимал с нее мерок. Но мистер Баттон не был обычным мужчиной, не так ли?

Кроме того, ей было обещано в течение нескольких дней сшить два платья и еще одно, шелковое, бальное, что вряд ли казалось возможным. И все же она успела подпасть под очарование мистера Баттона, и он казался человеком, который держит слово.

Что за странная личность? Она уже его просто обожает.

Как славно найти еще одного друга.

Знает ли он ее имя?

«МИСТЕР И МИССИС ЛОРЕНС ПОРТЕР

ПРОСЯТ ВАШЕГО ПРИСУТСТВИЯ В ВЕЧЕР

СЛЕДУЮЩЕГО ЧЕТВЕРГА

НА БАЛЕ-МАСКАРАДЕ

В ЧЕСТЬ ИХ НЕДАВНЕЙ СВАДЬБЫ».

Когда кто-то решает устроить бал без ведома джентльмена-отшельника, следует сообщать ему о предстоящем событии очень осторожно и не с пустыми руками. Мистер Портер — сладкоежка. Это выход?

Пироги. Пироги Калли были широко известны как кусочки сочного рая, завернутые в облака хрустящей корочки. Попробовав их, мужчины дрожали от удовольствия и клялись, что ради нее готовы на любые подвиги. Или, если речь шла о братьях, — выполнять наиболее неприятные обязанности Калли.

Девушка, кроме ослепительной внешности, просто обязана иметь в своем арсенале еще что-то!

Для пирогов, которые она хотела испечь, требовалось яблок больше, чем нашлось в кладовой. Придется спуститься в подвал… а Калли не слишком любила подвалы.

Не то чтобы Калли боялась темноты, хотя и попала из-за нее в этот переплет.

Нет, она была не слишком испугана. Просто… осторожна, очень-очень осторожна. В подвалах было мрачно и холодно, и… и просто от них ее пробирал озноб.

«Послать бы туда горничную. Или слугу. Или очень умного пса».

Немного подумав, она покачала головой.

«О Господи! Ничего не выйдет. Мне нужны зеленые яблоки, а собаки цветов не различают. Откуда пес узнает, какие нужно класть в корзину?»

Она со вздохом сняла фонарь с крючка у двери, зажгла горящей веточкой, взятой из печи, и вышла из дома. Вход в подвалы находился, как правило, рядом с кухней, поэтому на то, чтобы отыскать заросшую сорняками тропинку, ушло всего несколько минут. Калли приподняла юбки, перекинула через руку и пошла по тропинке, держа в другой руке корзинку. Как не хочется покидать это ясное теплое утро и спускаться вниз.

Она почти надеялась, что найти вход не удастся, но тропинка привела ее к широкой, низкой, сбитой из досок двери в боковой стене дома. Выцветшая, с облупившейся краской, она выглядела так, словно ее десятилетиями не открывали, хотя скорее всего это не так.

Набрав в грудь воздуха, словно готовясь нырнуть, она потянула за кольцо и попыталась открыть дверь. Та отворялась с трудом, скрипя на все еще покрытых ледком булыжниках, и от этого скрипа Калли передернуло. Почему-то пришла в голову мысль о том, что она навеки останется запертой в подземелье.

— О нет, — упрекнула Калли дверь. — Так не пойдет.

Оглянувшись, она увидела небольшое бревнышко, лежавшее в высокой траве. Как раз подходит, чтобы подпереть дверь. Захватив фонарь, она стала решительно спускаться по древним ступенькам во внутренности дома.

— Неприятное слово «внутренности», — пробормотала она. — Словно находишься в пищеварительной системе гиганта.

Ко всему прочему оказалось, что подвал представлял собой лабиринт комнат, на сводах которых покоился огромный дом.

Она остановилась на середине лестницы.

— О, как я не подумала об этом!

Казалось, дом всей тяжестью давил на нее.

Калли высоко подняла фонарь. Перед ней была комната, которая при близком рассмотрении казалась абсолютно надежной. Мало того, на удивление сухой и чистой, если не считать высоченной горы ящиков в дальнем углу. Так что, кроме паутины, ничего подозрительного она не заметила.

— Ты такая трусиха, Каллиопа Уортингтон… э… Портер. Взгляни на это место! Воистину нерушимое! Возможно, выстроено теми рабами, что создавали египетские пирамиды. В свободное от основной работы время, конечно. И здание будет стоять еще века, после того как ты ляжешь в могилу!

Ее голос дрогнул.

— Зря я сказала про могилу.

Голос не отдался эхом в пустых помещениях. Он словно тоже утонул под весом дома.

— Яблоки. Найди чертовы яблоки. Найди чертовы яблоки и выбирайся на свет.

Она снова подняла фонарь и углубилась в лабиринт.

— Такой прекрасный день! И мне вовсе не обязательно заходить домой. Нарву цветов для столовой. Где-то должны быть еще вазы. И грибы в лесу. Могу сделать соус, от запаха которого у самого Создателя потекут слюнки.

Она хорошо умела выбирать дорогу, но следующее помещение оказалось винным погребом, набитым пылившимися на полках бутылками. Она не имела ни малейшего понятия, какая из них лучшая, а в какой — просто хранившийся здесь десятилетиями уксус.

Повернув обратно, она выбрала длинный туннель, который и привел ее в еще одну комнату с толстыми стенами, забитую корзинами с припасами. Она наполнила корзинку блестящими зелеными яблоками, прекрасно подходившими для пирога. Здесь были и прошлогодние груши, немного сморщенные, но их можно проварить в сахарном сиропе.

Ее очень порадовали и другие плоды минувшей осени. Здесь громоздились бушели и ящики с тыквами, картофелем, морковью и луком, переливавшиеся всеми цветами, как сокровища пещеры Али-Бабы! Очевидно, мистер Портер в ближайшее время не намеревался умереть с голода.