Золотая красота - Лилит Винсент

Я уютно устраиваюсь в его объятиях. Мне действительно нравится Кинан, но мне так же сильно нравится Дексер. Кинан ясно дал понять, что хочет меня, а Дексер ведет себя так, будто нам лучше притвориться, что между нами ничего не было. Он делает это потому, что ему неинтересно, или потому, что пытается сохранить мир в лагере? В отличие от Кинана, Дексер не из тех мужчин, кто выложит свои намерения прямо к моим ногам.

Кинан приподнимает мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

— Я хочу, чтобы ты чувствовала себя в безопасности и как дома в нашем лагере, и я сделаю всё возможное для этого.

— Но? — спрашиваю я, чувствуя подвох.

Его дерзкая улыбка возвращается.

— Но когда дело дойдет до твоего сердца, победителем выйду я.

Жизнь в лагере подчинена порядку, совсем как в Башне, но я и близко не чувствую себя такой заезженной и истощенной, как тогда, когда мама заправляла расписанием. Помимо ухода за ранеными и больными, а также повседневных хлопот вроде стирки в реке и готовки, я по очереди выхожу на караул.

Это, пожалуй, самая сложная работа: даже когда на дальнем берегу реки нет толп оскверненных, я с содроганием жду появления Мутагента. К этому времени слухи об Джозайе и о том, что существа, которых в лагере называют «псами», созданы моей матерью в Башне, уже разлетелись повсюду. Я вижу недоверие на лицах людей, когда они расспрашивают меня об этом или обсуждают между собой. Я бы и сама в это с трудом поверила, если бы не видела всё своими глазами.

Если не считать мыслей о Мутагентах, мне нравится быть в лагере. Я чувствую себя счастливой. Я кожей ощущаю ветерок и солнце. Только сейчас я поняла, как сильно мне не хватало открытого пространства. Пения птиц. Ласкового шума реки. Здесь, на острове Брукхейвен, по-настоящему красиво.

Однажды утром, когда я прохожу мимо костра, Дексер ловит мой взгляд и кивает. Затем он осматривает меня с каким-то задумчивым, испытующим видом, будто ему что-то любопытно. Ищет какие-то знаки, и я гадаю: неужели он понял, что произошло между мной и Кинаном? Он улыбается мне, и от этой улыбки я чуть не спотыкаюсь на ровном месте.

Мне нравится Кинан, но мне нравится и Дексер, и я не знаю, что с этим делать.

Я обхожу больных и раненых, проверяю повязки и выдаю лекарства тем, у кого инфекция или жар. Всем, кого я лечу, становится лучше, и это радует мое сердце.

Я складываю медикаменты и оборудование в одной из хижин, а когда выхожу, сталкиваюсь нос к носу с Дексером. Он оглядывается по сторонам, проверяя, одни ли мы, затем прижимает меня к стене хижины и без лишних слов накрывает мои губы своими.

Я резко вдыхаю от неожиданности, но тут же теряю голову от его поцелуя, обвивая руками его шею и наслаждаясь тяжестью его мускулистого тела.

Я не хочу прослыть разлучницей или причинить кому-то боль. Я обязана признаться Дексеру в том, что случилось.

— Я переспала с Кинаном, — шепчу я между поцелуями, внутренне сжавшись и ожидая, что он сейчас резко отстранится и посмотрит на меня с яростью.

Дексер издает какой-то гортанный звук и целует меня еще яростнее.

— Он был нежен с тобой? Ты кончила?

О боже. Жар вспыхивает во мне и концентрируется низко в животе. Дексеру важно, был ли у меня оргазм? Я киваю.

— М-м. Хорошая девочка. — он целует меня еще крепче.

О, боже мой.

— Мне нравится этот румянец на твоих щеках, Красавица.

Больше не сказав ни слова, он дарит мне последний поцелуй и исчезает. Я еще несколько минут стою, прислонившись к стене хижины, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. Значит ли это, что Дексер не из ревнивых?

Я с трудом сглатываю и, совершенно дезориентированная, плетусь обратно к костру, гадая, как скоро я снова смогу остаться с Дексером наедине. Почувствовать, как он сжимает мои волосы и шепчет непристойности своим грубым голосом. Я так погружена в свои жаркие мысли, что не замечаю, как оказываюсь рядом с Блэйзом у огня, и что он что-то мне говорит.

— Прости, что?

— Я говорю, это самый чудесный день недели. Ловушки для мутантов. — но выражение его лица совсем не радостное, а раздраженное.

— Ловушки для мутантов? — переспрашиваю я.

— Ага. Моё чертово любимое занятие, — ворчит он. — Проверка, не выпустила ли твоя мамочка какой-нибудь новый сюрприз, способный разнести весь лагерь в клочья.

Я вздрагиваю от обвинения в его словах. Работа кажется важной, учитывая, что мы точно знаем: Джозайя где-то там, бродит по лесам.

— Возьми Ру с собой.

Я резко оборачиваюсь и вижу, что с другой стороны от меня стоит Дексер. Мне ехать с Блэйзом проверять ловушки на мутагентов? Но я не хочу никуда ехать с Блэйзом. Если уж я и соберусь куда-то, то с Дексером — чтобы обнимать его за талию на заднем сиденье мотоцикла и чувствовать его тело всем своим.

— Ты уверен, что я тебе ни для чего не нужна? — с надеждой спрашиваю я его.

Уголок рта Дексера дернулся, будто он читал мои мысли.

— Мы с тобой можем съездить за припасами через день-два, если хочешь. Но ловушки на мутантов — это важно, и тебе стоит увидеть, как они работают. У тебя есть опыт встреч с мутантами. Блэйзу не помешала бы твоя помощь.

Блэйз ощетинился при одной мысли о том, что ему может понадобиться чья-то помощь.

— Плевать. Я выезжаю через десять минут, с Красавицей или без неё. — он направился к своей машине и откинул капот.

Когда мы остались одни, я повернулась к Дексеру:

— Ты и с Кинаном меня отправил оскверненных зачищать. Почему ты так упорно пытаешься столкнуть меня со своими братьями?

Дексер медленно отхлебнул кофе, глядя на меня с непроницаемым выражением лица. Я не хотела, чтобы он ревновал, и переспала с Кинаном вовсе не для того, чтобы спровоцировать его, но было бы приятно, если бы он проявил хоть каплю собственничества, а не просто целовал меня и отсылал прочь. Что он, черт возьми, задумал?

— Я никуда тебя не толкаю. Я подумал, ты захочешь понять, как всё устроено в этом лагере. Я отвечаю за припасы. Кинан зачищает оскверненных. Блэйз ставит ловушки на мутантов.

Это было рассудительно с его стороны, и я действительно хотела во всем разобраться, но поездка с Блэйзом казалась напрашиванием на неприятности.

— Блэйз не