Любимый злодей. После - Д. С. Одесса

Все телохранители расступаются, когда парень, который притащил связанную девушку в комнату, опускает ее и стягивает мешок с головы. Ее волосы вихрем разлетаются во все стороны, прежде чем она сдувает карамельно-каштановые пряди с лица. Мне приходится сделать над собой неимоверное усилие, чтобы сохранить самообладание.

Как, во имя дьявола?!

Гавриил изучает лица каждого из мужчин. У меня внутри разгораются ужас и гнев. Сердце неистово колотится при виде моей розы, которую я совсем недавно оставил в целости и сохранности в своей постели.

Сильнее всего мне хочется сорваться с места, заслонить ее собой и расстрелять всех, кто встанет на нашем пути. Вот только в комнате собралось больше тринадцати вооруженных мужчин, каждый из которых готов в любой момент открыть огонь, чтобы доказать свою преданность Гавриилу.

Во мне пробуждается безудержная жажда мести.

Где Кэмерон и Квест?! Что с Лекстоном? Как Нурию могли похитить? КАК?! Этого не может быть! Это невозможно!

Глава 15

Нурия

Любовь всегда означает готовность чем-то жертвовать. Ради Демона я готова отказаться от своей свободы, подвергнуть себя опасности, даже добровольно позволить заковать себя в цепи.

– Да он, мать его, не всерьез! – в шоке восклицаю я, после того как открыла глаза и обнаружила себя голой и прикованной к кровати.

Словно мое пробуждение не осталось незамеченным, дверь в спальню распахивается. Сквозь узкую полоску между шторами пробивается солнечный луч, в свете которого в воздухе пляшут мелкие пылинки.

Когда ушел Демон?

– Доброе утро, Нурия, – приветствует меня Кэмерон, за которым с недовольным видом следует Лекстон, передвигающийся на костылях.

Что с ним случилось?

Свободной рукой я поспешно натягиваю простыню повыше на грудь, чтобы у парней глаза не вылезли из орбит от увиденного, а поднос с завтраком, который явно предназначен для меня, не полетел на пол.

– А где Демон?

– Ему будет приятно узнать, что это первый вопрос, который ты задала, когда проснулась, – отвечает Лекстон с ехидной ухмылкой. Под зловещими демоническими глазами у него – темные круги. – Хорошо потрахались?

Я показываю ему средний палец.

– Видимо, ее недостаточно задействовали, иначе она не стала бы снова наглеть, – весело замечает Кэмерон, ставя поднос на прикроватную тумбочку.

– Снимите с меня наручники.

– Не будь такой нетерпеливой, – замечает Лекстон. – Может, тебе все-таки мало, а может, ты так сильно жаждешь Уайлдера, что тебе необходим еще один парень, который тебя усмирит.

Провокатор хренов. Не сдержавшись, я улыбаюсь его словам, когда он подходит к кровати, а потом взмахиваю правой ногой и пинком выбиваю у него из рук костыль.

– А ты что, вызвался добровольцем? Хотя выглядишь ты довольно потрепанным, монстр.

Лекстон рычит и опирается одной рукой о стену, чтобы не упасть. На правой ноге у него гипс, шею поддерживает медицинский воротник, а на голые, полностью покрытые татуировками руки наклеены два пластыря. Что, черт возьми, с ним стряслось?

– Клянусь, несколько часов назад она была ручной, – уверяет Кэмерон своего приятеля, подобрав костыль и передав его ему. – У Уайлдера. Не успел он выйти из дома, как у этой кошечки началась течка и она стала кусаться.

– Да вы оба с приветом.

– А это еще что такое? – с хмурым видом спрашивает Кэмерон. Держась за планку изголовья, он смотрит на меня сверху вниз. – Если будешь нас оскорблять, мы не снимем с тебя наручники и съедим твой завтрак у тебя на глазах.

Самая милая угроза в моей жизни. Он мне нравится.

– Не посмеете.

Лекстон смеется:

– Еще как посмеем! И в итоге ты станешь нашим завтраком. – Он соблазнительно прикусывает нижнюю губу и провокационно пробегает глазами вверх-вниз по моему телу.

Я прищуриваюсь:

– Демон вам головы оторвет.

– А может, он никогда и не узнает.

Какая прелесть! Им меня не запугать.

– Где он? – серьезно спрашиваю я, переводя взгляд с Кэмерона на Лекстона.

– В данный момент его здесь нет.

Очень смешно.

– Где? – настаиваю я.

Не знаю, что со мной не так, но сейчас в голове крутятся максимально дикие фантазии. В некоторых из них я вижу Демона с другой женщиной. Иначе зачем им делать из этого такой секрет? Ладно, он все равно никогда не посвящает меня ни в какие свои планы.

Неужели Уайлдер все еще мне не доверяет? Он ведь уже должен был понять, что я его не предам. Даже если бы Гавриил пытал меня, я бы ничего не выдала.

Потерявшись в мыслях, упираюсь взглядом в свою правую лодыжку, торчащую из-под простыни, и задыхаюсь от ужаса.

¡Mierda!

Почему я не подумала об этом раньше? Почему до меня дошло только сейчас?

– Он у Гавриила.

Где он?! От слов Лекстона у меня отвисает челюсть.

– Что, прости?

– Он у Гавриила. Даже эту информацию ты знать не должна, кисуля. А теперь будь умницей и съешь свой завтрак до его возвращения, чтобы он не нашел тебя связанной, как посылка, за плохое поведение. – Очень смешно.

Надо что-то придумать.

– Сначала мне нужно срочно сходить в туалет, – заявляю я мужчинам, которые смотрят на меня так, будто обычно люди не пользуются туалетом. – Эй, я в этой кровати…

Мой взгляд устремляется к будильнику. Когда я сбежала из поместья Гавриила, было чуть за полночь. И хотя я не в курсе, как далеко от него нахожусь, в этой кровати я пролежала, наверное, больше семи часов.

– …торчу уже несколько часов. Вы же не хотите менять простыни, если я больше не смогу контролировать мочевой пузырь?

Эта парочка быстро обменивается взглядами.

– Нет, не горю желанием, – соглашается со мной Кэмерон, в то время как Лекстон внимательно изучает меня пронзительными темными дьявольскими глазами. – Давай ее развяжем.

– Давай, раз на то пошло. – Лекстон солидарен со своим другом.

– Надо будет рассказать Демону, как грубо вы со мной обращаетесь. Уверена, ему это не понравится, – провоцирую я их обоих и выгибаю правую бровь.

Рана головы от крепкого удара Тимура до сих пор периодически побаливает, когда я напрягаю мышцы лица. Зато головокружение и тошнота исчезли через два дня, а значит, травма заживает быстрее, чем ожидалось.

– Хорошо, но я все равно за тобой прослежу, – сварливо комментирует Лекстон. – Сними с нее наручники, Кэм.

Кэмерон уже склонился надо мной с ключами от наручников и отстегивает меня от решетки. Его зеленые, как лесной мох, глаза то и дело пробегают по моему лицу и обнаженной груди.

Отлично. С этим справились. Помассировав запястье, на котором виднеются небольшие