Двойной шантаж - Лора Ли Гурк

— Согласна, ваш экипаж у дверей пустого дома выглядел бы подозрительно, — кивнула девушка, — особенно принимая во внимание плачевное состояние дома: две рамы по фасаду выбиты, дверь в кладовую висит на одной петле, сама кладовая опустошена, все покрыто толстым слоем пыли… Но самое ужасное — в доме полно мышей! Бр-р, какая гадость! — добавила она, содрогнувшись от отвращения.

Итан удивленно поднял брови:

— Что я слышу? Неужели ты боишься мышей? Ты, много лет прожившая на улице?

— Я вовсе не боюсь этих тварей, — с явным неудовольствием ответила Кэти, — я их просто ненавижу! И мне не по вкусу жить в доме, который кишмя кишит мышами.

— Так заведи кошку, — посоветовал Итан.

— Никогда! — презрительно хмыкнув, воскликнула она. — Разве что вы выпишете для меня бенгальского тигра. У обычной домашней кошки нет ни малейшего шанса выстоять против них, мерзкие твари сожрут ее живьем!

Кэти снова содрогнулась, видимо, представив себе это страшное зрелище. Итан понял, что она и в самом деле напугана.

— Вот уж не ожидал, что ты боишься мышей, — повторил он. — Мне даже не приходило в голову, что девушка, прошедшая ад лондонских улиц, может бояться каких-то мышей! Кэти, ты просто неисчерпаемый кладезь сюрпризов!

— Мыши слишком похожи на крыс! — передернула плечами Кэти. — Бог свидетель, я видела столько этих тварей на своем веку, что появление даже одной из них выводит меня из себя! Вы можете себе представить, что это такое — умирая с голоду, сражаться с полчищем крыс из-за куска хлеба и, проиграв, наблюдать, как они пожирают хлеб, который мог бы поддержать твои силы? Нет, я настаиваю, чтобы в доме извели мышей, а до тех пор я отказываюсь туда перебираться!

— Не волнуйся, Кэти, никто не требует от тебя такой жертвы, — успокоил ее Итан. — Я попросил тебя осмотреть дом, чтобы узнать, какой ремонт там необходим, поскольку у меня самого не было на это времени. Теперь, когда я знаю, что нужно сделать, я попрошу своего секретаря нанять рабочих, которые и приведут дом в порядок. Они сделают все, чтобы тебе было там удобно, и, пока ремонт не закончится, тебе не придется туда переезжать.

— Вообще-то я надеялась, что уже сегодня смогу прийти в собственный дом и лечь в постель с настоящими простынями, подушкой и одеялом… — неожиданно призналась девушка. — Вы даже не можете себе представить, с каким нетерпением я жду этого момента…

Тоска в ее голосе не могла не вызвать сочувствия. Итан снова вспомнил о том, какая трудная судьба выпала на долю Кэти, и с сожалением подумал, что собственные дом и постель, нечто само собой разумеющееся для него, были, оказывается, пределом мечтаний для несчастной девушки и многих, многих других обездоленных.

— К завтрашнему вечеру у тебя будет и дом, и настоящая постель, милая, — пообещал он.

— А можно установить в доме ванну? — вдруг спросила она смущенно, как ребенок, который просит конфетку, боясь, что ему откажут. — Такую большую, чтобы я могла в нее забраться и мыться сидя?

— Конечно. Если хочешь иметь ванну, она у тебя будет, — пообещал Итан.

Кэти подперла рукой подбородок и мечтательно закатила глаза.

— О, это будет изумительно! — пробормотала она со вздохом. — Я всегда мечтала о собственной ванне. — Ее взгляд скользнул поверх головы Итана, потом вниз, и девушка вдруг села прямо, как будто увидела нечто очень странное, из ряда вон выходящее. — Что это на вас такое? Вы что, переоделись для маскировки?

Проследивший за ее взглядом Итан с удовольствием погладил великолепную золотую парчу своего камзола.

— Ты права, это действительно своего рода маскировка, — объяснил он. — Сегодня я был в гостях у одного очень влиятельного тори, поэтому и надел этот камзол, как того требует светская жизнь.

— Может, других ваша одежда и может ввести в заблуждение, — заметила Кэти, — но только не меня. Даже когда на вас этот дурацкий пудреный парик, я все равно узнаю вас хоть за милю.

— Слава богу, что в Бостоне найдется не так много людей, которые могли бы сказать то же самое!

— Ваше счастье, что большинство ваших светских знакомых не так наблюдательны, как я.

— Но уж по части скромности они дадут тебе сто очков вперед, — заметил Итан.

— Никогда не считала скромность бесспорной добродетелью, — ухмыльнулась она. — Вам не удалось меня провести ни на секунду! Едва познакомившись с вами в «Русалке», я сразу поняла, что вы не тот, за кого себя выдаете, — где это видано, чтобы у рыбака или докера были манеры аристократа? Разве простые, необразованные люди выдвигают стул для служанки и ждут, пока она сядет, прежде чем сесть самим? В общем, моя наблюдательность меня не подвела, я сразу поняла, что вы только притворяетесь простолюдином. В дальнейшем постарайтесь больше не допускать таких досадных ошибок.

— Тебе самой неплохо было бы последовать собственному совету, потому что уже с завтрашнего дня тебе предстоит притворяться тем, кем ты не являешься, — моей возлюбленной, так что смотри, веди себя соответствующе, ведь ты больше не нищая бродяжка!

— Вы так считаете? — спросила Кэти, скептическим взглядом окидывая свою рваную одежду. — Никогда бы не подумала.

— Гм… Ты права. Поэтому-то я и договорился с лучшей бостонской портнихой Элизабет Уоринг, чтобы она завтра сняла с тебя мерки, — у тебя будет новый гардероб. Встречаемся у нее в десять утра. Дорогу в мастерскую Элизабет тебе всякий покажет, ее в городе хорошо знают.

Она посмотрела на Итана с сомнением и нерешительно переспросила, покусывая нижнюю губку:

— M-м… Значит, вы хотите заказать мне целый гардероб — не только новые платья, но и все остальное?

— Разумеется! И первоклассного качества. Моя любовница должно иметь все самое лучшее!

Ее лицо просияло такой счастливой, прекрасной улыбкой, какую можно видеть только на лицах детей. Итан был поражен: от ее улыбки в темноватом, прокуренном зале стало, казалось, светлей. До Итана вдруг дошло, чему она радуется.

— Раньше тебе никогда не доводилось носить новых, специально для тебя сшитых платьев, правда? — спросил он.

Продолжая улыбаться, Кэти гордо вскинула подбородок:

— С чего вы взяли? У меня были прекрасные платья, и бальные тоже, сшитые из настоящего шелка, украшенные кружевами и даже бриллиантами. К вашему сведению, я посещала все званые вечера в Сент-Джеймс-Корт!

— Представляю себе, — не удержался от ухмылки Итан, воображение которого нарисовало пышную бальную залу, полную блестящей знати, и разряженную в пух и прах Кэти, ловко обчищающую карманы ничего не подозревающих пэров Англии.

— Напрасно ухмыляетесь, — обиделась Кэти. — Вы можете мне не верить, но я пользовалась большой популярностью в лондонском свете!

— Милая, заруби себе на носу: если уж врешь, то старайся врать правдоподобно.

— Я не вру, истинный крест! У меня было никак не меньше полудюжины высокородных поклонников, которые сходили по мне с ума!