Аристократка - Вирджиния Спайс

К удивлению девушки, Лектур вдруг густо покраснел и в замешательстве взглянул на товарища.

– Поль был вместе со мной в Англии два года назад, – ответил за него Арман. – Но когда он увидел тебя в Данциге, то сначала не узнал. А потом ты назвала свое девичье имя, и все стало ясным.

Элиза почувствовала, как к ее щекам прилила кровь.

– Вот как? – промолвила она с легким напряжением. – Значит, мы уже не в первый раз встречаемся с месье Лектуром?

Лаваль незаметно сжал под столом ее руку. Элиза взглянула на него из-под опущенных ресниц и тут же отвела взгляд. Она и сама не понимала, почему это открытие привело ее в такое замешательство, и только досадовала, что не смогла скрыть своих чувств от мужчин.

– Жизнь – весьма непредсказуемая штука, – Арман откинулся на спинку стула и чуть прищурил свои голубые глаза, – и с этим ничего не поделаешь. Не сердись на нашего Поля, Элиза. Если бы ты только знала, как он восхищался тобой в те дни, то с легкостью простила бы ему эту небольшую оплошность.

Повернувшись к барону, Арман подмигнул другу, побуждая его высказаться.

– Это так, мадам, – откашлявшись, подтвердил Лектур. – Все мы прекрасно понимали, что остались целы лишь благодаря вашему заступничеству. Хотя и не заслуживали этого. Удивляюсь только, как я не узнал вас сразу. Но с тех пор произошло столько всяких событий.

– Вы ведь воевали в этой ужасной двухлетней войне! – воскликнула Элиза, обрадовавшись возможности сменить тему разговора. – И участвовали в сражениях! Боже, их же было так много! Я читала про некоторые в английских газетах.

– Ну, не так уж и много, – скромно возразил Лектур. – Считайте сами: Аустерлиц, Йена, Прейсиш-Эйлау, Фридланд. Вот, собственно, и все крупные баталии. Остальное – так, мелочь.

– Мелочь?! Лично я бы не назвала мелочью даже то, что произошло вчера. Подумать только, четыре крупных сражения за два года! Господа, да вам просто повезло, что вы умудрились остаться в живых! Но ведь, наверное, были и ранения?

– Не без этого, – усмехнулся Лаваль, в очередной раз, наполняя бокалы. – Но стоит ли о чем-то сокрушаться, если руки и ноги остались целы?

– А шрамы? – тихо спросила Элиза.

Арман взглянул на девушку таким откровенно дразнящим взглядом, что у нее учащенно забилось сердце.

– Ты сможешь увидеть их сама, если захочешь, – вкрадчиво прошептал он, протягивая ей бокал.

Его последние слова ужасно смутили Элизу, и она отвернулась в сторону, стараясь не выказать своей досады. Что он себе позволяет? Воспитанный человек не должен делать порядочной женщине столь откровенных намеков. Их недолгое знакомство в прошлом вовсе не дает ему оснований рассчитывать, что их отношения станут более близкими, чем дружеские. Но, похоже, Арман абсолютно не понимает этого. Как и того, насколько велика разница в их общественном положении. Слава богу, что в этой далекой стране она может не опасаться встретить кого-нибудь из своих лондонских знакомых, и никто не осудит ее за общение с выходцем из третьего сословия.

Как только подали десерт, Элиза извинилась и вышла на балкон. Увидев, что Арман тоже встает из-за стола, девушка почувствовала еще большую неловкость. Все выглядело так, будто она намеренно покинула комнату, чтобы Лаваль отправился за ней следом, и они могли остаться наедине. А между тем ей хотелось всего лишь немного побыть одной, чтобы привести в порядок свои мысли.

– Не возражаешь? – спросил Арман, доставая сигару.

– Нет, пожалуйста, – смущенно протянула Элиза. – Мне вовсе не мешает сигарный дым.

– Надеюсь, я и сам не помешал? – усмехнулся Лаваль. – Впрочем, теперь уже поздно об этом спрашивать.

Попыхивая в темноте сигарой, Арман краем глаза поглядывал на притихшую Элизу. Положив изящную руку на каменные перила, она с наслаждением вдыхала прохладный ночной воздух, напоенный ароматами сухих трав и цветов, обвивающих балкон. В своем нежно-розовом воздушном одеянии, с распущенными по плечам локонами, перевитыми розовыми бутонами, Элиза и сама напоминала Арману прелестный тропический цветок. Или прекрасную розу, у которой могли неожиданно оказаться колючие шипы.

Не в силах противиться своему влечению, Арман осторожно обнял девушку сзади за талию и прижался щекой к ее волосам, пахнущим нежными духами. Он почувствовал, как сразу участилось ее дыхание, стройное, гибкое тело напряглось под его ладонью. Желание ударило в голову Армана, подобно крепкому вину. Сдерживая страстный стон, он еще крепче прижал любимую к себе. Его руки помимо воли заскользили по гладкой ткани ее наряда и судорожно сжали налитые бутоны женской груди. Но вдруг она испуганно вздохнула и слегка подалась вперед, стараясь высвободиться из его объятий. Сердце Армана кольнула острая боль. И в то же время он поймал себя на мысли, что почему-то ждал именно такой реакции. Подавив вздох разочарования, он нехотя разжал руки. А затем отступил на пару шагов назад, словно желая оказаться подальше от соблазна.

Обернувшись, Элиза растерянно взглянула на Армана. Ее грудь все еще бурно вздымалась, губы были приоткрыты. В прекрасных темных глазах застыло легкое недоумение. Вопреки доводам рассудка, она чувствовала себя раздосадованной тем, что он так быстро отступил.

– Что случилось, дорогая моя? – прошептал Арман, беря ее за руку. – Я чем-то тебя напугал? Что-то сделал не так?

– Нет, нет, Арман, все в порядке. – От волнения и замешательства Элиза с трудом подбирала нужные слова. – Просто я… Наша встреча случилась так неожиданно.

– Продолжай, – с легким напряжением проговорил Арман, не выпуская ее руки. – Наша встреча случилась так неожиданно, что ты оказалась к ней не готова.

– Ради бога, Арман, перестань меня допрашивать! – сердито воскликнула Элиза. – Право же, ты нисколько не изменился за эти два года. Такой же дерзкий и самоуверенный. А между тем женщина – это не вражеская крепость, которую лучше всего брать с налета!

– Не думаю, что долгая осада может принести больше плодов, – натянуто рассмеявшись, парировал Арман. – Извини, Элиза, я просто выпил лишнего, – прошептал он, нежно целуя ее ладонь. Ее рука задрожала от прикосновения его губ, и Лаваль незаметно улыбнулся. Она хотела его так же сильно, как он ее, хотя все еще пыталась убедить себя в обратном. – Клянусь, что больше не буду приставать к тебе с разными глупостями. Пожалуйста, забудь. Завтра утром я приглашаю тебя на верховую прогулку по окрестностям Варшавы, – закончил он неожиданно бодрым тоном. – Только ты и я, и никого больше. Ну, как?

Все еще не в силах усмирить волнение, вызванное его объятиями, Элиза обеспокоенно посмотрела на Армана. Но на его лице уже не было и следа того странного выражения, что так напугало ее пару минут назад. Голубые глаза Лаваля смотрели ласково и чуть насмешливо, в уголках губ играла дразнящая улыбка. Внезапно взгляд Армана скользнул по лицу девушки, задержавшись на губах, и он так хищно облизнулся, что Элиза не выдержала и рассмеялась. На душе у нее снова стало легко и радостно. Улыбнувшись своей открытой улыбкой, она весело проговорила: