Его благородная невеста - Шелли Брэдли

– Да я ни единой вещи не соберу и никуда не поеду с тобой, пока ты не скажешь, куда хочешь меня везти! – Упрямо топнув ножкой по земляному полу хижины, Гвинет вызывающе посмотрела на мужа.

Арик помрачнел еще больше, выругался вполголоса, но ничего не ответил. Киран стоял в углу и с улыбкой смотрел на Гвинет. Он тоже ничего не объяснил ей.

Тухлые свиные объедки – вот кто они такие! Неудивительно, что двое таких упрямцев сошлись и подружились. Гвинет плюхнулась на единственный стул и демонстративно отвернулась от Арика и Кирана. Между прочим, сделать это было не так уж легко, если учесть, какого размера была хижина, в которой, кроме нее, находились еще двое здоровяков. Вперив взор в свои туфельки на невысоких каблуках, Гвинет нахмурилась. Туфли давно нуждались в починке.

– Куда это ты смотришь, Гвинет? – терпеливо спросил Арик, приближаясь к жене.

– На свои изношенные туфли, хотя тебя такие вещи, конечно же, не волнуют, – ответила Гвинет. – В конце концов, если ты не поделишься со мной своими планами и не расскажешь мне о своем настоящем доме, зачем тебе знать о таких пустяках?

Арик опять заскрежетал зубами. По-прежнему стоявший в углу Киран снова усмехнулся.

И все же Гвинет так и не поняла, что происходило в последние несколько дней. Точнее, ей стало ясно, что кто-то хочет, чтобы Арик вернулся в свою прежнюю жизнь. Но кто посылал за ним две недели назад? Киран? Лицо Арика было задумчивым, но он не сердился на своего друга, так что, заключила Гвинет, письмо написал кто-то другой. Но кому мог так отчаянно понадобиться Арик? И для чего?

Тяжело вздохнув, Арик опустился возле Гвинет на колени.

– Мы едем ко мне домой, это на севере Англии, – промолвил он. – Мне нужно поехать туда, чтобы дать указания младшему брату и помочь моему доброму другу Дрейку.

Столь «обширной» информации Гвинет от Арика еще не получала, но все равно ее было недостаточно, ведь она так толком ничего и не поняла.

– Твой дом как-то называется? – спросила она. – Это деревня?

– Гвинет… – Арик потянулся к жене, тряхнув своей светловолосой головой, словно силясь удержать тающее в нем терпение. – Это не имеет никакого значения. Прошу тебя, доверься мне и не задавай лишних вопросов. Ты не можешь остаться тут без меня, здесь небезопасно.

Гвинет отшатнулась, издав какой-то звук, не подобающий для леди.

– В прошлый раз, когда я тебе доверилась, меня против воли выдали замуж, – прошипела она, как кошка. – Нет уж, я останусь тут, мне так хочется. Если ты считаешь меня ничтожеством, которое недостойно знать название своего собственного нового дома, то пусть я ничтожеством и буду. И останусь тут в одиночестве!

Из угла раздался низкий смех Кирана.

– Против такой логики не поспоришь, друг мой, – проговорил Киран.

Поднявшись на ноги, Арик повернулся к нему.

– Ты даже не пытаешься помочь мне, – сказал он раздраженно.

– Да нет, напротив, – возразил Киран. – Я жду, что вы, как любящие супруги, договоритесь обо всем, и тогда мы сможем пуститься в путь этим же утром.

Не обратив внимания на его слова, Арик вновь повернулся к Гвинет:

– Черт возьми, женщина! Собирай свои вещи, или я сделаю это за тебя!

Этот самоуверенный болван полагает, что, засунув ее одежду в сумку, он заставит ее отправиться в неизвестное место? Арик и предположить не может, как сильно он заблуждается.

– Что ж, собирай, коли так, – отозвалась Гвинет. – Как только ты с этим покончишь, я отвезу вещи в Лондон. Надеюсь, мне удастся найти какого-нибудь джентльмена или рыцаря, который согласится помочь мне. – Это была пустая угроза, но Гвинет полагала, что она подействует на Арика.

Он окинул ее ледяным взором своих стальных глаз.

– Ни один лондонский хлыщ не прикоснется к тебе, не говоря уж о том, чтобы оказывать тебе какую-то там помощь, – процедил он сквозь зубы. – Ты дала мне брачные клятвы и пообещала повсюду следовать за мной. Или, может, ты уже позабыла о необходимости подчиняться мне?

Подчиняться? До чего же отвратительное слово! Хуже не придумаешь!

– Не думаешь же ты, что я сдержу клятву, данную под угрозой смерти, – вымолвила Гвинет.

– Под угрозой смерти? – послышался из угла удивленный голос Кирана. Он явно был шокирован словами Гвинет. Посмотрев на него, она увидела, что расслабленная поза уступила место напряженной стойке, а обычно приветливое выражение на лице сменилось мрачной гримасой. – Арик, да что, черт возьми…

– Потом, Киран, – перебил его Арик. – Потому что сейчас я намереваюсь объяснить Гвинет, что это не важно, при каких обстоятельствах она произнесла свои клятвы. Важно, что она это сделала. Свои клятвы я сдержу и буду ждать того же от нее.

Гвинет охватила ярость, отчего ее щеки залились краской. Да как он смеет разговаривать с ней таким тоном?! Как будто, выйдя за него замуж, она превратилась в его собственность! Он так обращается с ней, что она вот-вот заплачет! Если б он действительно заботился о ней, то этого бы не было.

– Да твое мужское достоинство сгниет и отвалится, прежде чем я уеду отсюда, так и не услышав правды! – бросила она гневно.