Выгодный брак - Джоанна Рид

— Сегодня ночью я тебя одну не оставлю.

Измученная Делла спорить не стала. Она позволила ему взять ее под руку и провести во флигель.

Когда они добрались до гостиной, Джон усадил Деллу в кресло и налил в стакан газированную воду. Она жадно выпила, но не смогла утолить жажду. Интересно, сколько времени внутри будет жить этот палящий жар? Голова прошла, и на том спасибо. Слава Богу, Джон прибыл вовремя, иначе…

Эта мысль заставила ее встрепенуться.

— Джон, что помогло тебе так быстро обнаружить нас?

— Жар, — ответил он.

— Что ты имеешь в виду?

— Я знал, что ты попала в беду. Точнее, чувствовал, — объяснил он. — А на пути к ферме вдобавок ощутил жар. Казалось, ты внутри меня и я испытываю то же, что и ты.

— Именно на это я и надеялась… Так и вышло. Но разве это возможно?

— Мне приходит в голову только одно объяснение… Ты действительно моя судьба. Мой рок.

— Рок? — эхом повторила ошеломленная Делла.

Джон подошел к столику, взял книжечку в кожаном переплете, напоминавшую дневник, и вынул оттуда желтоватый конверт из веленевой бумаги.

— Я хочу, чтобы ты кое-что прочитала.

Делла медленно встала с кресла.

— Что это?

— Когда моя бабушка Кэти поняла, что умирает, она написала письмо каждому из ее девятерых внуков и внучек. Это ее наследство нам всем. — Джон вынул из конверта помятый листок и протянул его Делле.

Она сделала глубокий вдох и начала читать.

Прочитав, Делла потрясенно уставилась на письмо. «Самоотверженно действуй ради другого»… Разве не этим занимался Джон с того самого дня, когда его нога ступила на землю Грин-Грейнджа?

Выходит, это правда?

— Если бы я могла познакомиться с ней… А письмо… такое прекрасное… такое необыкновенное…

— И правдивое. В нашей семье его называют Наследством Фаулеров. Тебе исполняется тридцать три… ты влюбляешься… и подвергаешься смертельной опасности.

— Влюбляешься? — У Деллы гулко забилось сердце. — Значит, ты влюблен?

Джон улыбнулся, и на его правой щеке образовалась ямочка.

— Боюсь, что так.

Боюсь?.. Он боится любить ее.

— Наследство Фаулеров, — повторила она. — Значит, до сих пор оно оказывалось правдой?

— Когда познакомишься с моей сестрой Морин, счастливой в браке, спроси ее. Или моих двоюродных Ивлина, Чармиан и Марка. Они все прошли испытание огнем, перед тем как соединиться со своими сужеными.

— Сужеными? Значит, мы с тобой суженые?

— А как иначе назвать то, что нас объединяет? Ах, Дили, я уже говорил тебе, что ни с кем не испытывал ничего подобного.

— Я попыталась выйти, но не смогла. Не зная, что делать, я сосредоточилась и подумала о тебе. Но очень боялась, что ты меня не услышишь.

— Я всегда услышу тебя, моя милая Дили. — Рука Джона легла на ее затылок.

Делла подняла взгляд и посмотрела ему в глаза. Они были близко. Так близко, что не было видно лица. Но это не имело значения, потому что он целовал ее.

Потеряв остатки сил, она качнулась к Джону. Стена, которой она окружила себя, рухнула. Она обняла Джона и прижалась к нему. На душе пело. Она ощущала тепло его тела, купалась в нем и хотела большего.

— Ты нужна мне, Дили, — пробормотал он, не отрываясь от ее губ.

Она застонала и прильнула к нему еще крепче.

Поцелуй Джона стал еще более страстным, его руки легли на ее бедра. Потом он стиснул ее ягодицы, прижал к себе и дал почувствовать всю силу своего желания.

Внутри Деллы заструилось влажное тепло, и она прижалась к Джону изо всех сил. Его сердце билось так сильно, как будто было одно на двоих. Сердце Деллы забилось ему в такт. Груди стали тяжелыми и заныли, требуя его прикосновения. Словно прочитав ее мысли, Джон поднял руку и коснулся упругой плоти. Делла слегка выгнулась, облегчая ему задачу, и почувствовала, что у нее подкосились ноги.

Джон подхватил ее на руки и отнес наверх в спальню.

Там он положил Деллу на широкую кровать и начал расстегивать ее брюки. Делла окаменела. Колено! После нападения Дастина его не видел никто, кроме хирургов, делавших операцию. Но в комнате царил полумрак. Может быть, Джон ничего не заметит, подумала она.

Он снял с нее туфли, спустил брюки ниже бедер и неторопливо стащил их, заставив Деллу почувствовать себя беззащитной. Но он продолжал целовать ее. Живот, ляжки… Колено. На мгновение он задержался, бережно погладил ее голень и начал ласкать и целовать тот самый шрам, который она изо всех сил старалась скрыть.

Боясь его жалости, Делла закусила губу.

Джон передвинулся выше. Вскоре Делла забыла страх и выгнулась дугой. Он целовал ее сквозь тонкие трусики. Потом схватил их зубами и потянул вниз, обнажая ее тело так медленно, что Делла едва не закричала.

— Дили, скажи, чего ты хочешь, — прошептал он.

Делла ответила ему негромким стоном.

Внезапно Джон подался вперед, почти лег на нее и раздвинул коленом ноги Делле; при этом его член прижался к ее бедру.

— По-моему, от этого нужно избавиться, — сказал он, одной рукой расстегивая ее блузку.

— Ты очень проницателен. — Она начала расстегивать его рубашку. — Прочитай мои мысли.

— Я хочу слышать слова.

Она заглянула в его глаза и подумала: «Возьми меня, Джон. Овладей мною. Люби меня».

Его глаза широко раскрылись, но он не произнес ни слова. Просто быстро закончил раздевать ее и разделся сам.

Обнаженная, беззащитная Делла отдалась своим ощущениям. Они начали изучать тела друг друга. Наконец Делла не выдержала, раздвинула ноги и подалась навстречу его рукам.

Он медленно ввел палец в ее горячее влажное лоно. Не в силах сдержаться, Делла стиснула его кольцом мышц.

— Чего ты хочешь, Дили?

— Хочу, чтобы ты вошел в меня.

Он раздвинул ей ноги, стараясь не задеть больное колено, вошел в нее и остановился.

Желание сводило Деллу с ума. Она приподняла бедра и задвигалась под ним. Потом положила ладони на его ягодицы и прижала к себе с такой силой, что не могла сказать, где кончается она и начинается он.

Она посмотрела на него. Глаза закрыты. Мышцы напряжены. Губы слегка раздвинуты.

Он тяжело дышал. И был готов.

Как и она сама. Она просунула руку между их телами и прикоснулась к его члену.

— Ах, Дили, что ты со мной делаешь, — простонал он.

Делла закрыла глаза и забыла обо всем на свете. Джон довел ее до экстаза. Тела любовников свело долгой судорогой, и они кончили одновременно.