Между адом и раем - Джоанна Рид

– Ну и не надо. Мне не нужны дети. Дети есть здесь, на Амазонке, где угодно. Но мне нужна ты. – В горле саднило, глаза жгло, он не мог ее переубедить. Сандра только тверже стояла на своем. Ричард поднял руки, сдаваясь. – Ладно, ты все решила. Что ж, води группы, иди куда хочешь. Я пойду с тобой, если смогу. Если нет – буду работать и ждать тебя. Это все неважно. В любой момент ты можешь прийти ко мне, как к себе домой. – Его горло сдавил такой комок, что он был не в силах произнести еще хоть слово.

– Я не могу быть полуженой, без детей, бывать у тебя наездами. Ты заслуживаешь большего, а я этого дать не могу. Я уезжаю в Китай и пришлю тебе открытку. Напишу, как прекрасно провожу время. Но будет ли это правдой? А ты вернешься в свою операционную, и я буду волноваться, что тебе некому помочь. И что еще хуже – просто не представляю, смогу ли теперь жить, так и не узнав, сидит ли во мне этот ген. – Плечи девушки задрожали от рыданий. Ричард привлек ее к своей груди и не отпускал, пока Сандра не успокоилась.

Немного погодя она улыбнулась, умылась и переодела свитер.

– Я хочу есть. Пойдем в гостиницу поужинаем. Мне надо поговорить с полковником Праджапати.

Мышцы на его груди напряглись.

– О чем?

– Я собираюсь спросить – нельзя ли мне присоединиться к его группе – они возвращаются в Катманду.

Ричард медленно кивнул, пытаясь понять и принять неизбежное. Да, она все равно уйдет. Ее не остановить.

– А у тебя еще дела. Кибо приведет тебя обратно. – Голос Сандры звучал обыденно, как будто речь шла о покупках в магазине на углу, а не о переходе через горный хребет.

В полном смятении, он с трудом держал себя в руках.

– А куда ты потом?

– В Китай. Про это было в письме, – сказала Сандра. И, не дожидаясь ответа, вышла.

Ричард быстро вскочил и догнал ее.

Молча они добрели до гостиницы. Душа у Мура разрывалась на части. Он всегда знал, что делать, даже когда решался вопрос о жизни и смерти. Но как поступить сейчас?

За ужином Мур даже не различал вкуса еды. Неподалеку от них кто-то играл на гималайской лютне, и мелодия сливалась с пением горного ветра. Сандра с неестественно яркими глазами – от слез или от возбуждения – и алыми щеками, сидела рядом. Он пытался запомнить ее лицо, хорошо понимая, что, возможно, никогда больше не увидит Сандру.

Ричард ждал в маленьком вестибюле, пока она говорила наверху с полковником. Когда Сандра спустилась по узкой лесенке, ответ он уже знал.

– Когда ты уходишь? – спросил он онемевшими губами.

– На рассвете. Как только откроется ресторанчик, я приду сюда. Не надо меня провожать.

В его груди заныло. Кажется, сейчас он на себе испытает, что такое сердечный удар.

Когда они возвращались по узким улочкам, Ричард сказал:

– Ты как-то говорила, что после походов все помнят только хорошее.

Сандра взглянула на него снизу вверх.

– И ты запомнил?

Он пожал плечами, боль в груди становилась нестерпимой.

– Конечно. Ведь все было так хорошо. Если тебе понадобится рекомендация...

– Спасибо, – кивнула она с вымученной улыбкой. – Я запомню.

Это были ее последние слова в тот вечер. Потом они с трудом добрели до маленького домика. Ноги Мура так отяжелели, словно он взбирался на Аннапурну, а сердце билось камнем в груди.

Он и не пытался заснуть. Сандра повернулась к нему спиной, а он все не мог поверить, что это их последняя ночь вместе. Нет, он не хочет, чтобы она была именно такой.

Не в силах вынести напряжения, он потянулся к Сандре и привлек к себе. Неровный вздох сорвался с ее губ, и в изнеможении она прильнула к нему. Их сердца бились в едином ритме. Так и пролежали они, без слов, не разжимая объятий до самой зари.

А на рассвете она быстро оделась, встала в дверях и на прощание махнула рукой.

Ричард привалился к стене и скрестил на груди руки.

– Пошли мне открытку из Китая.

Она кивнула.

– «Хорошо провожу время. Как жаль, что тебя нет рядом».

Повернулась и ушла.

Ушла из его жизни.