Очаровательная должница - Эва Киншоу

— Нет… — нерешительно произнесла Летиция. — Но сейчас мы можем позволить себе нанять помощника, чтобы я могла… Ну, ты понимаешь…

— Выполнять супружеский долг? — уточнила Элис, и обе рассмеялись. Потом подруга серьезно спросила: — Энтони не возражает против того, чтобы ты работала?

— Энтони — реалист, он понимает, что я просто свихнусь без дела, и понимает… — Летиция оглянулась по сторонам, — насколько все это важно для меня. Но мне придется ездить с ним, а иногда я узнаю об этом за полчаса до отлета.

— Да, верно, — согласилась Элис, но вид у нее был скептический.

— Что такое? — спросила Летиция.

Однако подруга пожала плечами и отказалась отвечать, заявив, что это сущие пустяки. Летиция расстроенно посмотрела на нее.

— Энтони предложил купить долю в нашей компании и поставить своего менеджера. Что бы ты сказала на это?

— Если ты уйдешь…

— Я все равно останусь модельером, — прервала ее Летиция.

— Неважно. Если ты перестанешь быть моим партнером, какая разница, кто займет твое место, лишь бы, как говорится, человек был хороший… Почему бы и не Энтони?

— Гмм, — только и произнесла Летиция.

— Ты не рада? Но он все же твой муж! — заметила Элис.

— Знаю, — медленно сказала она, — но сначала попробую сделать по-своему.

Их встреча говорила сама за себя.

Энтони вернулся в пятницу. Летиция специально надела то самое светло-розовое платье, в котором муж впервые увидел ее. О чем он и сообщил ей, расстегивая платье.

— Я помню, — улыбнулась Летиция, глядя на Энтони, который неторопливо возился с пуговицами. — Ты еще так смотрел, будто никакого платья на мне нет.

Энтони бросил на нее веселый взгляд и не стал ничего отрицать. Только добавил, что тогда же Летиция впервые посмотрела на него сверху вниз.

— Неужели ты поступил бы иначе, оказавшись на моем месте? — возразила она.

Энтони не спеша стянул платье с плеч жены.

— Я думаю, что ты должна проявить снисходительность по отношению к своему бедному муженьку. С другой стороны, я очень даже «за», если ты обрушишь все свое высокомерие и надменность на любого другого мужчину, который вздумает так смотреть на тебя сейчас.

Летиция подняла руки, сцепив их над головой. И Энтони залюбовался ее обнаженным телом.

— Так, я все понял, — сказал он серьезно.

— Что же ты понял? — спросила Летиция, в ее глазах загорелся лукавый огонек.

— Что меня заставят заплатить за мои откровения. Ты, видно, хочешь свести меня с ума, — прошептал Энтони.

— Что-то близкое к тому, — согласилась она.

Затем отвернулась от мужа, подошла к кровати и легла. Летиция расправила волосы и посмотрела на Энтони с вызовом в синих глазах.

Он сел рядом, однако не коснулся жены. Летиция состроила гримасу, затем, приподняв бедра, стянула с себя кружевные трусики и отбросила их подальше.

Энтони положил руку ей на живот. Потом его пальцы скользнули ниже.

— И хотя в тот день я вел себя довольно… вызывающе, я был абсолютно прав, — еле слышно проговорил он. — Насчет совершенства твоего тела, скрытого под светло-розовым платьем.

— Об этом ничего сказать не могу, — промурлыкала Летиция. — Но даже если и так, сейчас не время предаваться воспоминаниям, ведь ты тоже сводишь меня с ума, дорогой.

Вопрос о покупке Энтони доли в бизнесе Летиции и Элис всплыл лишь через несколько дней.

Летиция показала мужу квартиры, которые осмотрела в его отсутствие, и очень обрадовалась, когда он выбрал ту, которая больше всего нравилась ей самой, — у самого океана, с садиком на крыше. К изумлению Летиции, Энтони немедленно купил квартиру и поручил жене сделать в ней все по своему усмотрению. Пентхаус продали с мебелью, как Энтони его и купил, за исключением коллекции произведений живописи. А Агнесса и Джей решили приобрести квартирку Летиции.

— А в каком стиле мне оформить наше новое жилье?

Энтони подумал минуту.

— Мне нравится эта комната. — Он обвел рукой гостиную пентхауса. — Но в принципе поступай как знаешь. Только найди подходящее место для моей картины.

Энтони имел в виду пейзаж с одиноким всадником, который Летиция подарила ему на свадьбу. Картина ему очень понравилась. А он преподнес жене бриллиантовое ожерелье. Впервые увидев его, Летиция пришла в восторг…

— Ладно. Впереди нас ждет много хлопот, — сказала она.

Они перекусывали в пентхаусе после концерта — пили чай с бутербродами.

— Ты думала про мое предложение насчет твоей фирмы? — поинтересовался Энтони.

— Да. Но у меня есть другая мысль. — И Летиция поделилась ею с мужем.

Тот молчал некоторое время, уставившись в пространство и поигрывая чайной ложкой. Затем пожал плечами.

— Поступай как знаешь.

— Ты только что сказал эту же фразу, когда речь шла об оформлении нашей новой квартиры. Откуда у меня чувство, что ты чем-то недоволен? Или у меня воображение разыгралось?

Энтони посмотрел на нахмуренное лицо жены.

— Раз уж ты не можешь отказаться от всего этого, значит, не можешь — спокойно произнес он.

— А ты способен отказаться от «Симмонс Пасифик»?

Энтони помолчал, прежде чем сказать:

— Нет, не могу. Но мне-то ведь не приходится совмещать две работы.

— Если так это описать, то я вполне способна работать на двух работах, — медленно произнесла Летиция, и по ее спине пробежал противный холодок.

— Тогда у нас никаких проблем, миссис Симмонс. — Энтони откинулся на спинку кресла, не отрывая глаз от жены. — Почему бы тебе не сесть рядом со мной? Я бы придумал для твоей основной работы какое-нибудь другое название.

Летиция поколебалась, ее губы скривились.

— Мне уже подыскали для нее название.

— Да? — Энтони удивленно поднял брови. — Какое же? И кто именно?

— Элис. Она говорила об «исполнении супружеского долга».

— Что ж, — рассмеялся Энтони, — неплохое название. Ты действительно рассматриваешь это как долг, дорогая?

Летиция поднялась, сбросила обувь и села на колени мужу.

— Не совсем. — Она наморщила нос. — Я бы сказала, что это весьма приятное и захватывающее времяпрепровождение.

— Насчет приятного — это да. Но захватывающее… — Энтони сделал паузу. Летиция положила голову на плечо мужа и не видела его глаз. — Захватывающее потому, что я не всегда знаю, о чем ты на самом деле думаешь.

— То же самое я могу сказать о тебе, — рассмеялась Летиция. — Хотя всегда считала, что я для тебя открытая книга. Разве нет?