Восход над океаном - Китти Лонг

В памяти Алрики всплыли события вчерашнего дня, вечера, а главное — ночи. Она посмотрела в лицо Барта. На нем читалась такая нежность, что она чуть не расплакалась от счастья. Неужели все это — правда?

— Доброе утро, милая, — поприветствовал ее Барт, ставя поднос на кровать рядом с Алрикой.

— Доброе утро. Ой, Барт, как здорово! — Она с благодарностью приняла чашку своего любимого кофе со сливками.

— Мальчишки давно проснулись, позавтракали, Молли я отпустил, потому что сегодня воскресенье и я вполне могу с ними побыть, она только приготовила еду на день, — сообщил Барт.

— Как — отпустил Молли? — испугалась Алрика. — Барт, ты что? Ты же не знаешь, во сколько их кормить и чем, какие витамины давать, когда и во что переодевать и где что лежит, что им можно и нельзя… А если они начнут капризничать, реветь и звать маму и няню?

— Утешить я их всегда сумею. А насчет остального — Молли оставила мне подробнейшие инструкции.

— Но ведь дети — это же не пульт от телевизора. Их не изучишь по бумажке, — запротестовала она.

— Не волнуйся, дорогая. Я справлюсь, — заверил ее Барт.

Что ж, может, оно и к лучшему, подумала Алрика. За один день он больших бед не натворит, зато это будет хорошая проверка Барта на прочность и серьезность намерений. Он лишний раз убедится, что без нее не обойдется, и заодно поймет, готов ли он терпеть неудобства, связанные с наличием в доме малышей, и настолько ли сильна его любовь к ним.

— Хорошо, — согласилась она. — Но помни, что я доверяю тебе самое дорогое.

Этот рабочий день для Алрики стал нелегким испытанием. Она совершенно не могла отвлечься от мыслей о том, как дела у Барта и детей, и предпринимала над собой героические усилия, чтобы звонить им не чаще, чем раз в час.

Мэри с удивлением отмечала, что взгляд начальницы совершенно стеклянный и она только делает вид, что слушает отчет.

— Алрика, с вами все в порядке? — участливо поинтересовалась она.

— Что? А… Да-да, извини, Мэри, я немного задумалась, — спохватилась Алрика. — Просто мне надо сделать один звонок… — И она в сотый раз помчалась к телефону.

Впрочем, как оказалось, беспокоилась она совершенно напрасно. Вернувшись домой, она застала довольных и счастливых детей, оседлавших Барта и катающихся у него на закорках.

— Нно, лошадка! — кричали Томми и Сэмми.

Барт издавал великолепное ржание, подпрыгивал, «бил копытом» и скакал вокруг дома, придерживая детей за спиной, чтобы они не свалились.

Алрика остановилась у калитки и с улыбкой умиления наблюдала за этой картиной.

— Мама, мама, скорее к нам! Мы ездим на лошади! — крикнул Том.

— Хочешь, Барт и тебя покатает? — великодушно предложил Сэмми, которого учили, что женщинам надо уступать место.

— Спасибо, я как-нибудь на своих двоих, — улыбнулась она. — Вы обедали?

— Так точно, мэм! — шутовски отчитался Барт. — Каша съедена, витамины выпиты, днем немного поспали, теперь готовимся к родео!

— Только не говори маме, что я ревел! — громким шепотом сказал Сэм на ухо Барту.

— Конечно, мы же договорились, — подмигнул Барт.

— Да? А что случилось? — встревожилась Алрика. — Сэмми! Я все слышала. Ну-ка рассказывай.

— Мы немного поссорились с Томми, — со вздохом признался Сэм. — Из-за того, кто первый будет кататься. Но мы уже помирились, Барт сказал, что покатает обоих.

Дети слезли со спины Барта и, радостно повиснув на руках Алрики, потащили ее в дом. Барт шел рядом с ними. Все трое наперебой рассказывали, как весело и здорово провели день.

— И ты знаешь, Рики, они меня научили такой классной игре! — поделился Барт. — Надо будет непременно попробовать поиграть в нее всем вместе.

Что происходит на свете? Алрика смотрела на трех мужчин — одного взрослого и двух маленьких, которым было так здорово и весело друг с другом и которые так радовались ее возвращению с работы. И не верила своим глазам.

Неужели у Барта действительно проснулись серьезные отцовские чувства? И неужели у него снова проснулись чувства к своей жене?