Долгий путь от любви до любви - Александра Плен

– Софи, – шептал Роберт хрипло, одной рукой поддерживая за спину, другой лаская грудь, – какая ты страстная!

«Я страстная? – удивленно мелькнуло в голове. – Нужно будет сказать Лили, вот она посмеется». Мысль тут же пропала, сгорев в неистовом пламени. Я обняла его за шею, притянула к себе, прижимаясь сильнее. Сердце грохотало так, словно собиралось вырваться на волю. Роберт расставил мои ноги в стороны и с силой прижал меня к себе, дав почувствовать ноющим лоном каменное возбуждение. Почти ничего не соображая, трясущимися руками начал расстегивать пуговки сзади на платье и стягивать его с плеч. Мой разум оглох, ослеп и онемел. Еще немного и назад бы дороги уже не было. И вдруг я услышала отдаленный, словно идущий из ниоткуда, напряженный голос Стефана.

– Что здесь происходит?!

* * *

По телу Роберта прошла крупная дрожь, и он выпрямился, словно очнувшись ото сна. Несколько секунд мы непонимающе смотрели друг другу в глаза. Вначале он как будто неосознанно дернулся прикрыть меня собой, но порыв через мгновенье бесследно пропал. Я видела, как уходит из его глаз страсть, как они наполняются злорадством и решимостью. Засунув руки в карманы, он демонстративно отошел в сторону, открыв на обозрение публике мою полуобнаженную фигуру. Я сидела на столе, с бесстыдно расставленными ногами, и ошалело обводила взглядом беседку. В голове и в мыслях царил хаос.

Я смотрела на Стефана и не узнавала его. Я не узнавала женщин, стоящих вдалеке и презрительно перешептывающихся. Я не узнавала себя, сидящую с почти обнаженной грудью и задранным до бедер платьем. Я не узнавала Роберта, явно сделавшего все это нарочно.

Я оказалась совершенно не готова к острой, раздирающей внутренности боли. Я была так раздавлена и оглушена, что некоторое время не понимала, где я и что со мной происходит.

– Софи, милая, – голос Стефана вывел меня из ступора, – с тобой все хорошо? Я получил записку…

Он подошел ко мне, обнял одной рукой за талию, приподнял и помог слезть со стола. Я обессиленно прислонилась к его груди. Ноги подгибались, отказываясь держать. Тело вдруг заледенело, мерзкий холодный пот стекал ручейками по спине. Изо всех сил стараясь не расплакаться, я попыталась собрать воедино рассыпавшееся на глазах достоинство. Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула и подняла голову. Справа стоят четыре женщины во главе с леди Торншир и леди Кимберли, главными сплетницами Лондона. Слева – Роберт. Широко расставив ноги, засунув руки в карманы, с наглым ухмыляющимся лицом. Рядом – Стефан. Лицо выражает сочувствие, жалость и некоторое недоумение. Я еще раз вздохнула, задрала подбородок и надменно прищурила глаза. Нужно доиграть пьесу до конца.

– Милый, – хрипловато произнесла я, – со мной все хорошо. Немного прическа растрепалась.

Я вытащила последние шпильки и тряхнула головой. Густая масса волос рассыпалась по плечам, укрыла грудь, окутала шелковым покрывалом спину. Я ласково улыбнулась Стефану и прильнула к его груди.

Ревность – обоюдоострое оружие. Написали записку, мистер Вайтер? Хотели показать Стефану, как низко пала его любовница? Пригласили на представление зрителей? Получайте! Я нежно обняла Стефана за шею и привлекла к себе. Наши губы слились в страстном поцелуе. Я никогда раньше не целовала юношу. Молодой человек был немного ошарашен, но подыграл мне.

Сзади донесся странный полузадушенный то ли рык, то ли хрип.

– Ах, вы еще здесь? – обернувшись, я смерила Роберта насмешливым взглядом. – Извините меня. Я просто сравнивала. Вы оказались не на высоте.

– Леди, – обратилась я к кучке женщин, – представление окончено. Вам пора спешить в зал и рассказать обо всем, что здесь видели, а то новость может устареть или вас кто-нибудь опередит…

Дамы зашептались и поспешили удалиться. Мы остались втроем. Я уже в достаточной мере овладела своим лицом, чтобы развернуться к Роберту и холодно произнести:

– Долго разрабатывали план? Обдумывали стратегию? Зря. Могли бы так не стараться, мистер Вайтер. Мою репутацию сложно испортить.

И добавила спокойно:

– Невозможно испортить то, чего нет.

– Поедем домой, дорогой? – обернулась к Стефану и ласково взяла его под руку. – Этот вечер безмерно утомил меня.

Мы прошли мимо застывшего изваянием Роберта, вышли из беседки и только направились по главной аллее к выходу из парка, как нам в спину долетело презрительное:

– Вы выбрали себе трусливого любовника, герцогиня.

Стефан вздрогнул. Я предостерегающе сжала его кисть, но не успела. Молодой человек резко остановился и обернулся.

– Вы негодяй, сэр! – пылко воскликнул он. – Вы подговорили лондонских сплетниц, передали им и мне записки, чтобы мы были в назначенное время около дальней беседки. Вы все подстроили специально!

– Да, – согласно кивнул Роберт, ухмыляясь, – я негодяй и подлец. И все подстроил.

– Утром к вам заедут мои секунданты.

Я застонала «Не нужно!», но было поздно.

– Ну, наконец-то, – насмешливо произнес Роберт, – а я уже и не чаял услышать это от вас. Я буду ждать их с нетерпением, лорд Сеймур.

– Стефан, – произнесла я обеспокоенно, заглядывая в глаза юноши, – какие секунданты?! Ничего страшного не произошло. Моя репутация переживала и не такое.

– Ваша светлость, – продолжал насмехаться Роберт, – дайте мальчику поступить по-мужски.

– Вы считаете, драться на дуэли – по-мужски? Умереть – по-мужски?! – прошипела, гневно сверкая глазами.

– Вы совсем не верите в удачу вашего любовника? – поддел меня Роберт. – Возможно, это я погибну от его руки.

– Вряд ли нам так повезет, – бросила я резко и тут же мысленно одернула себя. Неделю назад радовалась, что Роберт жив, что я не виновата в его смерти, а сегодня желаю обратного? Я опять обратилась к Стефану.

– Дорогой, он же никто. Плебей, выскочка, – краем глаза я заметила, как ладони Роберта сжались в кулаки. – Ты аристократ, потомок древнего знаменитого рода. Негоже тебе бросать вызов какому-то простолюдину.

Я буду использовать любые методы, даже самые низкие, чтобы не допустить этой дуэли. Я знала, что Стефан совершенно не умел ни стрелять, ни драться на шпагах. Он не выносил насилие в любой форме. Однажды Стефан мне рассказывал, что после того, как отец взял его с собой на охоту в двенадцать лет, он больше никогда в жизни ни ел мяса. Так напугал его вид убитого оленя.

– Софи, – сухо одернул меня Стефан, – мистер Вайтер тебя оскорбил. Я этого так не оставлю.

– В Англии запрещены дуэли. Я найду способ помешать вам! – воскликнула я расстроенно.

– Ваша светлость, – издевательским тоном заявил Роберт, – есть много способов обойти закон. Ваш любовник не сможет всю жизнь прятаться за вашей юбкой.

Разговор давно перестал быть конструктивным и превратился в балаган. Еще немного и я опущусь до уровня этого негодяя и начну выкрикивать оскорбления или наброшусь с кулаками.