Голубой Маврикий - Жорж Кулецкий

«…Из моего окна на мансарде я вижу, кто приезжает на виллу, вижу, каких лошадей выводят на прогулку, как для важных гостей накрывают на газоне под пальмой стол с какой-то едой, чтобы можно было освежиться после скачки. Надо сказать, что архитектор, планировавший дом и участок перед ним, все сделал так, как он сделал бы это в Англии, в лучших традициях. Наверное, в Англии это было бы какое-то другое дерево, может быть дуб, но в здешнем климате лучше всего держатся пальмы, которые порой противостоят даже урагану.

…Рядом с пальмой лежит огромная каменная черепаха, как символ вечности и незыблемости. Доставили ее четверо креолов, столь тяжела оказалась эта глыба. Они напрягались изо всех сил, стараясь ее пододвинуть так, чтобы не повредить газон. Увы, они хотя и силачи, но наши матросики приспособили бы блоки, тали и эта шестипудовая черепаха у них бы летала…

Первым поводом для осмотра окрестностей острова был выход на лодке с местными рыбаками к тому месту, где единственный раз в истории французский флот нанес поражение англичанам. Было это во времена Буонапарта, но остатки от того сражения можно было найти близ Гран Порт.

Проход к Гранд Порт возможен только с помощью опытного лоцмана в подобающую погоду и при условии разметки фарватера с помощью соответствующих вешек и знаков. Во время сражения в августе 1810 года английский флот был введен в заблуждение отсутствием знаков и оказался в ловушке, приготовленной французами. Осмотр остатков английских кораблей показал, что они так и не смогли проявить своих боевых качеств…»

В Париже, в аэропорту Шарля де Голля, сразу после приземления Игнат включил свой мобильный телефон. И почти сразу зазвучал Моцарт.

– Валечка, любимая… – радостно вопил Игнат. – Поставили стол… Что?.. Нет, я новый телефон купил. С супербатарейкой… Как прощай? Не надо так! Ведь мы же давно решили…

«Игнат, я зашла в ЗАГС, но они говорят, что твое присутствие обязательно», – говорила мягким голосом Валентина.

– Конечно, буду, – без малейшего замешательства рявкнул в трубку Игнат.

«Нет, ты не понял. Они даже заявление на регистрацию не хотят принимать в твое отсутствие».

– Валечка, дорогая, – гудел Игнат, – скажи этим черствым людям, что я вот-вот вернусь и…

«И никакой импровизации в твоем стиле, – моментально включилась Валентина, не раз гасившая «пожары» после горячих заявлений своего без двух минут мужа. – Мы будем говорить с ними ласково».

– Конечно. А я по-другому и не умею, – с готовностью заявил Игнат.

И тут супербатарейка действительно села. Игнат едва не зарыдал и готов был шваркнуть свой телефон об пол. К счастью, он быстро сообразил, что делать, и схватил мобильник Василия.

– Валечка, дорогая, – застонал Игнат, – я понесу тебя на руках.

«Очень хорошо. Мы будем расписываться со свидетелями. Кто будет с твоей стороны?» – все-таки Валентина была практичной женщиной.

– Василий будет нас снимать… Есть тут еще симпатичный парнишка, Филипп…Он уже прошел проверку. Компьютерщик. Вполне подходящий, мог бы стать одним из наших, но мама поспешила его родить. Так что он – переросток. Дорогая, – разошелся Игнат, войдя во вкус предстоящего значительного события в жизни, – скажи этим людям, что завтра лично засвидетельствую свое почтение к этому заведению. Ты же знаешь, чем это может завершиться.

«Я попробую… А ты знаешь, чем это завершится?»

– Чем?

«Долгим поцелуем с задержкой дыхания на три минуты».

– Валечка, я потренируюсь, – с энтузиазмом пообещал Игнат.

«Я тебе потренируюсь».

– Я в смысле дыхания, а совсем не в том, о чем ты подумала.

«Вот я о нем и подумала».

Валя знала, что Игнат может задержать дыхание и на пять минут, если потренируется немного, а сама она держала дыхание только три с половиной минуты. Так что поцелуй на пять минут в ее планы не входил.

Разобравшись с любовью, Игнат опять целиком принадлежал друзьям. Совместно они быстро выработали план действий, в котором основная роль уже принадлежала Василию. Благо у него, как у фотографа модных журналов, в паспорте стояла шенгенская многократная виза, которая теперь открывает въезд и в нейтральную Швейцарию. Подошли к стойке транзита, переговорили с симпатичной девушкой, продемонстрировали, что у пассажира не было с собой багажа, только ручная кладь, а потому спокойно можно делать изменение его маршрута.

Ну, что делать, случается так в жизни, когда оказывается, что нужно срочно по делам большого бизнеса лететь не в Россию, а в Швейцарию – в Цюрих или в Женеву. Им опять повезло – через два часа был рейс на Женеву. И место нашлось, только плати…

Оставшихся на карте денег хватило с запасом и на билет, и на гостиницу. На кредитку Василия, оказывается, за время их отсутствия что-то «капнуло» из журналов.

Тут же позвонили в Москву Каталкину, который порадовался за друзей и предложил перезвонить ему через десять минут, – ему надо было созвониться со своими коллегами в Шереметьево, чтобы обеспечить безопасность «экипажа».

– Ну, Васька, на тебя все надежды, – хлопнув друга по плечу, попрощался Игнат. Правда, скупой мужской слезы при расставании не было.

– Василий, там везде есть интернет-кафе, пиши латинскими буквами, я разберу, – деловито предложил Филипп. – Чем сможем – поможем.

– Да, ты там банк выбирай посолиднее, какой-нибудь с колоннами при входе и с хорошими охранниками, – добавил свою рекомендацию Игнат.

Правильно какой-то английский философ еще в восемнадцатом веке написал, что предусмотрительность – мать безопасности.

«Проход к Гранд Порт возможен только с помощью опытного лоцмана в подобающую погоду и при условии разметки фарватера с помощью соответствующих вешек и знаков. Во время сражения в августе 1810 года английский флот был введен в заблуждение отсутствием знаков и оказался в ловушке, приготовленной французами. Осмотр остатков английских кораблей показал, что они так и не смогли проявить своих боевых качеств…

Хотя французы утратили контроль над Маврикием в 1810 году, спустя десять лет они организовали на остров две тайные экспедиции, которые имели целью найти что-то на западном берегу. Нашли они клад или нет, так и осталось неизвестным, но только английский губернатор после этого озадачился организацией патрулирования берегов.

…История моего верного слуги и проста и поучительна.

Его отец был беглым рабом, потом – пиратом, лучше сказать не пиратом, а матросом у самого знаменитого французского корсара Сюркуфа. Они перехватывали английские корабли и грабили. Разница была только в том, что они не пытали захваченных пассажиров, не убивали капитана, который отдавал шпагу победителю.

Он рассказал мне об их тактике: они шли на легком судне, маневренном и скоростном. Налетали на вражеский корабль нагло, уступая в численности, может быть даже в оружии, но побеждали за счет именно внезапности и какой-то ярости, если встречали сопротивление экипажа.