Свадьба леди Клайв - Наталья Мустафина

Седрик разразился заразительным смехом, не выдержав, Бренда тоже рассмеялась. Оскорбленная кузина настойчиво пояснила:

– Нужно примерить платье.

– О! – дружно выдохнула счастливая пара.

Весь оставшийся вечер Седрик почти не сводил горящий взгляд с лица своей невесты, в ответ глаза той открыто светились любовью переполнявшей ее душу. Оба даже не замечали, с каким интересом все наблюдают за ними. Единственный, кто был не совсем доволен происходящим, конечно, была Кэтрин, ей бы хотелось, чтобы Седрик смотрел на Бренду точно также как и девушка, а то, что замечала она, совсем не соответствовало тому что рисовало ее пылкое воображение, по ее мнению получалось, что не жених, а невеста ухаживает за ним. Все же остальные были довольны и счастливы, казалось, сам воздух в замке пропитан радостью и весельем, со всех сторон слышались шутки и смех, невозможно было представить, что что-то может нарушить и изменить безоблачную идилию.

За две недели до назначенного дня свадьбы в замок совсем нежданно прибыл гонец. Увидев Уэйкфилда, Седрик остолбенел, он был настолько искренне поражен, что в течение нескольких минут просто ошалело молчал не в состоянии даже ответить на приветствие.

– Похоже, у меня уже вошло в привычку появляться, чтобы приносить дурные известия.

Седрик стоял, прислонившись спиной к стене, уперев руки в бока, не отрывая взгляда от глаз прибывшего с совершенно каменным лицом. Откачнувшись всем телом от стены, медленно прошел к столу и присел, жестом руки предложив гостю сделать тоже, улыбнувшись одними губами, процедил сквозь зубы:

– Неужели думаешь, что для меня еще существуют известия, связанные с бывшим домом, которые могут меня хоть как-то тронуть?

Прибывший раздосадовано громко вздохнул, присев за стол, поднял на собеседника глаза, наполненные скорбью и болью:

– Это тебе решать, как поступишь. А я не мог пренебречь просьбой умирающего.

Едва заметно вздрогнув, Седрик слегка изменился в лице:

– И кто же на этот раз умирает?

– Уилл.

Седрик резко наклонил голову вниз не желая, чтобы собеседник заметил тревогу в его глазах, кулаки его рук лежавшие на коленях судорожно сжались, медленно подняв лицо, ставшее непроницаемым, с немым вопросом уставился на гостя.

– Уилл тяжело ранен и просит тебя приехать, хочет попрощаться перед смертью.

Абсолютно безучастным голосом Седрик поинтересовался:

– Когда же интересно знать в нем проснулись братские чувства?

Осуждающе покачивая головой, Уэйкфилд терпеливо пояснил:

– Перед смертью большинство людей видят свою жизнь совершенно другими глазами.

– Как это произошло?

Вопрос был задан уже другим, в очередной раз изменившимся голосом, в котором как он не пытался скрыть, все же отчетливо звучали нотки, выдающие внутренние переживания. Во взгляде рыцаря промелькнула слабая надежда, не в силах справиться с напряжением, дрогнувшим голосом, бросил в ответ лишь одно слово:

– Турнир.

Болезненная гримаса исказила лицо Седрика, в памяти тут же всплыла недавно брошенная Ричардом реплика, растягивая слова, задумчиво озвучил вслух:

– Страсть к турнирам оказалась для него роковой.

И вдруг неожиданная догадка пронзила мозг, глядя в упор немигающим взглядом, жестким голосом поинтересовался:

– С какой целью он отправился на турнир?

В том, что рыцарь решил принять участие в турнире, естественно, не только не было ничего предосудительного и странного, напротив считалось делом достойным и почетным, но они оба прекрасно понимали, о чем именно сейчас идет речь. Лицо Уэйкфилда побледнело, не выдержав ледяного взгляда собеседника, виновато опустил глаза, тяжело вздохнув, честно признался:

– Он был уверен, что встретиться там с тобой.

Убедившись в своей догадке, Седрик презрительно поморщился:

– Действительно трогательная братская любовь. Насколько я понимаю, он сейчас не в состоянии поднять меч, зачем тогда я ему понадобился?

Хмурясь, рыцарь нервно покусывал нижнюю губу, мучительно подыскивая слова способные убедить Седрика, упрямо качнув головой, поднял глаза, полные мольбы, убежденно просветил:

– Прошу, не спрашивай меня ни о чем, это не моя тайна, я поклялся хранить все до гробовой доски. Одно могу сказать точно, для тебя это гораздо важней, чем теперь для самого Уилла.

Насмешливо глядя в упор, Седрик сосредоточенно размышлял, согласно качнув головой, задал новый вопрос:

– Как ты нашел меня?

– Я был в Андели.

Оживившись, Седрик резко вскинул голову, лихорадочно соображая, если принц вернулся в свой замок так быстро, то очевидно, родственная встреча закончилась очередным конфликтом.

– Ричард уже в Андели, ты видел его?

Рыцарь хмурясь утвердительно кивнул.

– Он был страшно недоволен, что разыскиваю тебя, уверен, ему нетерпелось убить меня на месте, пришлось приложить все силы, чтобы убедить, что ты имеешь право хотя бы знать о случившемся.

Представив себе эту картину, Седрик грустно улыбнулся, растроганно подумав, что Ричард в очередной раз пытался проявить заботу о нем.

Бренда смотрела на жениха, никак не понимая его странной реакции, но внутренне чувствовала, он испытывает сейчас сильные страдания, хотя внешне и пытается сохранить невозмутимое спокойствие. Словно почувствовав ее пристальный взгляд, Седрик перевел на нее глаза, встретившись с полными сочувствия глазами невесты, распорядился:

– Пусть позаботятся о сэре Уэйкфилде.

Поднявшись слишком поспешно направился к выходу, с ожиданием продолжая глядеть в его сторону и видя, что тот уже приблизился к двери и вот-вот выйдет, прибывший, не выдержав, нетерпеливо потребовал:

– Что ты решил?

Замерев на месте, не поворачивая головы, Седрик ответил:

– Пока еще ничего, отвечу чуть позже.

Отдав необходимые распоряжения и переложив заботу о госте на плечи кузины, Бренда поспешила разыскать жениха. Он сидел в саду на небольшом валуне под раскидистым дубом. Приблизившись сзади, робко положила слегка дрожащую ладонь на его плечо.

– Тебе сейчас очень плохо. Но ведь твой брат еще жив, а значит, хоть и слабая, но еще есть надежда.

Седрик не поворачивая головы, слегка склонил, немного приподняв плечо, нежно прижал ладонь девушки.

– Милая, успокойся, поверь здесь совсем не тот случай, просто я был твердо уверен, мое прошлое больше никогда не напомнит о себе. Я уже почти забыл, что у меня есть брат, вернее думал, что забыл, а сейчас понял, это не так.

Подобное заявление казалось совсем странным как можно забыть, что есть брат, как много оказывается, она о нем не знает, и ведь он даже никогда не упоминал о существовании Уилла, неужели для него так легко и просто вычеркнуть из сердца родного человека?