В плену - Юлия Динэра

– Ты обронила телефон. – Он протягивает мне мой мобильник, я сначала сверлю его взглядом, а затем резко выхватываю его.

– Спасибо. – Я говорю это сквозь зубы, как бы давая понять, что это совсем не то, что я хотела бы произнести.

Он ехидно улыбается, потирая указательным пальцем нос.

– Мне следовало раньше заняться Малышкой. Я не понимаю, зачем я терял с тобой время. Снова смешок.

«Раньше заняться Малышкой»? И что это значит? Я знаю, что Малышкой называют Янку, не понятно, правда, почему. Но что, черт возьми, это значит? Я слишком плоха для такого индюка, как он? Да, может, я не похожа на идеал его красоты, я не похожа на свою подругу. И разве не было это ясно с самого начала? Я всегда была в тени красотки Яны, парни обращали на меня внимание, но не так часто, как на нее. У меня нет белокурых пышных волос, у меня нет роскошной груди. Но я устала быть в этой тени. Что со мной не так? Никто никогда не позволял себе даже намекать на то, что я чем-то хуже Яны, до этого момента. Я осознаю всю целостность того, что только что услышала, злость пробирается в самые потаенные уголки моих внутренностей, она расплывается по моей коже. Никто не хочет слышать подобное о себе, даже если прекрасно это понимая. Я с силой сжимаю свой телефон в руке, а затем, когда Денис оборачивается, чтобы уйти, я швыряю мобильник прямо в его спину, я не знаю, зачем я это сделала, но кажется это единственное, на что я была способна, чтобы выпустить пар.

Он останавливается, оборачивается, но не сразу, через какое-то время. Я стараюсь не думать, о том, что последует дальше, потому что в какой-то момент меня пронизывает беспокойство. Я надеялась, что моя глупость станет ни чем большим, чем-то, что я обычно «выкидываю» или говорю, я надеюсь, что Денис просто уйдет, но он приближается ко мне, а я даже пошевелиться в этот момент не в состоянии. На самом деле, мне хочется бежать, или бросить в него еще что-либо, но я стою, словно прикованная к стене. Его рука сжимается на моей шее, мое дыхание перехватывает, я резко и глубоко вздыхаю. Мы смотрим друг другу в глаза, и выглядим, как волк и овца, но я не собираюсь быть бедной овечкой, я стараюсь смотреть на этого козла так же, как он на меня, с вызовом. Хватка на моей шее ослабляется и, рука медленно передвигается к моему подбородку, слегка сжимая его. Мы молчим, а я, кажется, даже не дышу. Напряжение во мне сдавило, кажется не только грудную клетку, но и лишила меня способности говорить.

Чего же ты хочешь от меня, скотина? Я жду, что последует дальше, после того, как рука Дениса касается моей ноги и медленно проделывает путь к бедру, я чувствую его теплые пальцы, даже сквозь ткань платья. Я непроизвольно закрываю глаза, за что начинаю себя ненавидеть. Я чувствую чужое дыхание на своем лице, но не смею посмотреть, настолько ли близко, как мне кажется, наши лица друг к другу, это вызывает панику внутри меня.

Кажется, что-то идет не так, потому что я чувствую, как остаюсь одна, все так же прижатая к стене. В тот момент, когда я, наконец, открываю глаза, я замечаю свою подругу, которая кажется только что, наконец, вышла из туалета. Господи, я даже не слышала, как она вышла. Я потеряла свой мозг, я точно его где-то сегодня оставила.

Лицо Янки выглядит заплаканным, но кажется, она всеми силами пыталась это скрыть. Я смотрю то на нее, то на Дениса, который пытается спрятать усмешку, вызывающую у меня отвращение.

– Ты идешь со мной или остаешься здесь? – Он обращается к моей подруге, которая, судя по всему в растерянности. Я смотрю на нее и пытаюсь понять, когда мы стали такими чужими. Мы стоим рядом и даже не можем сказать друг другу и слова. Я жду, когда она примет решение, решение которое заставит меня снова поверить в нашу дружбу. Вижу, как изо всех сил Яна пытается сдержать слезы, подступающие к ее глазам. Она смотрит на меня и отступает назад, быстро отворачивается и уходит.

– Удачного вечера. – С издевкой произносит Денис, забирая от меня единственного человека, которого я любила, кому я верила.