В объятиях самки богомола - Вера Колочкова

Но ведь наложницам не предлагают работу в престижной фирме и карьеру не предлагают…

Впрочем, неловкое чувство вскоре ушло. Марат оказался замечательным любовником — ласковым, нежным, ненасытным, неутомимым. Таким ненасытным, что Марте пришлось заставить себя изобразить оргазм, то есть якобы взлететь вместе с Маратом на единое облако наслаждения. Кажется, у нее это получилось, потому что Марат, отдышавшись, проговорил восторженно:

— Ты же настоящее чудо, Марта, не женщина, а подарок! Я весь твой, Марта, я весь твой! Я все сделаю для тебя… Все, что могу…

А дальше ее жизнь покатилась вперед так стремительно, что, казалось, ветер свистит в ушах. И карьера тоже бежала вперед, как Марат и обещал. Сначала три месяца в бухгалтерии, потом финансовая служба. Через полгода она была уже заместителем начальника финансовой службы, и сам начальник, седовласый и покладистый Владимир Максимович, начал поглядывать на нее опасливо — боялся, что обойдет его на повороте эта пронырливая умная девица, скинет с заветного кресла, не дав доработать до пенсии.

Правда, работала она много. С утра и до позднего вечера. За исключением тех вечеров, когда они встречались с Маратом. Хотя и эти встречи наполовину носили рабочий характер — что-то они все время обсуждали, о чем-то яростно спорили, вырабатывали стратегию и тактику очередного проекта.

Марта даже не замечала, как материально меняется ее жизнь. Как появилась необходимость в красивой удобной, деловой одежде, как эта необходимость была быстро утолена — даже с излишками утолена, если так можно сказать о деловой женщине. А как еще по-другому? В поход по магазинам она выбиралась редко, когда выдавался свободный от работы выходной, и накупала разом всякой всячины — вдруг пригодится. И вечернее платье может пригодиться, и пять пар туфель на шпильках, и меховая накидка на плечи… А дюжину деловых костюмов прикупить — это ж святое дело, куда ж она без деловых костюмов-то!

Марат ей дарил хорошие подарки. Притаскивал дорогую технику в дом, преподносил колечки в коробочках. Причем очень красиво преподносил, как в кино. Сначала она бурно радовалась каждому подарку, потом привыкла. К хорошему ведь быстро привыкаешь. Чем больше хорошего получаешь, тем больше хочется не хорошего, а самого лучшего. Самого главного. Можно сказать, основного. То есть чтобы так было всегда и никто никогда не смог этого у нее отнять.

А отнять могли. Вообще все могло кончиться в любой момент — ведь Марат был женат, и жена могла узнать о существовании в жизни Марата Марты. И поэтому — что? Поэтому надо устранить это препятствие, то есть устранить со своей дороги какую-то там жену… Главный вопрос — как это сделать? Лучше бы, конечно, чтобы и сам Марат захотел это сделать. А почему нет, собственно? Ведь им так хорошо вместе, и на работе хорошо, и в постели. Только о любви они почему-то никогда не говорят. Времени на такие разговоры не хватает. А зря. Надо бы чаще говорить о любви, надо…

— Марат, а ты меня любишь? — спросила она как-то в момент счастливого единения.

Он посмотрел на нее тягуче и странно. Будто это не она спросила, а чужая посторонняя женщина. И ответил вопросом на вопрос:

— А ты меня? Любишь?

— Да, конечно! Неужели ты не чувствуешь, как сильно я тебя люблю?

— Я не знаю, Марта. Не знаю, что тебе на это сказать. Да, я люблю тебя конечно же, но… Давай все-таки разложим все по полочкам, чтобы ясность была. Ведь мы с тобой любим, когда во всем присутствует ясность и прозрачность, правда?

— Да, любим. Только я не понимаю…

— Я тебе сейчас все объясню. Понимаешь ли, Марта, я не первый год на свете живу и вполне ясно себе представляю, что ждет от мужчины женщина, когда задает вопрос: любишь ли ты меня? Она ведь всегда ждет продолжения на ответное «да, люблю». Так ведь?

— Я не знаю, Марат… Я ничего такого не…

— Не обманывай меня, Марта. И себя тоже не обманывай. Конечно же, ты ждешь.

— Да чего, чего я жду, по-твоему?

— Ты ждешь, что я продолжу, как надо. То есть так, как тебе хочется. То есть стану обещать развестись с женой и предлагать тебе счастливое замужество. И я даже больше тебе скажу, я и в самом деле был бы ужасно рад предложить тебе все это. Да, рад! Но я не могу, Марта. Все дело в том, что я не могу.

— Но почему? Почему ты не можешь?

— Потому что не могу. Ты разве не знаешь, кто моя жена? Разве до тебя не донесли в кулуарах фирмы такие сведения?

— Да мне как-то некогда было заниматься кулуарами. Я как начала с первого дня работать, так теперь и остановиться не могу.

— Да, ты молодец. За это и ценю.

— Только за это?

— Нет, конечно. Да, я и ценю, и люблю тебя, и с удовольствием бы на тебе женился, потому что мы с тобой очень подходим друг другу, мы из одной песочницы… Но я женат, Марта! Я женат на дочери генерального директора холдинга, в который входит наша фирма. Я стал управляющим только потому, что я зять шефа. А до этого я был никто. Совсем никто… Теперь ты понимаешь, почему я на тебе никогда не женюсь, Марта?

— Да, теперь понимаю. Выходит, ты по расчету женился? И жену свою совсем не любишь?

— Ну почему же, люблю… По-своему. И она меня любит. Она хорошая жена, и дети у нас хорошие. Дедушка, отец жены, просто обожает своих внуков. После их рождения он и ко мне стал хорошо относиться, а до этого присматривался, будто я шпион… А теперь у нас полная идиллия, все прекрасно.

— Идиллия, значит, понятно… А я? Зачем тогда тебе я?

— А тебе что, плохо со мной? По-моему, я все выполнил, что обещал. Карьера твоя идет в гору, материальным вознаграждением ты тоже не обижена. Или я в чем-то не прав?

— Прав, прав. Но как-то это все…

— Да нормально это, Марта! Да, я полигамен, как всякий мужик! Я и жену люблю, и тебя тоже люблю! И все для тебя делаю! Скоро ты станешь начальником финансового управления, к этому все идет. Мне только надо с тестем переговорить в хорошую минуту, поймать его на добром настроении и выдвинуть как бы невзначай твою кандидатуру. Ведь ты хочешь стать начальником финансового управления, Марта? А потом, где-то через год, я думаю, ты станешь моим заместителем. А это уже совсем другие финансовые возможности. А ты говоришь люблю — не люблю! Как я еще должен доказать свою любовь, по-твоему, а?

— Да. Я все поняла, Марат. Я все поняла, да.

— Ну вот и отлично! И знаешь, я сейчас о чем вдруг подумал?

— О чем?

— Надо бы тебе квартиру поменять. Эта слишком уж непрезентабельна. Надо тебе хорошую купить, в центре. В новом доме. И по-моему, я знаю, как нам эту операцию провернуть — как раз в тот момент, когда ты будешь назначена на должность начальника финансового управления. Только опять же с тестем этот вопрос надо обговаривать. А у него могут возникнуть нехорошие подозрения — чего это я тебя так старательно продвигаю! И тут, знаешь, одним восхвалением твоих деловых качеств уже не обойдешься, тут надо другое что-то… Такое, знаешь… Кардинальное.