Внук для наследства - Катерина Ши

Злата

Сегодняшний день выпил все силы, каждый чувствовал себя угнетенно. И если поначалу я радовалась тому, что родители, наконец, меня поняли и приняли мой выбор, то вот разговор с родственниками Паши добил окончательно.

Я не могла знать, в каких отношениях они жили до этой встречи, но то, что увидела сейчас, показывало только одно — дети в этой семье просто были… Родители словно существовали сами по себе, живя для себя и ради себя. Тут даже постороннему сразу бы стало понятно, что в семье Паши образовалось два враждующих лагеря — дети отдельно от родителей, они даже мыслят по-другому, на жизнь смотрят под разными углами.

У меня ситуация была в корне обратная — мои родители жили ради меня и для меня, часто перегибая палку. Они опекали настолько, что контролировали каждый уголок моей жизни, следили за каждый шагом и всегда делали резкие замечания. У меня редко было свое мнение, еще в детстве мама решала все сама, не позволяя дочери учиться на собственных ошибках, не разрешала наступать на одни и те же грабли, набивая шишки. А у Пашки вон как — вы сами с усами, а мы просто рядом, как бы незримо присутствуем в вашей жизни.

Когда молодой человек резко поднялся и вышел из комнаты, то Кира тихонько заплакала на груди у Ромы. Она вцепилась в его рубашку своими тонкими маленькими пальцами и бесшумно рыдала, так тихо, что мы сначала и не поняли, что случилось.

— Сломался, не выдержал, — прошептала она, и только после этих слов я подскочила на ноги и побежала за парнем.

Почему-то слова его сестры гнались за мной, жалили, заседая глубоко в голове. Казалось, что чуть помедли я, и случится что-то страшное, необратимое, то, что поставит жирную точку во всей этой истории.

Пашку нашла в ванной комнате, он стоял под струями воды и просто бесконтрольно бил руками в стену, периодически запрокидывая голову и ловя потоки воды ртом. Я не знала, что делать и как вытащить его из этого состояния. Казалось, не предприми я хоть что-то, то навсегда его потеряю!

Довольно ловко открыла дверцу кабины и забралась к нему, чтобы моментально обнять и прижаться, оставляя на его футболке потеки туши и блеск для губ. И плевать, что сейчас я похожа на страшилище, что по моим щекам растекся макияж, плевать. Главное — он, главное — рядом, со мной…

А потом Пашка развернулся и поцеловал меня, словно пытаясь до конца удержаться и не рухнуть в пучину эмоций, словно забирая часть моего кислорода для своего последнего и решающего вздоха. А я была готова отдать хоть все, что у меня было, лишь бы он улыбался и дальше, лишь бы шутил, лишь бы был самим собой.

Кира сказала, он сломался… Но не совсем. Надломился, стоит в шаге от того, чтобы опустить руки и сдаться, но все еще держится, хватается руками, стараясь удержать шаткое равновесие. Удивительно, но как же долго он держался, как же много в себе копил…

— А пошли кататься на роликах? — такой простой вопрос, на который я сразу ответить не смогла, потому что его ладони накрыли мое лицо, а большие пальцы стирали разводы под глазами.

— А пошли! — господи, я такого трепета и восторга еще никогда не чувствовала, потому что на меня смотрели как на женщину… Как на любимую женщину!

Да ради этого я готова на все, лишь бы мы чаще вот так были вместе, лишь бы тянулись друг к другу, преодолевая другие преграды.

Умывшись, я не знала, как быть, ведь в мокрой же одежде не выйдешь из душа? Но Пашка, не стесняясь, даже чуть прищуриваясь и наблюдая за моей реакцией, стянул с себя для начала футболку и бросил себе под ноги. Приподнял бровь, словно кидая вызов. А я? Я поддалась, как маленькая хулиганка, быстро расстегнула чуть подрагивающими руками блузку, и она упала рядом с одеждой парня. Следом в куче мокрых тряпок оказались его штаны и моя юбка.

— А теперь я тебя заворачиваю в полотенце, и ты бежишь от меня, красная шапочка. Иначе голодный волк не повезет тебя на прогулку!

А я и рада остаться, но помню о том, что там, в гостиной, осталась Кира, и ее нужно приводить в чувство. И пока обтиралась и заворачивала на груди полотенце, мой серый волк обнял меня и прошептал на ухо:

— Но это только сегодня, в следующий раз ты от меня не убежишь! — и тихонько прикусил ухо.

О, мой, бог! Нужно было сразу же еще в первый день поменяться с Кирой комнатами! Чем я думала?

С такими нерадостными мыслями прошла к себе, стянула мокрое белье и стала сушить волосы. На сборы много времени не потребовалось, да и не хотелось задерживаться в доме, сегодня его стены давили. Хотелось вырваться на свободу, хотелось просто отключить голову и дать телу возможность отдохнуть.

Альбина с нами не пошла, сославшись на усталость, хотя усталой она вот никак не выглядела, наоборот, с каким-то интересом посматривала то на меня, то на Пашу. А мне почему-то стало неловко, да так, что даже покраснела. Блин, сейчас подумают о том, чего совсем не было! Вон, уже большой палец показывает, пока мой парень не видит. Ну, Альбина, не смущай меня еще сильнее!