Скромница для злодея - Сара Маклейн

– Я ее возьму, – прошептал он. – Мою плату. Прикоснусь к ним.

Фелисити моргнула.

– Да.

Он боролся со своим желанием, она это видела. А затем увидела, что он все-таки решился, уступил своему желанию и потянулся к ней. Слава богу.

Он едва прикоснулся к ее волосам, однако ничего более опьяняющего она никогда не испытывала. У нее перехватило дыхание, когда он пропустил пряди ее волос сквозь пальцы. Теплая ли у него рука? Прикоснется ли он не только к волосам? Поцелует ли ее?

– Нужно было убить его за то, что он к вам прикасался, – негромко произнес Дьявол.

– Это было… – Она поколебалась, затем прошептала: – Это было совсем не так.

Он нашел ее взгляд даже в темноте.

– Что это значит?

– Я его забуду, – ответила она. – Теперь, когда здесь вы.

Он покачал головой.

– Фелисити Фэрклот, вы очень опасны.

Пальцы Дьявола, загрубевшие от работы, теплые, скользнули к ее щеке, погладили ее, спустились к подбородку. Задержались там.

Она задрожала.

– Когда я здесь… с вами… я и в самом деле чувствую, что могу стать опасной.

Он приподнял ее лицо, всмотрелся в него блестящими глазами сквозь туман Ковент-Гардена.

– А будь это так? Что бы вы сделали?

«Я бы осталась здесь, – подумала она. – Я бы исследовала этот пугающий, великолепный мир». Но, конечно, вслух этого не сказала. Вместо этого она сосредоточилась на третьем ответе – самом шокирующем. Тем, что возник на волне желания.

– Я бы поцеловала вас.

Несколько секунд он стоял, не шелохнувшись, затем глубоко вздохнул, поднял другую руку, взял ее лицо в теплые ладони и только тогда повторил:

– Вы очень опасны.

Фелисити не знала, откуда взялись ее следующие слова, те, что она произнесла совсем тихо:

– Вы бы мне позволили?

Он качнул головой, не отрывая от нее взгляда.

– Я бы не смог устоять.

Позже в своем поступке она винила темноту. Дождь на булыжной мостовой. Страх, любопытство и ощущение чуда. Винила его теплые ладони, и его манящие губы, и этот шрам на щеке, каким-то образом делавший его невозможно красивым. Видите ли, ей было необходимо возложить вину хоть на что-то, потому что Фелисити Фэрклот, старая дева, пристенный цветочек, не целует мужчин.

Более того, она ни под каким видом не целует мужчин, живущих в Ковент-Гардене, имеющих при себе спрятанные в трости мечи и носящих имя Дьявол.

Да только в тот момент она приподнялась на цыпочки и сделала именно это – прижалась губами к его полным, мягким губам. Он был таким теплым, жар исходил от него, несмотря на льняную рубашку и жилет – жилет, в который она вцепилась сразу же, не задумываясь, словно он мог помочь ей удержаться на ногах в эти безумные мгновения.

Словно все казалось таким безумным не из-за этого мужчины, обнявшего ее обеими руками и крепко прижавшего к себе, от чего она изумленно ахнула. Он что-то прорычал – низкий, восхитительный звук, – прикусил ее нижнюю губу и прошептал. Этот шепот словно исходил из самой тьмы:

– Ну так возьми его. Искренне.

И, раз уж он дал ей разрешение, она так и поступила, получив свой первый поцелуй от этого опасного мужчины – того, кто, похоже, никогда и ничего не дает добровольно, но все же в эту минуту отдал всего себя… ради ее удовольствия.

Однако не только ее. Дьявол лизнул ее нижнюю губу, от чего ее рот приоткрылся, и он смог вонзиться в него языком. Он снова застонал, и Фелисити пронзило желанием, сгустившимся в низу ее живота. Нет, еще ниже. Этот стон, объединившись с его порочным, восхитительным поцелуем, заставил ее чувствовать себя куда более могущественной, чем когда-либо раньше.

Словно он замок, который она вскрывает.

Он ее губит.

Только она ничего подобного не чувствует. Это скорее похоже на торжество.

Фелисити прижалась к нему еще теснее, желая оказаться как можно ближе, желая извлечь из этого мига и его головокружительной силы как можно больше. Дьявол, прерывисто дыша, поднял голову и взглянул на нее с каким-то удивлением в глазах. Затем отошел на шаг, потер губы тыльной стороной ладони и покачал головой.

– Фелисити Фэрклот, вы сожжете меня дотла.

Где-то вдалеке раздался пронзительный вопль, следом послышались крики и гул мужских голосов. Фелисити попыталась теснее прижаться к Дьяволу, но он не дал ей этого необходимого утешения, напротив, покачал головой.

– Нет.

Она наморщила лоб.

– Нет?

Ничего не ответив, он бесстрастно взял ее за руку и повел в сторону своей конторы. Когда они завернули за угол, он остановился посреди улицы.

– Что вы видите?

– Ваше логово. – Два дня назад она подумала, что это просто глупое название. Но теперь это и в самом деле казалось логовом. Обиталищем человека куда более могущественного, чем она могла себе вообразить. Человека, который по своему усмотрению мог покарать или защитить.

– Что еще? – спросил он.

Фелисити осмотрелась. Она никогда особо не задумывалась о ночном городе.

– Здесь красиво.

Он пришел в замешательство.

– Красиво?

Она показала.

– Вот видите, там? Где туман и свет окрасили булыжники золотым? Это прекрасно.

Он какое-то время молча смотрел на то место; шрам его опять побелел. Затем Дьявол улыбнулся. Но доброй эту улыбку никто бы не назвал. Или дружелюбной. В ней чудилось что-то куда более опасное.

– Вы считаете этот огромный мир прекрасным, верно, Фелисити Фэрклот?

Фелисити отступила от него на пару шагов.

– Я…

Он не дал ей договорить.

– Считаете, он существует для вас? И почему бы вам так не считать. Вы выросли среди денег и власти, даже не задумываясь о том, что у вас что-то может не заладиться.

– Это неправда, – с жарким негодованием воскликнула она. – У меня много что не заладилось!

– О, разумеется, я и забыл, – едко отозвался он. – Вы потеряли своих ужасных друзей в самом центре вашего глупого мира. Ваш брат не в состоянии удержать монеты в кармане, и отец тоже. И вам придется завоевать герцога, которого вы не хотите.

Фелисити наморщила лоб, прислушиваясь к гневным интонациям его голоса – словно она ребенок, не понимающий, что в этой жизни важно! И покачала головой.

– Я не…

Он снова прервал ее.

– А сейчас будет моя самая любимая часть вашей печальной истории. Вы никогда не испытывали страсти. Вы думаете, что страсть мила, добра и приятна – любовь сверх всякой меры. Защита. Забота.