Не бесите Павлика - Маргарита Дюжева

Гриша появился, как всегда, неожиданно.

Я только отправил Юльку воевать с рогатой, как он выскочил откуда-то из кустов, как истинный бродяга. В обшарпанных штанах, старых кроссовках, футболке, которой даже пол мыть стыдно, с синей клетчатой сумкой — с такой раньше торгаши в Москву мотались за товаром. Он почему-то решил, что если я тут в образе неандертальца обитаю, то и ему можно. И даже нужно. Видели бы нас в совете директоров. Два бомжа, не иначе.

— День добрый! — мы поприветствовали друг друга, и я поспешил пригласить его в дом, пока Бродский в приступе радости не повалил бедолагу на землю.

Гриша зашел внутрь и тяжело опустил сумку на пол.

В ней шелестело и позвякивали запасы провизии — банки, пакеты, цветастые упаковки. Волкодав тут же ломанулся к ней, будто для него это все было привезено.

— А ну-ка кыш! — я в последний момент успел схватить его за ошейник и оттащить в сторону, а потом и вовсе вытолкал на улицу, — все иди гуляй!

Пес озадаченно уставился на меня, не понимая, как так это вообще может быть, его и не пускают к еде! Не порядок. Снова попытался прорваться в дом к заветной сумке, но, наткнувшись на мой грозный взгляд, присел и, понуро опустив голову, поплелся прочь, изредка оглядываясь и вздыхая. Позер лохматый.

— Как дела? — я начал привычный допрос, — что с последними сделками?

— Все отлично. Мы дожали Семеныча, так что контракт на поставки теперь наш. Кстати, через четыре дня приезжают партнеры из Германии: Ганс с сыном. Хотят обсудить новые закупки.

— Отлично.

— Да. У нас все готово, но неплохо бы тебе самому явиться на встречу.

— Даже не подумаю, сами разберётесь, — беспечно отмахнулся и полез в сумку.

— Это очень важно, — он попытался сказать это как модно убедительнее и строже.

Я привычно ухмыльнулся. В каждый приезд Гриша пытался заставить меня вернуться обратно на родину, мотивируя тем, что это очень важно. И каждый раз получал отказ. Потом ворчал. Потом все делал, отлично справляясь с поставленной задачей. Похоже, я знаю, кого поставлю главным в новый филиал.

О возвращении думать не хотелось. Я пока не готов. Мне и тут было хорошо. Особенно в последние дни, когда под боком завелась забавная блондинка.

— Как сам? — Гриша перешел от доклада к вопросам. — не заколебался еще в этой глуши?

— Не-е-ет, — я только рукой махнул. Как тут можно заколебаться? Это же просто Рай на земле.

— Жив, здоров?

— Более чем.

— Телефон по-прежнему не нужен?

— Нет.

— А планшет?

— Тем более.

— Жаль, а то я привез из с собой, на всякий случай. Вдруг тебе бы захотелось вернуться к благам цивилизации, вспомнить о том, что ты руководитель, с двумя высшими образованиями и неплохим воспитанием.

— Пока не имею ни малейшего желания. Увози обратно.

— Я так и знал, — Гриша сокрушенно покачал головой. – мне снова придется врать сотрудникам, что ты в затяжной командировке.

— Ври, ври. Меньше знают — крепче спят. Ты вообще надолго приехал? Обедать будешь?

— Не терпится накормить меня своим жутким варевом? — он с подозрением покосился на печь.

— Конечно. Зря что ли мухоморы собирал?

Мы так долго были знакомы с Гришей, что давно уже наши отношения вышли за рамки начальник-подчиненный. Он был не просто моим помощником, а другом. Очень преданным и терпеливым.

— Пожалуй воздержусь. У меня планы на сегодняшний вечер, так что я сразу поеду обратно, — он развел руками, как бы извиняясь, но сожаления в глазах не было совершенно. Пробовать варево из мухоморов он определенно не хотел. Ну и зря. В этом захолустье я научился сносно готовить, даже имея под рукой три палки и два корешка.

— Может молочка?

Его аж передернуло. Козье молоко он на дух не переносил, а я как-то умудрился его обманом напоить. Бедного потом мутило и крутило. Григорий до сих пор не мог мне простить это вероломное предательство.

— Как знаешь.

— Что у тебя тут нового?

— Ничего, — привычно произнес и тут же осекся. Он же про Юльку ничего не знал! А мне самому казалось, что она здесь была всю жизнь, рядом со мной. Девушка так гармонично вписалась в мою жизнь, что я даже вспомнить не мог, как это без нее.

И вот тут радость от встречи поутихла, и что-то неприятное, тревожное шевельнулось в груди. Не совсем понимая, что это такое я нахмурился, потом качнул головой, разгоняя тревожные ощущения, и уже открыл рот, чтобы обо всем рассказать, но не успел. Послышались быстрые шаги.

Юля бодро взбежала по ступенькам и заскочив дом, тут же отрапортовала:

— Задание выполнено! Коза накормлена и напоена…

Тут она заметила нового персонажа и замолчала. Замерла, удивленно глядя то на меня, то на Гришу, а я смотрел на нее и думал о том, как же ей идет моя огромная бесформенная футболка. Она в ней просто королева. Богиня! Пришлось напомнить себе, что мы не одни и торопливо подбирать слюни.

* * *

— Здравствуйте, — произнесла Юля, настороженно глядя на Григория.

— Добрый день, — мой помощник удивленно переводил взгляд то на меня, то на девушку.

— Знакомьтесь. Это Юля — моя случайная гостья, а это Григорий.

Я не сказал, что он — моя правая рука. Не смог. Хер знает почему, просто не смог и все. Вместо этого решил дальше поддерживать образ неотесанного мужлана, дикого лесника, у которого одна забава — помахать топором посреди леса, да козу подоить. Даже под пытками не смог бы ответить, зачем оно мне понадобилось. Дурак, наверное.

Лемешев недоуменно нахмурился, но среагировал моментально. Не зря я ему бешеные деньги плачу — чувствует, что от него требуется и на лету подхватывает.

— А я вот приехал приятеля проведать, провизии привез, — аккуратно выдал он, все еще не понимая, что у нас тут творится.

Юля кивнула и беспомощно посмотрела на меня. В глазах не было радости, только какой-то детский испуг:

— Уже? — спросила она, и голос сорвался.

Проклятье, у меня самого все внутри оборвалось от этого жалобного, грустного тона.

Она смотрела на меня так, будто случился конец света: небеса обвалились, и вся жизнь пошла под откос.

Глупая. Радоваться надо. Гриша сейчас отбуксирует тебя до ближайшей заправки, зальешь бензина и вернешься домой.