Любовь в аварийном режиме - Катя Саммер

По лестнице мы поднимались долго. Намного дольше, чем если бы даже смертельно усталые плелись домой. Все потому, что целовались по углам, как школьники. Я упивался ею — терпким сладким вином, которое било наотмашь в голову с первого глотка.

И вот казалось бы — сделай шагов двадцать, закрой за собой дверь и занимайся, чем душе угодно, но нет. Так было неинтересно. А на лестничных пролетах, где сновали люди с пакетами, где побелкой пачкались стены и пахло после уборки хлоркой, именно здесь было особенно хорошо.

Руки тянулись к Соне, руки дрожали, обнимая заветную. Мой остров сокровищ, моя голубка. Я отгородился от мира, кусая нежную кожу на шее, слушая ее мурлыканье. Точно похожи с Клео.

Не успел ухватить, девчонка убежала вперед, но замерла на верхней ступени.

— Здравствуйте, Лариса Петровна.

Поправила одежду, глянула на меня каким-то ошалелым взглядом. Я подошел сзади, обнял за талию, сдержанно кивнул женщине в годах.

— Здравствуй-здравствуй. А Митьку-то куда дела? В утиль сдала?

Соня засуетилась, поспешила достать ключи, открыла нижний замок.

— Да и правильно, я сразу тебе говорила, ненадежный он! Здоровый, как шкаф, а такие надежными не бывают. То ли этот…

— Лариса Петровна!

Я услышал предупреждение в голосе голубки и еле сдержал смех.

— Что Лариса Петровна? Шестьдесят восемь лет уже Лариса Петровна! Слушай меня, говорю. Сестричка твоя как? И мамка? Жива-то еще?

Соня открыла дверь и быстро проскочила внутрь, бросив назойливой соседке что-то вроде «угу». Выдохнула лишь за порогом, уперлась лбом в грудь.

— Сколько живу здесь, столько она меня пугает. Кажется, она за мной следит, — прошептала прямо в пальто.

Я погладил мягкие волосы и поцеловал висок.

— У тебя есть сестра?

Что-то смутно припоминал, но она совсем не рассказывала о ней, позабыл.

— Влад, мы не общаемся с Митей, ты не подумай, эта женщина…

— Сон мой, — обнял крепче, потому что мне не нравились тревожные ноты в ее голосе.

Мы мало говорили об этом, общими фразами, но я угадал, что увалень отвалился, чему был несказанно рад. О том, что не помолвлен, но по-прежнему работаю с Инной, тоже упоминал между строк.

— Эй, — заставил Соню посмотреть на меня.

Та прикусила губу, сорвав все стопоры. Я наконец понял, что мы были уже в квартире, что между нами не осталось преград, кроме одежды, а Соня знала, что дорога мне — пусть и не догадывалась насколько.

Я прижал голубку к стене, столкнулся губами с ее ртом. Стало жарко, как в аду, скинул пальто, стянул с нее верхнюю одежду.

Соня льнула, прогибалась под меня, но не отдавала всю власть, и это чертовски заводило, распаляло. Я бы повалил ее прямо здесь на пол, никакой кровати не нужно было. Твою ж! Больше не мог терпеть. Расстегнул и снял с нее пиджак, нащупал молнию на платье.

— Подожди, подожди, — задыхаясь, между поцелуями произнесла она и выскользнула из объятий.

А мне казалось, я цепко ее держал, почти мертвой хваткой. И как ей удавалось все время от меня сбегать?

Она сбросила форму на паркет и открыла ванную комнату.

— Дай мне пять минут. Десять часов полета — это испытание.

Плавным движением наклонилась, подняла одежду и метким броском закинула в корзину для белья. Подмигнула, зараза. А я чуть не захлебнулся, пялясь на ее подкачанную задницу, спину, лопатки… твою ж!

Дышать было тяжело, как и мыслить. Шагнул вглубь квартиры, но тотчас вернулся и взял теплые вещи. Подошел к входной двери, чтобы повесить, но понял, что видел гардероб в конце прихожей. Заблудился в трех метрах. Соня в голову ударила.

— Влад! — позвала, перекрикивая шум льющейся воды. — Только завтра мне нужно будет уехать днем по делам. Семейным.