Лжец - Стефания Лин

Рунта

Когда нам завязывают глаза, а затем я падаю, с губ слетает его имя. Мне страшно. Я знала, что мы влезли в такое, откуда возможно живыми не выбраться, особенно если Создатель обыгрывает нас всех, а сбрасывать такую возможность со счетов нельзя. Как говорит папа – нельзя недооценивать врага. Никогда! Не знаю, кто это такие. Не знаю, куда нас ведут. А еще не могу не думать о том, что возможно нас будут допрашивать эти незнакомые вооруженные люди. Бить. Резать. И кто его знает, что еще!...

Слышу, как Мэлса забирают куда-то, а меня заводят в холодную, пропахшую плесенью комнату. Сажают на стул, обвязывают веревкой, будто у меня есть все шансы убежать отсюда, даже несмотря на беспомощность, и полную неизвестность где я, и куда вообще бежать.

Проходит час, может два, как меня оставили сидеть в комнате. Думается, что одну, но уверена, там, за дверью, как минимум стоит двое людей. Меня, к счастью, никто не трогает, никто ничего не спрашивает. Даже обидно становится. Или они сейчас общаются с моим мужем, а потом придут ко мне, или я вообще им не нужна, и иду дополнением к Блэку.

Неожиданно дверь распахивается, меня отвязывают, и куда-то ведут, так и оставив повязку на глазах. Сначала появляются мысли, что нужно бежать, спасаться, но я прекрасно понимаю, что совесть не позволит бросить Мэлса, и скорее всего шансы на побег нулевые, поэтому покорно плетусь между вооруженными людьми, затворы автоматов которых постоянно щелкают, как предупреждение.

Вталкивают в еще одну комнату, где свет ярче, чем в коридоре. Снимают повязку. Мэлс стоит прямо напротив меня. Как только видит меня на лице расцветает такая искренняя улыбка, что даже удивляюсь этой реакции. То есть да, я отдала ему себя, я с ним во всем, но думала, что для него это ничего не значит.... Но эта улыбка заставляет думать иначе.

– Ну, – говорит женщина, с пистолетом в руках, – Она с тобой, сын Творца. Теперь мы обсудим наше сотрудничество?

– Конечно, – зная Мэлса, который прижимает меня к себе, обняв за плечи, вот это его «конечно» с оскалом, вместо улыбки, означает «хрен тебе собачий, а не сотрудничество».

– Тогда составим план, – женщина подходит к столу позади нас, больше не обращая на меня внимания.

Раскладывает на поверхности большую карту. Мэлс подходит к ней и с поднятыми бровями разглядывает.

– Это карта Алетандры?

– Да.

– А это мой дом?

– Да.

– А это дом отца?

– Да.

– Где отметки выхода из площади и места скопления полицейских? Где точки выхода из города, чтобы иметь возможность остаться незамеченным?

– Пока нет. Альварес Эрай должен достать для нас эту информацию.

– А вы тогда должны будете поднять там бунт? Стать отправной точкой для восстания, правильно?

– Да.

– На площади должны быть все, и элита, и низший класс. Они будут поделены на сектора. – говорит Мэлс водя пальцем по карте в той точке где площадь и неподалеку отмечен фонтан – феникс, – Вам нужно будет только начать. Но! Что с остальной страной? Восстания нужны везде! В одной Алетандре папочка быстрое подавит его, а везде у него не получится. Сил не хватит.