Я буду сверху - Архелая Романова

Милка задумчиво прожевала блин и шепотом сообщила:

– Так я ж не просто так, я для дела стараюсь. Как говорится, держи друзей близко, а врагов – еще ближе.

– Но не настолько же, – возмутилась я.

– Кто бы говорил, – ехидно улыбнулась Милка, а я покраснела: очевидно, наши со Стасом ночные приключения слышал весь дом.

– Не лезь не в свое дело, – огрызнулась я.

Милка закивала, стащила еще один блин и вернулась ко мне.

– Лар, а Лар… Макс сегодня со Стасом куда-то уедут.

– Куда?

– Не знаю, сказал по делам. Я из комнаты выходила, он как раз одевался.

– Так он же для всех умер, – удивилась я. – Какие дела он собирается решать?

Милка многозначительно посмотрела на меня, и тут до меня дошло, что Стас с Рамовым планируют искать флешку.

– Ну, Бог им в помощь, – сказала я, отобрала у Милки блин и съела. Через пять минут в кухню заглянул Рамов, сообщил, что они уезжают. Милка бросилась его провожать, я, понятное дело, никого провожать не собиралась. Так и сидела на кухне под неодобрительное молчание Марьи Семеновны.

Наконец хлопнула входная дверь, на улице заработал двигатель, а Марья Семеновна покинула кухню. Поднявшись, я выловила Милку за локоть и утащила ее в комнату, велев одеваться.

– Нам тоже пора.

– Куда? – со вкусом потянулась Милка. Определенно, ночь любви пошла ей на пользу: глаза блестят, на щеках румянец.

– Надо поставить точку в этой истории, – решительно ответила я.

Через полчаса мы с Милкой позорно сбежали из дома, пока нас не застукала Марья Семеновна. Поймали попутки и добрались до города, где сразу же направились к Агапу.

– Радость моя, ты жива, – Агап раскинул руки и заключил меня в крепкие объятия.

– Спасибо, что волновался, – обиженно рявкнула я. – Ты за мной тогда следил?

– Следил, а как же, – закивал Агап. – Вот ждал, когда ты наконец меня навестишь.

– Ну, рассказывай, – велела я, устраиваясь на диванчике.

– Да что рассказывать-то, – почесал затылок Агап. – История совершенно невероятная. Вы со Стасом из ресторана вышли, сели к нему. Его охрана за вами поехала, но на приличном расстоянии. Потом вы остановились, охрана Стаса к вам подошла и пересадила к ним. Джип Стаса, кстати, потом аккуратно отогнали к нему домой.

Ну, я, видя такие странности, за вами поехал. Гляжу: вас на турбазу привезли. Затем подъехали другие парни, поздоровались с этим, в общем, все ребята между собой знакомы и явно дружат. Еще пару часов я посидел, подождал, а потом вас «освободили».

Я хмуро молчала. Выходит, моя интуиция не ошиблась, и похищение организовал Стас. Вот только зачем?

– Может, он хотел с тобой наедине побыть? – влезла в разговор Милка. – Или притвориться рыцарем, который спасает даму из беды?

– Он уже спасал, не помогло, – буркнула я. Милка ехидно прищурилась и протянула:

– А по-моему, как раз помогло.

– Да иди ты, – разозлилась я. Повернулась к Агапу: – Чего не вмешался?

Тот развел руками.

– Так интересно же было, что происходит и чем все закончится. Жизни твоей ничего не угрожало, так что я решил запастись попкорном и театр посмотреть.

Я фыркнула. Тоже мне, ценитель искусства.

– Как нам Воркутова найти?

Агап вмиг стал серьезным.

– А тебе зачем?

– Надо.

– Раз надо, так ищи, – милостиво кивнул он. Я вздохнула и рассказала о своих умозаключениях. Агап задумчиво пожевал сигарету во рту, прикурил и ответил:

– Его ребята Топорина уже который день ищут. И у дома стоят, и у дружков, и у матери. Так что Воркутов скрывается очень хорошо.

– И что, у тебя нет никаких мыслей на этот счет? В жизни не поверю. Поделись со старой подругой.

– Ну, милая, назвать тебя старой язык не поворачивается, – рассмеялся Агап. – Ладно уж, скажу, но без глупостей. Есть одно место… О нем сейчас никто не знает. Но в молодости мы с Дэном, бывало, разные делишки проворачивали… Думаю, что он сейчас там.

– Где? – жадно спросила я.

Агап помедлил, потом объяснил, как добраться до тайного логова Дэна. Я поднялась и схватила свою сумку. Милка вскочила следом.

– Э, нет, – я остановила ее взмахом руки. – Ты не пойдешь.

– Почему? – оскорбилась сестрица.

– Мешаться будешь, – наставительно изрек Агап. – Ларе без тебя легче будет.

– Я тебя одну не отпущу. Дэн при нас человека убил, помнишь? – всполошилась Милка. – Не пущу!

– Мил, послушай меня, – ласково начала я, – никаких глупостей я делать не буду, обещаю. Одна к нему не пойду. У меня есть план, но ты в нем не участвуешь, и тебе будет безопаснее остаться у Агапа. Тут тебя никто не тронет.

– Еще чего, – возмутилась Милка. – Нет! Давай хотя бы Стаса с Максом позовем!

– Я им не доверяю.

Милка медленно покачала головой.

– По крайней мере, они не желают нам зла. Лара, я серьезно. Не отпущу тебя.

– Ладно, – вздохнула я, и посмотрела на Агапа. Тот кивнул, а я направилась к выходу. Милка бросилась следом, но была остановлена твердой рукой Агапа.

– Эй, ты чего? Лара! Отпусти меня, придурок! – злобно пыхтела сестрица. Я повернулась к ней и миролюбиво заметила:

– Скоро вернусь, так что не скучайте. Агап, и не давай ей никому звонить.

– Это произвол, – рявкнула Милка.

– Это для твоего же блага, – ответила я и вышла.

До места я добралась за полчаса, перед этим заглянула в магазин одежды, где купила неприметную серую ветровку, бейсболку и темные очки. Волосы пришлось заплести в косу. Полюбовавшись на свое отражение в витрине, я резво припустила к автобусной остановке, добралась до окраины города и, покинув автобус, бросилась в сторону леса. Протоптанная дорожка для любителей отдыха на природе и грибников вывела меня на развилку, где я свернула направо. Затем – еще раз направо и прямо, пока мои ноги не вывели меня к заброшенной сторожке лесника.

Оглядевшись, я не заметила ничего подозрительного, не считая, конечно, новехонькой иномарки, небрежно припаркованной возле сторожки.

«Вряд ли это лесник разъезжает на синем Опеле», – усмехнулась я, и осторожно приблизилась к бревенчатому строению. Притаилась у окна, и только хотела заглянуть внутрь, как услышала мужской голос. Воркутов был не один.

«Черт», – мысленно выругалась я, и пригнулась пониже. Окно было распахнуто настежь, благодаря чему весь диалог Дениса с его собеседником не стал для меня тайной. Хотя вернее было бы назвать его допросом, потому что изредка я слышала звуки ударов и приглушенные стоны.