Зависимость - Айви Смоук

– А ты уже раздумываешь над тем, чтобы проводить здесь больше времени? – Казалось, он был доволен этим.

– Ну, вы были правы насчет вашей кровати. Она намного удобнее моей.

– И это единственная причина? – Он притянул меня к себе.

– Я согласилась на эти отношения только из-за удобного спального места. Разве я не говорила?

– Нет, ты забыла упомянуть об этом.

– Ну, теперь вы все знаете. Пойду почищу зубы.

Я высвободилась из его объятий и направилась в ванную. Его щетка стояла в стакане. Я стала открывать ящики шкафа, чтобы найти новую, которой я смогла бы воспользоваться. Мне не следовало в прошлый раз ее выбрасывать. Но я не думала тогда, что снова окажусь здесь. И я была так рада вернуться.

В его шкафу нужных принадлежностей не оказалось. Я прикусила губу и посмотрела на стаканчик. Это будет странно? Я не знала, каков был протокол в таких ситуациях. Все было так ново для меня. Я выглянула за дверь. Беды никакой не случится. Он даже не узнает. Я быстро схватила его щетку и почистила зубы. И меня не покидало приятное волнение оттого, что я чищу зубы щеткой профессора Джеймса Хантера. Это действительно было странно. Я закончила умываться и вернулась на кухню. Он что-то читал в своем телефоне.

– Я скоро вернусь.

Он положил телефон в карман и пошел в спальню. Вернувшись, он с любопытством посмотрел на меня.

– Что?

– Ты воспользовалась моей щеткой?

– Может быть.

По какой-то причине это его рассмешило.

– Ты явно чувствуешь себя здесь как дома. И хотя тебя привлекает только моя удобная кровать, можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. Если бы это зависело от меня, ты могла бы переехать ко мне насовсем. Я заговорил о Робе только затем, чтобы предупредить тебя, что на какое-то время он составит нам компанию.

– Я знаю. Итак, чем мы теперь займемся?

– Я могу помочь тебе со статистикой.

– Но все мои конспекты в общежитии. К тому же мы решили устроить выходной.

– И ты хочешь развлечься?

– Да. Но я не могу выйти из дому в обществе профессора и с забинтованной головой.

Он подошел ко мне и взял меня за подбородок. А потом осторожно снял повязку с моего лба.

– Ну, вот. Так лучше. – Его телефон зазвонил, и он сразу же ответил: – Хантер.

Молчание.

– Нет, я выйду сам. Спасибо. – Он повесил трубку и посмотрел на меня. – Там для тебя доставка.

– Что? Сюда?

– Очевидно.

У него был мрачный вид. Он пошел в спальню и быстро переоделся в футболку и джинсы. Он выглядел невероятно сексуальным и суровым.

– Но, профессор Хантер, я никому не давала ваш адрес.

– Знаю. И все это очень странно. – Он поцеловал меня в лоб. – Я скоро вернусь.

Я смотрела, как он заходит в лифт. У меня тревожно забилось сердце. Какого черта? Только мои родители знали, что я нахожусь у него. И я не давала им его адрес. Я села на диван в гостиной и стала ждать.

Я так хотела, чтобы этот день был счастливым. Я начинала лучше узнавать его. И я надеялась, что эта доставка не испортит ему настроения. И что бы там ни было, я не хотела этого.

Вот черт. Брендан. Брендан был единственным, кто знал адрес профессора Хантера. Я встала и пошла в спальню, чтобы взять свой телефон. Там было несколько сообщений от Тайлера и Мелиссы. И еще одно сообщение от мамы. Но ни одного от Брендана. Да и с чего бы? Он же не знал моего номера. Но у меня был его. В кармане моих джинсов, которые валялись на полу в комнате в общежитии.

Может быть, эта доставка не от него. Может быть, это просто спам. Эти чертовы спаммеры могут найти вас где угодно. Я вернулась в гостиную, зажав в руке телефон. Лифт звякнул, и двери открылись. Лицо профессора Хантера было скрыто за огромным букетом. Он положил цветы на стол и посмотрел на меня.

– Это от вас?

Я не была уверена, почему задала этот вопрос. По выражению его лица было понятно, что нет.

– Нет, Пенни. Я не знаю, от кого это.

К одному из стеблей был приколот маленький конверт.

– Возможно, это от моих родителей.

Я встала и взяла конверт.

– Возможно.

Его тон был холодным.

Пожалуйста, пусть это будет от родителей! Я достала из конверта визитную карточку. На ней было написано: «Поправляйтесь скорее». Я чувствовала на себе взгляд профессора Хантера. Развернув приложенную к карточке записку, я прочитала: